Чтение онлайн

– Когда выйдем к поляне, дождись нас. Нужно будет мин наставить.

– Думаешь, против собак сработает? – усомнился Ленька.

– Ну, автоматы же против них сработали?

– Хорошо, наставим, – ответил Термит.

Через двадцать минут интенсивного бега мы выскочили на край поляны. Она действительно была огромной. На противоположном крае, где засели парни во главе с Петровичем, виднелся огромный камень. Рядом с камнем стояли трое: Зяма, отец Сергий и раввин Шмулевич.

– Сань, – устанавливая очередную растяжку, окликнул меня Марсель, – может, попы успеют Пса изгнать?

– А хрен их знает. Полоз, сколько будет длиться обряд?

– Тридцать минут. Не успеют. Но начинать нужно сейчас.

Я присмотрелся к фигурам возле камня: немца уже разложили на нем, и, судя по всему, начались последние приготовления.

– К-к-к-командир, г-г-готово, – оповестил Ленька об окончании минирования местности.

– Хорошо. Валим.

– Слышь, Санёк, а почему Термит в обычной жизни заикается, а когда говорит по внутренней связи – нет?

– По какой связи? – не сразу сообразил я.

– По внутренней, – повторил Марся и пояснил: – Когда через «захребетников» общаемся.

– Хороший вопрос, – задумался я и предположил: – Может, потому, что среди Енотов (у Термита «захребетником» числился именно Енот) нет заик.

– Балбесы вы оба! – усмехнулся Полоз. – «Захребетник» лишь ретранслирует мысли, а когда человек думает – он не заикается.

– А-а-а… – протянули мы и, наконец, добежали до своих.

– Так, «Урал», – скомандовал Петрович. – Мы тут окопались, как смогли, поэтому милости прошу: занимайте позицию перед камушком.

В десяти метрах от камня было насыпано нечто, напоминающее невысокий бруствер.

– «Закат» и «Север» нормально устро… – хотел поинтересоваться я у Зимина, но мой вопрос был прерван взрывом растяжки и воем. Почти сразу начались множественные подрывы как гранат, используемых в растяжках, так и противопехотных мин, запрещённых Женевской конвенцией, но столь обожаемых Термитом.

– Минутная готовность, – возвестил Барон. На поляну из леса начали выходить собаки.

– Это будет с-с-с-сла-а-а-авная ох-х-х-хота, – Полоз очередной раз вспомнил Киплинга.

– Надеюсь, для нас она не станет последней?

– Не волнуйс-с-ся, человеческий детеныш-ш-ш-ш, ты выживеш-ш-ш-шь.

– Полоз, задолбал!

– Не гони волну, Сашок, – обычным голосом ответил он. – Живы будем – не помрем, а не помрем – так спляшем!

– Успокоил…

– Господи, да сколько же их? – прошептал Макс. Я посмотрел на противника, и у меня возник тот же вопрос. Собак было много. Очень много. Очень-очень! Все подступы к лесу были заняты псами. Чёрное море расплывалось по поляне, завывая и тявкая.

– Приготовили гранатометы! – скомандовал Зи мин.

Я перевёл «Муху» из походного в боевое положение и прицелился.

– Гранаты должны лечь под самые деревья, – продолжал Зимин. – Целься. Огонь!

Залп ушел точно куда указывал Петрович. Как только гранаты взорвались, мои архаровцы начали бить из двух штатных «вампиров», они же РПГ-29. Я привычно отсчитал количество выстрелов, имевшихся у моих «артиллеристов», и собрался было спросить Петровича о наших планах, но огонь из гранатометов продолжился. С удивлением обнаружил большое количество выстрелов возле ног гранатометчиков, явно превышающее штатное. Задумался. Вспомнил про парней, сидящих на деревьях, и сообразил, что боеприпас их. Мои отстрелялись очень быстро. Шум от выстрелов и взрывов слился и заглушал тот вой, что исходил от собачьей армии. Но, как только взрывы стихли, на нас обрушился неимоверный ор, царивший среди псов. Они визжали, лаяли, выли и скулили, но оставались на своих позициях. Заработали два «Печенега», их поддержал Микола со своим «Кордом». Среди собак началось шевеление: появившиеся проплешины в строю быстро заполнились новыми псами, и собаки начали медленное движение к нам.

– Ну сейчас нам мало не покажется! – пробор мотал Марсель.

Собаки начали увеличивать скорость. Им никак не удавалось выстроить «свинью», так как вершину этой конструкции постоянно срезали наши пулемёты. В конце концов, плюнув на это безнадежное начинание, они рванули со всех ног.

– Автоматы – товсь! – продолжал Петрович. – Па-а-али!

Псы как раз подошли на расстояние эффективного выстрела из автомата, и мы пальнули. Первые четыре шеренги срезало начисто, после чего атака захлебнулась и псы, нужно отдать им должное, разделившись на два потока, организованно повернули обратно к лесу.

– Разведка боем? – поинтересовался Марся.

– Очень может быть…

Псы снова начали выстраиваться в «свинью». Их числу не было конца. И снова атака, завершившаяся аналогичным маневром.

– Петрович, – я отвлекся от наблюдения за противником, – мне кажется, или они просто заставляют нас тратить патроны?

– Тебе не кажется, – с довольным видом согласился Зимин.

– И каковы наши гениальные планы?

– Сейчас третью атаку отобьем, а после неё – ломанёмся в наступление.

– Ломимся все?

– Пулемёты остаются на месте, остальные идут в контратаку.

– Далеко идти?

– Я скажу, когда хватит.

И снова неспешная волна накатывает на нас. Опять – пальба без передыху. Замолчал «Корд». Микола почти тут же встал в строй и взял автомат. Псы начали распадаться на два рукава и возвращаться на позиции. И вот, когда их маневр был почти завершён, Петрович и гаркнул:

– Вперёд!

Не прекращая стрельбы, мы рванули в контратаку. Для начала выкосили тех, кто ещё не начал разворот, а потом ударили в спины отступающих. Эффект на сокращённой дистанции был потрясающий: количество убитых возросло в разы!

– Стоять, возвращаемся, – выполняя команду Петровича, мы попятились назад. Перемахнули бруствер, перезарядились. Псы, понеся более серьёзные потери чем за два предыдущих раза, пополняли свои ряды и строились.

– Контратаковать только по моей команде! – сообщил Зимин.

Высоко в небе раздался клекот Орла.

– Отставить контратаку, – тут же взревел Олег.

– Что там? – К нему подошел Зимин.

– В лесу стоят особи гораздо крупнее тех, что мы видим сейчас. Наша контратака будет прервана их выпадом. Псы именно этого и ждут.

– Так, сейчас будет веселее, – потер руки Петрович. – Слушать сюда: имитируем контратаку, продвигаемся не больше десяти метров и останавливаемся. Дальше идут только стопроцентные.

– Кто? – поинтересовались мы хором.

– Тьфу на вас, – скривился Петрович. – Стопроцентные – это лица, прошедшие инициацию в полном объеме. То есть – Сашка, Марся, Олег и Ильдар.

– И куда нам, стопроцентным, дальше? – уныло спросил Олег.

– Встречать новых бойцов Собачки. Они вам понравятся… Ножи у всех острые?