Чтение онлайн

– Мне нужно поговорить с Джио, - сказал я.
– Вы не могли бы не убивать друг друга, пока нас не будет?
– Спросил я, переводя взгляд с Раша на Кинга и говоря достаточно громко, чтобы дядя мог меня услышать.

– Я не смогу убить его, если не могу видеть, и поскольку мои сетчатки сгорели при виде того, как моего племянника терзали на столе...

Я закатил глаза и быстро поцеловал Раша в губы, прежде чем направиться к Джио. Проходя мимо своего дяди, я сказал:

– Может, теперь ты будешь стучать в двери, как нормальный человек, вместо того чтобы взламывать замок.

Кинг отдал честь по-бойскаутски, но в то же время подмигнул мне, так что я понял, что этот человек не намерен менять свои печально известные привычки. Я покачал головой, глядя на него. Но, черт возьми, было приятно просто вернуться к старым ролям. Я мог только надеяться, что Мика и Кон будут такими же снисходительными.

Добравшись до Джио, я взял его за руку. Он без колебаний последовал за мной в спальню. Как только мы оказались наверху, я отпустил его руку, но как только мы посмотрели друг на друга, то снова обнялись.

– Прости...

– Кристофер...

Мы оба рассмеялись, а потом я подвел Джио к кровати. Мы сели на краешек матраса, но повернулись так, что оказались лицом друг к другу. Я не удивился, когда Пип высунул из-под кровати крошечную лапку и погладил меня по штанине. Я наклонился и пошевелил пальцами, чтобы он вышел, затем поднял его и посадил на колени Джио. Почти сразу же из-под кровати появилась Тампер, поэтому я поднял ее и посадил к себе на колени.

– Кролик?
– удивленно спросил Джио.
– В вашей семье не любят традиционных домашних животных?
– спросил он.

Я рассмеялся, потому что он был прав. Моя сестра Рори единолично решила, что наш зверинец должен состоять в основном из существ, что ползают, шипят или у которых больше четырех ног. Все началось со Стеллы, бородатого дракона, которого подарил ей Кинг много лет назад.

– Не могу поставить это себе в заслугу, - сказал я.
– Она принадлежит Рашу. Вместе с четырьмя другими кроликами, которые в данный момент подстригают задний двор.
– Я кивнул на Пипа.
– Это Пип. Он мой, но он у меня совсем недавно.

Мы оба на мгновение замолчали, поглаживая пушистые тельца у себя на коленях.

– Джио, я должен извиниться перед тобой. На самом деле, перед многими, - начал я.

Джио тут же покачал головой и закрыл глаза. Он был старше меня всего на пару лет, но у него было одно из самых мягких и добрых сердец из всех, кого я знал.

– Нет, не должен. Я хотел бы вернуть все назад, Кристофер. Ту ночь. Клуб. Я просто хотел бы вернуть все назад. Нам не следовало этого делать. Ты пытался сказать мне, что...

– Нет, не пытался, - перебил я.
– Я хотел что-то сказать, но не смог.

– Ты был хорошим другом, - пробормотал Джио.

– На самом деле, нет. Хороший друг не позволил бы тебе пойти в такое место. Хороший друг помог бы тебе справиться с гневом и болью, чтобы ты не совершал необдуманных поступков. Я ничего не сказал, потому что не мог. Не не хотел... не смог.

Я замолчал и опустил глаза.

– В моем доме ты не издаешь ни звука. Ты не делаешь ничего, чтобы привлечь к себе внимание. Но дядя Мика никогда не молчал. Он не мог молчать, потому что ему нужно было защитить меня и Рори. Я всегда считал себя трусом, но, думаю, это больше связано с чувством вины. Я никогда не вступался за человека, который меня вырастил. Я никогда не вступался за него. Я позволял себе прятаться в историях, где мог бы быть кем-то другим. Был ли я Пипом из «Больших надеждах», усваивающим важные уроки, - сказал я, указывая на котенка на коленях у Джио, - или ждал, что герой, из какой-нибудь захватывающей любовной истории, придет и спасет меня, я предпочел фантазию реальности, потому что так было проще. Я вычеркнул все, что не вписывалось в мою историю «Жили они долго и счастливо».

– Но после той ночи кое-что изменилось, - предположил Джио.

– Мне повезло дважды. В первый раз дядя Мика спас меня, а во второй раз рядом был Раш. Мне пришлось перестать верить в сказки, потому что не всегда за дверью будет ждать герой, который спасет меня.

Джио покачал головой.

– Это моя вина, Кристофер. Я знаю, ты хочешь попытаться снять с меня часть вины, но единственная причина, по которой тебя нужно было спасать той ночью, из-за того, что я облажался.

– Неужели ты не понимаешь, Джио, что это случилось бы в любом случае. Если уж на то пошло, мне повезло, потому что по ту сторону двери кто-то был. Я получил сигнал к пробуждению, в котором нуждался, но избежал худших последствий. Так что, если тебе нужно взять всю вину за ту ночь на себя, то сделай это, но все мои действия и поведение после, были исключительно моими. Отгораживаться от тебя, от нашей семьи - это моя вина, и только моя.

– Кристофер...
– Прошептал Джио.

Я знал, что он хочет сказать что-то еще, как-то извиниться, поэтому я посадил Тампер на кровать, а затем придвинулся поближе, чтобы обнять Джио.

– Я прощаю тебя, Джио. Пожалуйста, пожалуйста, прости себя. Я хочу, чтобы мой Джио вернулся.

Джио пару минут тихо плакал в моих объятиях. Когда мы оторвались друг от друга, каждый из нас восхищался собой и друг другом.

– Мой Кристофер, - сказал Джио с улыбкой.

Осознание того, что вернулся я, настоящий я, было столь же ошеломляющим, сколь и облегчением.

Джио взял меня за руки. Он посмотрел на задремавшего Пипа.

– Все плохо, да?
– прошептал он.

Я, конечно, понимал, о чем он говорит, но не знал, что ему ответить. Я сжал его пальцы, обдумывая свои слова.

– Я перестал жить своей жизнью задолго до того, как заболел, - сказал я.
– Потом я встретил удивительного, доброго, сильного, милого, великолепного, иногда неловкого, но всегда честного мужчину, который хочет прожить со мной всю свою жизнь. Ни завтра, ни через пять лет, ни в коем случае, если что-то случится. Сегодня. Сегодня он хочет прожить свою жизнь со мной. Он любит меня сегодня, сейчас. Так что нет, я не вижу ничего плохого. Если я проживу с ним час, или день, или год, или пятьдесят, ничто не помешает мне наслаждаться каждой секундой этого времени. Ничто.

Джио улыбнулся и крепко сжал мои руки.

– Значит, у тебя все-таки будет «долго и счастливо», - заметил он.

Я рассмеялся, потому что это было правдой. Раш сказал, что каждая история любви особенная. Особенная, но от этого не менее волшебная.

– Он был прав, - неожиданно для себя произнес я вслух.

– Кто? Прав в чем?

Я покачал головой.

– Раш и его взгляд на любовные истории. Он был прав.

Джио встряхнул меня за руку, чтобы вывести из задумчивости.

– Послушай меня, - резко сказал он, хотя в его глазах светилось веселье.
– Независимо от того, сколько потрясающих оргазмов подарит тебе этот мужчина или сколько прекрасных, сладких, изумительных вещей он скажет или сделает, никогда, никогда не произноси эти три коротких слова в его адрес. Никогда! Ты пожалеешь об этом, поверь мне.

– Я не могу не сказать ему, что люблю его, Джио.

– Что? Нет, говори ему, что хочешь. Только не говори ему, что он прав.

Я рассмеялся.