Чтение онлайн

– Не смотрите так печально, - подбодрил Уилкс.
– Вы сами говорили, что он наверняка воспользовался какой-то другой фамилией.

– Я говорил, что он мог это сделать. И вот ещё что. Я звонил в Хартфорд. Уэтли с Энди провели там вчера всю вторую половину дня, просматривая картотеку преступников. И все без толку.

– На этого парня ничего нет?

– Если и есть, то не в этом городе.

Начальник полиции покачал головой.

– Мы ищем и ищем, но все время попадаем не туда. Как будто ему каждый раз удается нас перехитрить, куда мы не кинемся.

– Наверняка он не пытается нас провести. Ему сейчас не до того.

– Еще хуже, если он водит нас за нос, даже не пытаясь этого делать.

Феллоуз схватил "Курир" и быстро пробежал глазами статью на первой полосе.

– Видите?
– спросил Хилдерс.
– Разве я не сделал все, как вы хотели, Фред? Теперь вы должны оказать мне любезность.

После такой неуклюжей фамильярности Феллоуз тут же ощетинился.

– Вы ещё получите все, что заслужили, Хилдерс.

– Может быть, мне можно будет проникнуть в тот дом?

– Я уже говорил вам, что не имею к этому никакого отношения.

– Достаточно одного вашего звонка Рестлину, и он меня туда впустит. Вам он не откажет.

Феллоуз нахмурился.

– Зачем вы туда так рветесь?

– Репортаж из первых рук. Я хочу сделать очерк, и мне нужны фотографии. Они должны были появиться уже в сегодняшнем номере. Мой издатель настаивает на сочной истории.
– Он кисло улыбнулся.
– Кроме того, хотя, конечно, я только дилетант, но убийства и тому подобное - мой профиль, а со временем приобретается опыт. Вдруг я смогу выдвинуть новую версию...

– Сид, он отбивает у тебя хлеб, - хмыкнул Феллоуз.

– Ну, знаете ли, я не настолько глуп, - возразил Хилдерс.

– Ладно, посмотрим. Кстати, как зовут того рисовальщика, о которой вы упоминали? Который работает в вашей газете?

– Дон Литл.

– Можете ему позвонить? Думаю, мы последуем вашему совету.

– Прямо сейчас? Сегодня вы его не застанете.

– Почему?

– У него выходной. Я не знаю, где его можно найти.

– Вы же нам упорно доказываете, какой вы проныра. Покажите, на что вы способны.

Хилдерс облизал губы и положил руку на телефонную трубку.

– Я разговаривал с ним прошлой ночью. Он ожидает, что ему за это заплатят.

– Из нашего бюджета?
– Феллоуз прищурился.
– Сколько же он хочет?

– Сотню.

Совершенно ошеломленный Феллоуз уставился на репортера, затем отобрал у него телефон.

– Сид, - сказал он, - мы выбрали не ту профессию. Нужно было в школе больше уделять внимания рисованию.

– Я ему тоже говорил, - сознался Хилдерс.
– Но парень не хочет ничего понимать.

Шеф спросил:

– Есть у нас какой-нибудь рисовальщик, Сид?

– Конечно. Где-то есть. Могу назвать двух-трех иллюстраторов из Нью-Йорка.

– Они наверняка запросят не меньше тысячи.

– Можем попробовать. Держу пари, что Генри Уайтлок сделал бы это бесплатно.

– У меня нервов не хватит просить такого, как он. Есть идея получше. Я позвоню преподавательнице рисования из нашей школы и попрошу прислать её лучшего ученика. Думаю, одаренный ученик сумеет сделать все ничуть не хуже. Здесь речь не о мастерстве, а о сходстве.

Хотя все предыдущие усилия Феллоуза ни к чему не привели, по крайней мере в этом случае все шло, как по маслу. В два часа дня в дежурку вошла с альбомом для эскизов под мышкой и бумажным пакетом с принадлежностями для рисования в руке Ширли Уайтлок. Шестнадцатилетнюю темноволосую миловидную ученицу стокфордской средней школы преподавательница рекомендовала как лучшую рисовальщицу. Поздоровавшись, Уилкс повел её в кабинет Феллоуза. Шеф разговаривал с Рэймондом Уэтли и Энди Палековски. После взаимных приветствий он усадил Ширли к столу и спросил:

– Тебе понятно, чего мы хотим?

– Думаю, да, сэр.

– Ты нарисуешь портрет мужчины в точности таким, как тебе его опишут эти двое. Посмотрим, будет ли это похоже на преступника.

– Да, сэр, - она раскрыла альбом, достала и положила рядом ластик и несколько кусочков угля для рисования.

– С чего начнем?

– Не знаю, - протянул Уэтли.
– Почему бы тебе просто не нарисовать какую-нибудь голову, а мы потом начнем вносить поправки?

Когда девушка обвела овал, он посмотрел на Энди.

– Что скажешь? Ты видел его позже, чем я. Лицо поуже этого?

Энди согласился, и девушка изменила контур. Так и пошло. Никто из мужчин не был уверен, как должны быть расположены глаза, широкий лоб или узкий. Они просто позволили ей продолжать фантазировать.

Феллоуз и Уилкс ушли из кабинета, оставив дверь открытой. Шеф чувствовал, что стесняет своим присутствием эту троицу: девушку, которая пыталась рисовать, пока он смотрел через её плечо, мужчин, которые переживали из-за своей неуверенности. Уилкс спросил:

– Куда же подевался этот чертов репортер, когда у нас для него такое событие? Он пропустит единственное стоящее известие, которое у нас есть за весь этот уикэнд.

Феллоуз пожал плечами.

– Ему так хотелось осмотреть дом... Должно быть, он там.

– Все равно ничего не найдет. Все прибрано, там только слесари, которые чинят водопровод.

– А если найдет?

Уилкс испытующе посмотрел на начальника.

– Вы сегодня меня удивляете. Не говорите только, что поддались на его уверения, что он детектив-любитель. Если вы это сделаете, значит с вами кончено.

Феллоуз печально покачал головой.

– Если уж я дошел до того, чтобы публиковать в газетах ученические наброски, сделанные по словам людей, видевших его лишь однажды, да к тому же несколько недель назад, тогда действительно до моего конца совсем недалеко. Да ещё бегать за каждым владельцем бензоколонки, просить дорожную полицию задерживать все бежевые "форды", обращаться в другие полицейские участки, чтобы там проверили полдюжины людей только потому, что те раньше работали на каком-то заводе скобяных изделий в Пенсильвании. Посмотрите в лицо этим фактам, Сид. Всему этому делу конец.