Чтение онлайн

удовольствия или неудовольствия, т.е. (по сх. т. 11) что способность

души и тела увеличивается или уменьшается и т.д., и следовательно

(по т. 12), душа является склонной к ее воображению или (по кор.

т. 13) отвращается от нее, т.е. (по сх. т. 13) любит ее или ненавидит; что и требовалось доказать.

С

холия. Отсюда мы видим, каким образом происходит то, что мы

любим или ненавидим что-либо без всякой известной нам причины, единственно, как говорится, из симпатии или антипатии. Сюда же

(как я покажу это в след. т.) должно отнести и те объекты, которые

причиняют нам удовольствие или неудовольствие вследствие одного

только того, что имеют что-либо сходное с объектами, обыкновенно

причиняющими нам такие аффекты. Я знаю, конечно, что авторы, которые впервые ввели эти названия — симпатия и антипатия, —

хотели обозначить ими некоторые скрытые качества вещей 15; но тем

не менее, полагаю, нам можно подразумевать под ними также и

качества известные или явные.

Теорема 16.

В

следствие одного того, что мы воображаем, что какая-либо вещь

имеет что-либо сходное с таким объектом, который обыкновенно

причиняет нашей душе удовольствие или неудовольствие, мы будем

любить или ненавидеть эту вещь, хотя бы то, в чем она сходна с

тем объектом, и не было производящей причиной этих аффектов.

Д

оказательство. То, что сходно с означенным объектом, в самом этом

объекте мы (по предположению) созерцаем под аффектом

удовольствия или неудовольствия. И потому (по т. 14), когда душа

будет воображать это, она тотчас же подвергнется тому или другому

аффекту, и следовательно, вещь, которая, как мы знаем, обладает тем

же самым, будет (по т. 15) косвенной причиной удовольствия или

неудовольствия. И следовательно (по пред.

4

69

кор.), хотя бы то, в чем она сходна с таким объектом, и не было

производящей причиной этих аффектов, тем не менее мы будем ее

любить или ненавидеть; что и требовалось доказать.

Теорема 17.

Е

сли мы воображаем, что вещь, которая обыкновенно причиняет

нам неудовольствие, имеет что-либо сходное с другой вещью, обыкновенно причиняющей нам столь же большое удовольствие, то

мы будем в одно и то же время и ненавидеть и любить ее.

Д

оказательство. Такая вещь (по предположению) сама по себе

составляет причину нашего неудовольствия, и (по сх. т. 13), поскольку мы воображаем ее с таким аффектом, мы ее ненавидим; но, поскольку мы воображаем помимо этого, что она имеет что-либо

сходное с другой вещью, обыкновенно причиняющей нам столь же

большое удовольствие, мы (по пред. т.) будем ее любить с такой же

степенью удовольствия. Следовательно, мы будем ее в одно и то же

время и любить и ненавидеть; что и требовалось доказать.

С

холия.

Такое

состояние души,

возникающее из двух

противоположных аффектов, называется душевным колебанием, которое поэтому относится к аффекту точно так же, как сомнение к

воображению (см. сх. т. 44, ч. II); и душевное колебание и сомнение

различаются между собой только по степени. Но должно заметить, что в предыдущей теореме я вывел эти душевные колебания из таких

причин, которые составляют причину одного аффекта сами по себе, а

другого — косвенно. Я сделал это потому, что таким образом их

легче можно было вывести из предыдущего, а вовсе не потому, чтобы я отрицал, что большинство душевных колебаний возникает

от объекта, составляющего производящую причину обоих аффектов.

Тело человеческое (по пост. 1, ч. II) слагается из весьма многих

индивидуумов различной природы, и потому (по акс. 1 после

леммы 3, следующей за т. 13, ч. II) со стороны одного и того же тела

может подвергаться весьма многим и различным действиям; и

наоборот, так как одна и та же вещь может находиться в различных

состояниях, то она может также и действовать на одну

4

70

и ту же часть тела многими, самыми различными способами. Отсюда

мы легко можем представить себе, что один и тот же объект может

быть производящей причиной многих противоположных аффектов.

Теорема 18.

О

браз вещи прошедшей или будущей причиняет человеку такой же

аффект удовольствия или неудовольствия, как и образ вещи

настоящей.

Д

оказательство. До тех пор, пока человек находится под действием

образа какой-либо вещи, он будет смотреть на нее (по т. 17, ч. II с ее

кор.), как на находящуюся налицо, хотя бы она в действительности и

не существовала; он воображает ее прошедшей или будущей только

в том случае, если ее образ соединен с образом прошедшего времени

или будущего (см. сх. т. 44, ч. II). Поэтому образ вещи, рассматриваемый сам в себе, будет одним и тем же, все равно —

относится ли он к прошедшему или будущему времени, или к

настоящему, т.е. (по кор. 2 т. 16, ч. II) состояние или аффект тела