Спиноза Б. Избранные произведения
Шрифт:
обыкновенно называется любезностью. Далее удовольствие, с
которым мы воображаем действие другого, которым он старался
понравиться нам, я называю похвалою; неудовольствие же, с
которым мы отвращаемся от его действия, я называю порицанием.
__________________
*
В этой и последующих теоремах должно подразумевать таких людей, к
которым мы не питаем никакого аффекта.
4
79
Теорема 30.
Е
сли кто сделал что-нибудь такое, что, по его воображению, доставляет другим удовольствие, тот будет чувствовать
удовольствие, сопровождаемое идеей о самом себе как причиной
этого удовольствия, иными словами — будет смотреть на самого
себя с удовольствием. Наоборот, если он сделал что-либо такое, что, по его воображению, причиняет другим неудовольствие, то он
будет смотреть на самого себя с неудовольствием.
Д
оказательство. Кто воображает, что он причиняет другим
удовольствие или неудовольствие, тот тем самым (по т. 27) будет
чувствовать удовольствие или неудовольствие. А так как (по т. 19 и
т. 23, ч. II) человек сознает самого себя по тем состояниям, которыми
он определяется к действию, то, следовательно, тот, кто сделал что-
либо такое, что, по его воображению, причиняет другим
удовольствие, будет чувствовать удовольствие, соединенное с
сознанием самого себя как причиной этого удовольствия, иными
словами, он будет смотреть на самого себя с удовольствием, и
наоборот; что и требовалось доказать.
С
холия. Так как любовь (по сх. т. 13) есть удовольствие, сопровождаемое идеей внешней причины, а ненависть —
неудовольствие, также сопровождаемое идеей внешней причины, то
вышеозначенные удовольствие и неудовольствие будут видами
любви и ненависти. Но так как любовь и ненависть относятся к
внешним объектам, то эти аффекты мы обозначим другими
названиями, именно: удовольствие, сопровождаемое идеей внешней
причины, мы будем называть гордостью, а противоположное ему
неудовольствие — стыдом; при этом должно подразумевать тот
случай, когда удовольствие или неудовольствие возникает
вследствие того, что человек уверен, что его хвалят или порицают. В
иных случаях я буду называть удовольствие, сопровождаемое идеей
внешней причины самодовольством, а противоположное ему
неудовольствие — раскаянием. Далее, так как (го кор. т. 17, ч. II) может случиться, что удовольствие, которое кто-либо, по его
воображению, причиняет другим, будет лишь воображаемым, и так
как (по т. 25) каждый старается воображать о себе все то, что, по его
воображению, доставляет ему удовольствие, то легко мо-
4
80
жет случиться, что гордец будет объят самомнением и станет
воображать, что он всем приятен, между тем как он всем в тягость.
Теорема 31.
Е
сли мы воображаем, что кто-либо любит, желает или ненавидит
что-либо такое, что мы сами любим, желаем или ненавидим, то
тем постояннее мы будем это любить и т. д. Если же воображаем, что он отвращается от того, что мы любим, или наоборот, то
будем испытывать душевное колебание.
Д
оказательство. Вследствие одного того, что кто-либо, по нашему
воображению, что-нибудь любит, мы сами будем любить это (по
т. 27). Но по предположению мы и без того любим это.
Следовательно, для любви прибавляется еще новая причина, ей
благоприятствующая, и потому то, что мы любим, мы будем любить
вследствие этого тем постояннее. Далее, воображая, будто кто-либо
чувствует к чему-нибудь отвращение, мы сами будем избегать этого
(по той же т.). Если же предположим, что мы в то же самое время
любим это, то, значит, мы в то же самое время будем к одному и
тому же относиться и с любовью и с отвращением, иными словами
(по сх. т. 17), будем колебаться; что и требовалось доказать.
К
оролларий. Отсюда и из т. 28 этой части следует, что всякий
стремится, насколько возможно, к тому, чтобы каждый любил то, что
он сам любит, и ненавидел, что он ненавидит. Отсюда слова поэта *. Б
удем и страх и надежду делить, коль любим друг друга,
С
ердце железное лишь любит другим вперекор.
С
холия. Такое стремление к тому, чтобы каждый одобрял то, что мы
любим или ненавидим, есть в действительности честолюбие (см.
сх. т. 29). Отсюда мы видим, что каждый из нас от природы желает, чтобы другие жили по-нашему. А так как все одинаково желают того
же, то все одинаково служат друг другу препятствием и, желая того, чтобы все их хвалили или любили, становятся друг для друга