Чтение онлайн

11

Теорема 36.

П

ознавательная любовь души к богу есть самая любовь бога, которой

бог любит самого себя, не поскольку он бесконечен, но поскольку он

может выражаться в сущности человеческой души, рассматриваемой под формой вечности, т. е. познавательная

любовь души к богу составляет часть бесконечной любви, которой

бог любит самого себя.

Д

оказательство. Эта любовь чуши должна быть отнесена к ее

действиям (по кор. т. 32 этой ч. и т. 3, ч. III), и, следовательно, она

есть действие, через которое душа созерцает самое себя в

сопровождении идеи о боге как своей причиной (по т. 32 и ее кор.), т.е. (по кор. т. 25, ч. I, и кор. т. 11, ч. II) действие, через которое бог, поскольку он может выражаться в человеческой душе, созерцает

самого себя в сопровождении идеи о самом себе. А потому (по пред.

т.) эта любовь души составляет часть бесконечной любви, которой

бог любит самого себя; что и требовалось доказать.

К

оролларий. Отсюда следует, что бог, любя самого себя, любит

людей, и, следовательно, любовь бога к людям и познавательная

любовь души к богу — одно и то же.

С

холия. Из сказанного мы легко можем понять, в чем состоит наше

спасение, блаженство или свобода. А именно — в постоянной и

вечной любви к богу, иными словами — в любви бога к людям. Эта

любовь или блаженство называется в священных книгах славой, и не

без основания. В самом деле, относится ли эта любовь к богу или к

душе, она всегда справедливо может быть названа душевным

удовлетворением, в действительности не отличающимся от любви к

славе, т.е. гордости (по опр. 25 и 30 аффектов). Поскольку она

относится к богу, она (по т. 35) есть удовольствие (если еще можно

пользоваться этим словом), сопровождаемое идеей о нем самом, точно так же, поскольку она относится и к душе (по т. 27). Далее, так

как сущность нашей души состоит в одном только познании, начало

и основу которого составляет бог (по т. 15, ч. I, и сх. т. 47, ч. II), то

для нас очевидно отсюда, каким образом и почему душа наша по

своей сущности и существованию вытекает из божественной

природы и всегда зависит от бога. Я счел здесь нужным заметить это

с той целью, дабы на этом примере показать,

6

12

какую силу имеет познание единичных вещей, названное мною

интуитивным или познанием третьего рода (см. сх. 2 т. 40, ч. II), и

насколько оно могущественнее того универсального познания, которое я назвал познанием второго рода. Ибо хотя в первой части я

и показал вообще, что все (а следовательно, также и человеческая

душа) зависит по своей сущности и существованию от бога, однако

то доказательство, хотя оно вполне законно и находится вне всякого

сомнения, не так действует на нашу душу, как в том случае, когда мы

приходим к тому же самому заключению из рассмотрения самой

сущности какой-либо единичной вещи, которая, как я говорю, зависит от бога.

Теорема 37.

В

природе нет ничего, что было бы противно этой познавательной

любви, иными словами, что могло бы ее уничтожить.

Д

оказательство. Эта познавательная любовь необходимо вытекает из

природы души, поскольку она через посредство природы бога

рассматривается как вечная истина (по т. 33 и 29). Следовательно, если бы существовало что-либо противное этой любви, то оно было

бы противно истине, и, следовательно, то, что могло бы уничтожить

эту любовь, делало бы истинное ложным; а это (само собой

очевидно) нелепо. Следовательно, в природе нет ничего и т.д.; что и

требовалось доказать.

С

холия. Аксиома четвертой части относится к единичным вещам, поскольку они рассматриваются в отношении к известному времени

и месту, и в этом, я уверен, никто не сомневается.

Теорема 38.

Ч

ем больше вещей познает душа по второму и третьему роду

познания, тем менее она страдает от дурных аффектов и тем

менее боится смерти.

Д

оказательство. Сущность души состоит в познании (по т. 11, ч. II).

Таким образом, чем больше вещей познает душа по второму и

третьему роду познания, тем большая часть ее остается (по т. 29 и

23), и следовательно (по пред. т.), тем большую часть ее не трогают

аффекты,

6

13

противные нашей природе, т.е. (по т. 30, ч. IV) дурные. Итак, чем

больше вещей познает душа по второму и третьему роду познания, тем большая часть ее остается невредимой, и следовательно, тем

менее она страдает от аффектов и т.д.; что и требовалось доказать.

С

холия. Отсюда для нас становится понятно то, чего я коснулся в

сх. т. 39, ч. IV, и что обещал изложить в этой части; а именно, что

смерть тем менее приносит нам вреда, чем больше то ясное и

отчетливое познание, которым обладает душа, и следовательно, чем