Чтение онлайн

больше душа любит бога. Далее, так как (по т. 27) из третьего рода

познания возникает самое высшее удовлетворение, какое только

может быть, то из этого следует, что природа человеческой души

может быть такова, что та часть ее, которая, как мы показали, погибает вместе с телом (см. т. 21), в сравнении с той, которая

остается, не будет иметь никакого значения. Но об этом я сейчас

скажу подробнее.

Теорема 39.

И

меющий тело, способное к весьма многим действиям, имеет душу, наибольшая часть которой вечна.

Д

оказательство. Кто имеет тело, способное к весьма многим

действиям, тот всего менее волнуется дурными аффектами (по т. 38, ч. IV), т.е. (по т. 30, ч. IV) аффектами, противными нашей природе. А

потому (по т. 10) он имеет способность приводить состояния тела в

порядок и связь сообразно с порядком разума и, следовательно (по

т. 14), достигать того, чтобы все состояния тела относились к идее

бога, а отсюда произойдет то, что он будет исполнен к богу

любовью, которая (по т. 16) должна занять или составить

наибольшую часть души, и следовательно (по т. 33), он имеет душу, наибольшая часть которой вечна; что и требовалось доказать.

С

холия. Так как тела людей способны весьма ко многому, то, несомненно, природа их может быть такова, чтобы соответствовать

душам, имеющим большое познание себя самих и бога, и

наибольшая или главнейшая часть которых бессмертна, так что они

едва ли боятся смерти. Но, чтобы яснее понять это, здесь должно

обратить внимание на то, что мы живем в беспрестанном изменении, и сообразно с тем, изменяемся ли мы к лучшему или худ-

6

14

тому, мы называемся счастливыми или несчастными. Так, тот, кто

умирает в детстве или в отрочестве, называется несчастным, и

наоборот — считается за счастье, если мы можем пройти весь

жизненный путь со здравой душой в здравом теле. И в самом деле, кто, как ребенок или мальчик, имеет тело, способное только к весьма

немногому и всего более стоящее в зависимости от внешних причин, тот имеет душу, которая, рассматриваемая сама по себе, почти

ничего не знает ни о себе, ни о боге, ни о вещах; и наоборот, имеющий тело, способное весьма ко многому, имеет душу, которая, рассматриваемая сама в себе, обладает большим познанием и себя

самой, и бога, и вещей. Поэтому в этой жизни прежде всего должно

стремиться к тому, чтобы тело, соответствующее детству, насколько

позволяет его природа и насколько это для него полезно, изменилось

в другое тело, способное ко многому и соответствующее душе, обладающей наибольшим познанием себя, бога и вещей; и притом

таким образом, чтобы все то, что относится к ее памяти или

воображению, не имело бы почти никакой цены в сравнении с

разумом, как мы сказали уже в схолии предыдущей теоремы.

Теорема 40.

Ч

ем более какая-либо вещь имеет совершенства, тем более она

действует и тем менее страдает; и наоборот, чем более она

действует, тем она совершеннее.

Д

оказательство. Чем вещь совершеннее, тем более она имеет

реальности (по опр. 6, ч. II) и, следовательно (по т. 3, ч. III с ее сх.), тем более она действует и менее страдает. Это доказательство, будучи обращено, идет тем же порядком, и следовательно, наоборот, вещь тем совершеннее, чем более она действует; что и требовалось

доказать.

К

оролларий. Отсюда следует, что та часть души, которая остается, какова бы ни была она по своей величине, совершеннее другой

части. Ибо вечная часть души (по т. 23 и т. 29) есть разум, в силу

одного которого мы называемся действующими (по т. 3, ч. III); та же

часть, которая, как мы показали, погибает, есть воображение (по

т. 21), благодаря которому мы называемся страдательными (по т. 3, ч. III, и общ. опр. аффектов). А потому

6

15

(по пред. т.) первая часть, какова бы она ни была по своей величине, совершеннее второй; что и требовалось доказать.

С

холия. Вот то, что я предположил показать относительно души, поскольку она рассматривается безотносительно к существованию

тела. Отсюда, а также из т. 21, ч. I, и других ясно, что душа наша, поскольку она познает, составляет вечный модус мышления, определяющийся другим вечным модусом мышления, этот третьим и

так до бесконечности, так что все вместе составляют вечный и

бесконечный разум бога.

Теорема 41.

Х

отя бы мы и не знали, что душа наша вечна, однако уважение к

общему благу, благочестие и вообще все, относящееся, как мы

показали в четвертой части, к мужеству и великодушию, мы все-

таки считали бы за главное.

Д

оказательство. Первая и единственная основа добродетели или

правильного образа жизни есть (по кор. т. 22 и т. 24, ч. IV) искание

собственной пользы. Для определения же того, что разум признает

полезным, мы совсем не принимали в соображение вечности души, о

которой узнали только в этой пятой части. Таким образом, хотя мы в

то время и не знали, что душа вечна, однако то, что, как мы показали, относится к мужеству и великодушию, мы все-таки признали за