Чтение онлайн

Беседа возникла сама собой, как только кончилась последняя песня. Селестиэль порылась в своем мешке и вытащила кинжал в металлических ножнах; его лезвие было около десяти дюймов в длину, по рукоятке было видно, что кинжал сделан очень - очень давно.

– Этот кинжал сделан в Валиноре, - сказала Селестиэль.
– Я зову его Ангрист, в память о кинжале Берена, потому что он тоже режет железо.

Лугарев с интересом вынул кинжал из ножен. На ножнах был выдавлен углубленный желобок, точно такой же был на лезвии кинжала. Желобки не давали кинжалу соприкасаться режущими кромками с ножнами.

– Осторожно, не касайся черных лезвий!
– предупредила Селестиэль.
– Он может отрезать палец легким нажатием.

Лезвие кинжала было сделано из обычной для эльфов нержавеющей стали и отполировано так, что Лугарев видел в нем свое отражение. Но кромки, режущие кромки лезвия были черны и совершенно не отражали свет. По краю лезвия шла каемка непроглядной черноты шириной в три миллиметра. Но удивительнее всего был вес кинжала. Он совершенно не соответствовал его размерам - кинжал весил не менее двух килограммов, причем львиная доля веса приходилась на лезвие.

– Из чего он сделан, черт возьми?
– спросил Лугарев.
– Вот этот черный материал?

– Не знаю, - ответила Селестиэль.
– Могу только сказать, что с момента изготовления его ни разу никто не точил. Можешь потом отдать его на анализ.

– Слушай, а где тот жезл, что ты нашла?
– спросил Лугарев.
– Его стоило бы нашему колдуну показать.

Гэндальф долго и с интересом рассматривал жезл. Вероятно, он сделал для себя определенные выводы, но не пожелал делиться ими с наемниками.

– Хорошо, что вы не стали пробовать его использовать, - сказал майар.
– Такие штуки бывают опасны, если у вас нет опыта обращения с ними.

– Скажите-ка, почтенный Гэндальф, - обратился к магу Митчелл.
– Мне уже давно не дает покоя один вопрос. Нам тут как-то сказали, что эльфы появились до первого появления Солнца и Луны. Но это идет вразрез со всеми нашими астрономическими представлениями...

– Я понимаю ваши затруднения, почтенный Джим, - мягко прервал его Гэндальф.
– Видите ли, Валары сообщили эльфам лишь то, что считали нужным сообщить, и в такой форме, в какой сами хотели это сделать. Так что не верьте слепо всем эльфийским преданиям о днях сотворения мира.

– Но, Митрандир!
– воскликнула Селестиэль.
– Ломион, мой друг, видел собственными глазами первый восход Луны!

– Вопрос в том, - ответил Гэндальф, - видел ли он его, или ему показалось, что он это видит, и был ли это действительно первый восход? Боюсь, что ваш вопрос относится к тем, о которых у вас говорят, что они "выходят за пределы моей компетенции".

Лугарев насторожился. Маг говорил слишком уж современно. Откуда ему было знать такие выражения? Подслушать их у наемников он вряд ли мог; мало кто из них вообще мог выговорить такое слово как "компетенция". Значит, он потихоньку шарил в чужих мыслях? В таком случае он с каждой минутой становится все опаснее для команды.

Наемники продолжали наседать на мага с вопросами.

– А будет ли достаточно уничтожить Саурона, чтобы освободить этот мир от сил зла?
– спросил Бейли.
– Мне что-то в это с трудом верится. Мы ведь не можем торчать здесь до конца жизни.

– Достаточно ли? Гм?!
– Гэндальф, казалось, задумался.
– Нет, конечно. Трудно провести грань между добром и злом, у того и другого тысяча лиц. Добро для одних обычно оборачивается злом для других... А Саурон... с ним все просто. Он действительно олицетворение абсолютного зла. Он хочет стать Властелином Мира, сделать все народы своими рабами. Разве в вашем мире не находилось подобных типов? Если вы уничтожите его - именно уничтожите, а не развоплотите в очередной раз - вы, конечно, не избавите этот мир от всего рассеянного в нем зла, но с большой его частью будет навсегда покончено.

– Скажи, Митрандир, - спросила Селестиэль, - Ты говорил, что валары не хотят вмешиваться в наши дела, опасаясь нарушить закон Весов. Но почему бы им тогда не обратиться за помощью к Илуватару? Неужели всемогущий Эру Илуватар не мог бы избавить наш мир от угрозы возвращения Моргота?

– Лишь один раз валары прибегли к помощи Илуватара, - голос мага звучал теперь жестко и в то же время печально.
– Тогда был затоплен Нуменор. До сих пор Стихии Арды сожалеют об этом решении, оплакивая гибель могущественного народа Аданов и их прекрасной земли. Хватит уже Валарам нянчиться с вами, вы и сами можете о себе позаботиться! К тому же, - он поглядел на наемников, - у вас теперь есть надежные союзники, пожалуй, не менее могущественные, чем Валары.

– Но у них нет знаний о нашем мире!
– сказала Селестиэль.
– Они действуют почти вслепую, и некому их направить!

– Вот и займитесь этим вы, эльфы, - ответил Гэндальф.
– Да и кроме вас найдутся еще древние силы, служащие добру, которые еще не покинули Северный мир.

– А много ли осталось нас в этом мире?
– сказала Селестиэль.
– Что я могу сделать одна?

– Ты не одна, Селестиэль, - покачал головой майар.
– Вспомни, сколько смогла сделать Гилраэнь, а ведь ей пришлось начинать вообще с нуля. У твоих новых друзей за плечами могучая техника, которая и не снилась Гилраэни; их много, они сильны и готовы помочь. Скажи им, что нужно сделать, и они своротят горы на своем пути.

Лугарев настороженно слушал мага, распевающего дифирамбы наемникам, пытаясь угадать, что у старого хрыча на уме.

– Вот я и боюсь, что они больше своротят, чем помогут, - улыбнулась Селестиэль.
– За ними все время присматривать надо. А местные люди, хоть и не все, но многие, враждебны к эльдарам, я до сих пор не понимаю, почему? Неужели они действительно завидуют нашему бессмертию?

– А по-твоему этой причины недостаточно?
– маг усмехнулся в бороду.
– Посмотри на людей. Их век слишком короток, чтобы они не завидовали вам. Они живут полной жизнью от силы лет сорок - сорок пять, потом их одолевают болезни, старость. И каково им, по-твоему, видеть рядом вечно прекрасных, не стареющих, не болеющих эльфов, которые гораздо умнее, красивее их, да еще и живут вечно! Ты удивишься, но я вполне понимаю нуменорского короля Ар-Паразона. Он не первый и не последний из тех, кто пожелал бессмертия, пожелал сравняться со Старшими Детьми Илуватара. Просто он первым сделал реальный шаг в этом направлении, устроив высадку в Валиноре, и был сурово наказан за это. Я не должен был бы говорить вам это, но, мне кажется, рано или поздно найдется тот, кто пойдет по следам Ар-Паразона; тот, кто силой или хитростью попытается преодолеть Черту и пройти Прямым путем в Валинор!

Слово было произнесено!

Лугарев молча стиснул руку Селестиэль; нельзя было подавать виду, чтобы старый хитрец ни о чем не догадался. Селестиэль поняла его:

– Сомневаюсь, чтобы после гибели Нуменора еще кто-то осмелится рискнуть проникнуть в пределы Благословенного Края. Даже Гилраэнь, с ее характером и силой воли, и та не решилась на подобное, - сказала она.

– Гилраэнь, ...
– майар задумчиво посмотрел в болотную даль.
– Да... Она была готова смести все на своем пути, но с валарами играла по правилам...

– Игорь, а который час?
– спросила Селестиэль.
– Не пора ли нам отдохнуть? Завтра будет тяжелый день.

ГЛАВА 11.

"Броня крепка..."

Наемники расположились на ночь внутри вместительного вертолета "Пэйв Лоу". Распихав снаряжение поближе к стенам и освободив узкий проход посередине, они накачали воздухом надувные матрасы и улеглись прямо на ящики с боезапасом, держа под рукой оружие. У двери, зевая время от времени, стоял Кингсли, через два часа его должен был сменить Логан.