Чтение онлайн

— Пират-неудачник? — Он усмехается, качая головой. — У тебя острый язычок, Дафна. — То, как он произносит мое имя, заставляет что-то сжаться внутри.

— А у тебя — раздутое эго, Кэмерон.

Я стараюсь выглядеть равнодушной.

— Послушай, я...

— Не «послушай». Ты то горячий, то холодный, то вверх, то вниз — это утомительно. Только что ты мне помогал, а теперь обвиняешь в преследовании.

Он глубоко вздыхает, взгляд смягчается.

— Может, я просто пытаюсь разобраться.

Эти слова будто отрезвляют меня. Я не хочу быть разменной монетой для какого-то красавца, который не умеет выражать чувства.

— Я думала, нам нечего «разбирать». Оставь коробки здесь, я потом заберу.

Разворачиваюсь, чтобы уйти в квартиру, но тапочек скользит по плитке — я теряю равновесие. Большая коробка выпадает из рук. В одно мгновение Кэмерон бросает свои коробки на площадку и хватает меня за плечи, пытаясь удержать. Мы оба падаем, спотыкаемся на лестнице и скатываемся вниз на четыре ступеньки, пока не останавливаемся на площадке. Моя спина прижата к стене, а его высокий рост нависает надо мной.

Его горячее дыхание обжигает лицо. Я чувствую запах свежей травы и мускуса. Предательский разум тут же выдает воспоминания о нем:

Как его щетина касалась моих пальцев... Как нежно его губы целовали мои ладони...

Он подавляет меня своим присутствием. Воздуха не хватает. Мы долго смотрим друг на друга, его взгляд скользит по моим глазам, затем опускается к губам.

Я хочу поцеловать его снова. Вопреки всем рациональным мыслям, мне хочется приподняться на цыпочках и ощутить его вкус.

— Ты вкусно пахнешь, — говорит он с ледяной протяжностью.

Колени подкашиваются. В животе разливается тепло. Хочется крикнуть: «Затащи меня в квартиру и давай наконец покончим с этим дурацким напряжением!» Но я не могу. Не после того, как он уже однажды оттолкнул меня.

Собрав всю волю, я отстраняюсь.

— Спасибо, — резко бросаю, и мой голос будто разрезает напряжение. Хватаю коробку. — Доброй ночи.

Лечу по лестнице, вбегаю в квартиру и швыряю картонную преграду на пол.

Гостиная кружится перед глазами, пока я пытаюсь успокоить бешеный пульс. Но его образ не выходит из головы:

Этот сильный подбородок... Нос с небольшой горбинкой... Сжатые кулаки, когда он избегал моего взгляда...

Что дает таким парням право быть такими придурками? Патриархат, вот что. Его первый красный флаг был очевиден: какой нормальный человек не ест сахар? Должно же быть руководство для ворчунов:

1. Никогда не улыбаться.

2. Избегать сладкого.

3. Мычать вместо слов.

4. Не гладить щенков.

Ладно, насчет последнего не уверена. Но суть ясна.

У меня есть вязанный ретрит, шарфы для Феми и еще девять месяцев моего «Года Да». Мне некогда возиться с парнями, которые сами не знают, чего хотят.

— Хватит, Дафна. Я сильная, уверенная в себе и очаровательная женщина, которой не нужно сомневаться в себе! — говорю я вслух.

И если он не хочет иметь со мной ничего общего — это его проблемы.

Я — Девушка-Да!

...Разве что когда дело касается Кэмерона Хастингса.

Кэмерон

27 сентября

Защита «Линдхерста» не вытянула — третье поражение за сезон

Жалко.

Я снова нажимаю на перемотку. Изображение Камары исчезает, оставляя мою зону открытой. Нападающий Розмонта делает финт налево — я слишком медленный. Свисток судьи режет слух, и стадион взрывается рёвом трибун.

Всего один гол. Этого хватило.

Мы проиграли три матча из шести. Шансы «Линдхерста» — мои шансы — на чемпионство тают с каждой неделей. Я не могу избавиться от мысли, что зря ушёл из старого клуба. У «Овертона» одиннадцать очков, у нас — пять. Эта мысль всплывает в голове всё чаще.

«Парксайд Сити», лидер последних двух лет, сейчас проваливается из-за травм и внутренних драм. Если и был год, когда можно выиграть, то именно этот.

Я снова смотрю на экран. Мои партнёры по команде доверяют друг другу, но не мне. Я — слабое звено. Мне нужно вернуть былую хватку, пока не поздно. Я перематываю запись снова и снова, морщась при каждом голе. Я не заслуживаю отдыха, пока не разберу свои ошибки.

В голове звучит голос Росси: «Ты называешь это защитой? Ты жалок». Он заставлял меня пересматривать каждый промах, каждую мелочь.

Измождённый, я плюхаюсь на диван в общей гостиной. Накидываю на голову один из мягких пледов Дафны — тепло даёт временное утешение.

Шаги на лестнице заставляют меня вздрогнуть. Я резко сбрасываю плед и подушку, стараясь выглядеть непринуждённо.

— «Остров любви» по средам и воскресеньям, бум-бум-бап-бу-бап! — Дафна врывается в комнату, словно фейерверк конфетти. Она замирает, заметив сброшенный плед, затем смотрит на меня. — Упс…Забудь, что я здесь была!

Сколько бы я ни таскал коробки ни убивал пауков, это не отменяет того, что я был мудаком.

— Постой! — кричу я ей вслед.

Она резко разворачивается в дверях, и её вязание цепляется за ручку. Пытаясь освободиться, она делает шаг назад, но дверь захлопывается.

— Нет-нет-нет, пожалуйста, только не это… — вздыхает она, дёргая ручку. Я ставлю запись на паузу и подхожу.

— В чём дело?

Она трижды стукает лбом о дверь, прежде чем повернуться ко мне.

— Дом стоит под уклоном, и если эта дверь закрывается, её заклинивает. Теперь мы в ловушке.

Похоже, вселенная пытается вытянуть из меня извинения.

— Можешь позвать кого-нибудь из команды, чтобы нас выпустили? — она упирает руки в бока.

— Телефона нет. А разве у тебя не должен быть всегда под рукой, для инстаграма?

Она хмурится.

— Знаешь что? Всё в порядке. Всё будет хорошо. Я посижу тут, — она проходит мимо, бросает оранжевый плед на диван и садится вязать. — А ты можешь остаться там. Скоро нас кто-нибудь выпустит.

Она хватает пульт и включает «Остров любви». У меня дёргается челюсть. Чёрт. Она ненавидит меня. Я довёл до этого даже её — девушку, которая, кажется, обходит муравьёв на тротуаре, чтобы не наступить.