Чтение онлайн

Слезы навернулись у нее на глаза, когда она чуть не споткнулась о человеческие останки молодой женщины.

Ее голос был полон сожаления, когда она заговорила.

— Это не нормально, ничего из этого. Я такая же, как он.

— Любимая, ты никогда не сможешь быть такой, как он, — заверил ее Рук.

Она задрожала, осознав ущерб от того, что натворила. Мгновенное сожаление отразилось на ее лице.

Затем она побежала.

Глава Сороковая

Я побежала. Я бежала изо всех сил.

Я сбежала из ночного клуба.

Я побежала к маяку, который звал меня.

Единственными звуками были мое тяжелое дыхание, стук моих ног по тротуару и гулкие голоса троих обеспокоенных мужчин позади меня.

Все здания, мимо которых я пробегала, были не чем иным, как размытой акварелью, когда слезы наполнили мои глаза. Мне не нужно было зрение, чтобы понять, куда меня тянет.

Я бежала до тех пор, пока не упала на колени. Мое тело рухнуло вперед на ступени моего пункта назначения. Холодный камень подо мной резко контрастировал с огнём, что ещё недавно бурлил в моих жилах в ночном клубе. Щека уперлась в край ступени, и одна-единственная слеза скатилась по её изгибу, встретившись с безжалостной поверхностью под ней.

С грудью, вздымающейся от нахлынувших эмоций, что гнали меня сюда, я закрыла глаза и поняла — я именно там, где должна быть. Я лежала, прислушиваясь к стуку своего сердца, пока не раздался голос, глубокий, будто вибрировавший повсюду вокруг.

— Милая Кинли, — страстный голос Люцифера оторвал меня от моих мыслей.

Горячая рука легла мне на плечо. Его прикосновение заставило меня сесть.

Мои усталые глаза осмотрели фасад здания передо мной. Архитектура собора нависала надо мной, большое витражное окно с похожими на головоломку кусочками цветного стекла было центром внимания над большими деревянными дверями, которые приветствовали всех верующих.

Он кружил во круг меня, затем присел на корточки передо мной, и обе его ладони легли мне на плечи, пока его пламенные, цвета жжёной сиены, глаза вглядывались в мои. Его облик полностью сформировался передо мной: золотисто-медовые волосы были аккуратно зачёсаны с лёгким боковым пробором. Черты лица — поразительно красивые, наполненные тёмным очарованием его сущности.

— Я чувствую твоё отчаяние, — произнёс он. — Я ощутил его в твоей молитве, когда ты призвала Пламя Ада.

Я кивнула, не в силах солгать ему. В свою очередь, он уговорил меня подняться на ноги.

Звук нескольких приближающихся шагов привлек мое внимание. Оглянувшись через плечо, я увидела, как Атлас, Рук и Сай подошли к подножию каменных ступеней церкви. Рук выглядел особенно запыхавшимся. Зора, должно быть, осталась в клубе, чтобы навести порядок после меня.

Все их лица оставались полными беспокойства, все они были искажены неуверенностью, когда увидели, кто был там со мной. У Сайласа, в частности, под пристальным взглядом тлела искорка гнева.

— Люцифер, — Сай с презрением выплюнул первоначальное имя падшего ангела Вселенной.

Люцифер без колебаний ответил, казалось бы, приятной улыбкой.

— Сайлас, прошло слишком много времени, брат.

Люцифер отошел от меня, спустившись на несколько ступеней по направлению к парням.

— Я вижу, ты с моим бывшим приспешником. Как там, по ту сторону баррикад, Атлассиан? — Его взгляд с пронзительной пристальностью скользнул по Атласу, а затем переключился на Рука.

— И ты, мой дорогой трикстер, нынче вращаешься в довольно аристократическом обществе, не так ли? — На его лице появилась зловещая ухмылка, прежде чем он снова обратился ко всем стоявшим перед ним.

— Боюсь, у меня с Кинли приватный разговор. Советую вам всем отправиться по своим делам, чтобы я мог обсудить её недавнее поведение без постороннего влияния с вашей стороны, — сказал он, вновь бросив взгляд на меня.

Атлас сделал шаг вперёд и, качнув головой, упрямо ответил: — Мы её не оставим.

Люцифер театрально и тяжело вздохнул, отмахнувшись от парней: — Как хотите.

Сопя, я устроилась на краю ступени, где упала ранее, и тыльной стороной ладони вытерла остатки слёз с лица.

Я наблюдала, как Люцифер вернулся ко мне, и, протянув руку за спину, достал некий предмет.

— Я пришёл с подарком, — произнёс он.

Он обнажил мой Божественный Меч, положив его на раскрытые ладони и протягивая мне. Лунный свет отражался от блеска металла, подчеркивая знакомые острые края и выгравированные символы, выставленные на всеобщее обозрение. Вид моего меча в целости и сохранности прямо передо мной наполнил мое сердце глубоким счастьем.

Мои глаза расширились, и я была уверена, что даже ахнула от этого зрелища.

— Где ты его нашел? — Спросила я, не веря своим глазам.

Медленно встав, я протянула руку, обхватила рукоятку и забрала его у него, пока мои глаза с удивлением осматривали его.

Засунув руки в карманы черных брюк, он небрежно пожал плечами.

— Нам нужно многое обсудить. Это лишь один из аспектов наших будущих бесед.

Сердитое рычание вырвалось у Сайласа, когда он выкрикнул свои мысли по этому поводу. — Ты сукин сын! Он был у тебя все это время, не так ли?

Резкий смех Люцифера прорезал воздух. Одна из его рук легла на грудь, когда он откинул голову назад в изумлении, слегка выгибаясь назад.

— О Боже, Сайлас! — задумчиво произнес он. — Ты слишком высокого мнения обо мне, — признал он, выпрямляясь, все еще тихо посмеиваясь про себя.

Кулаки Сая сжались по бокам, и я уже могла видеть, что ему потребовалось все его силы, чтобы не наброситься физически.

Потянувшись ко мне, Люцифер с нежной улыбкой погладил пальцем мой подбородок.

— По правде говоря, я убедил Никодимуса отдать его мне в обмен на мою помощь.

От одного упоминания имени Нико меня затошнило.

— Видишь ли, я хотел бы считать себя нейтральной стороной во всей этой ситуации. Когда в моих рядах возникают разногласия, мой долг — найти приемлемое решение, которое оставит всех довольными, — сказал он с высокомерием в голосе, которое звучало так, словно он оказывал какую-то большую услугу другим.

— Разногласия? Ты шутишь, да? — Атлас заговорил с видом горького недоверия.

Люцифер поднял бровь и кивнул, не обращая внимания на скептицизм.

— Кажется, я припоминаю, что у тебя были собственные разногласия с Никодимусом. Возможно, если бы я был на твоей стороне, ты бы не превратился в проткнутого насквозь полукровку.