Сравнительное богословие. Книга 5
Шрифт:
Наконец наступила последняя — «кали-юга». От всех прежних добродетелей осталась лишь одна четверть, да и та быстро приходит в негодность. [480] Дхарма, опирающаяся на одну ногу, бессильна и слаба. [481] Вконец испорченные, неприветливые и сварливые люди стали орудиями своих страстей и соблазнов, и потому их не оставляют несчастья. Они погрязли в ненависти, лжи, лености, злобности и слабости, и над ними властвует тьма невежества. Люди страдают и будут страдать до тех пор, пока не придет божественный Калки — Разрушитель.
480
Если это восточные «добродетели», то им когда-то должен был настать конец.
481
Имеется в виду восточный прядок.
Перед концом мира явлены будут страшные предзнаменования. [482] После столетней засухи в небесах вспыхнут семь солнц, которые быстро иссушат всю оставшуюся на Земле воду. Огонь, разносимый мощными ветрами, сначала уничтожит поверхность земли, а затем и подземный мир. Тогда соберутся тучи, напоминающие по форме слонов с гирляндами из молний. Разом взорвавшись, они освободят ливни, которые обрушатся на землю и будут нескончаемо идти 12 лет, пока весь мир не скроется под водой. Но мировой Дух Брахма, плывущий по водам в лотосе, поглотит ветры и тучи, а после погрузится в сон до следующего пробуждения и творения. На время своего сна Мировой Дух Брахма поглотит и богов, и людей.
482
Всё тот же Апокалипсис в индийском исполнении. Напомним, что преображению мировой культуры (в первую очередь — религиозной) действительно уже сопутствуют разрушения старых культур — катастрофы культур. Но это вовсе не значит, что за катастрофой культуры обязательно последует глобальная катастрофа, равнозначная предыдущей (которая называется «потопом»).
По индуистскому летоисчислению сейчас на Земле длится первая половина кали-юги, точнее её шестое тысячелетие. Кали-юга началась в полночь с 17 на 18 февраля 3102 г. до н. э. по европейскому календарю, она входит в 28-ю махаюгу 7-й манвантары нынешней кальпы, имеющей имя Вепрь (в ней Вишну воплотится в виде вепря). [483] Эта кальпа является первым днём 51-го года жизни нынешнего Брахмы (двенадцать тысяч человеческих юг составляют одну божественную югу, а тысяча божественных юг — одну кальпу или день Брахмы, т. е. 4320 млн. лет). [484]
483
В разных течениях индуизма Брахма, Вишну, Шива и другие высшие боги возглавляют соответственно какую-либо югу, воплощаясь согласно времени этой юги в разные образы.
484
Масштабы времени тоже мифические и серьёзно к ним относиться не следует: важна последовательность «сжатия времени».
В индуистском «Апокалипсисе» виден страх перед предсказанным «ускорением времени», с которым действительно связаны и засухи и ливни и другие природные катастрофы (вызванные деятельностью недолюдков и безмерным развитием технократии — что само по себе плохо). [485] Но все эти локальные природные катастрофы, которыми издревле пугали верующих (не только в индуизме), [486] к сожалению неизбежные издержки, которые Бог прощает людям ради высшей цели развития — преодоления устойчивых религиозных барьеров (тонкостей, на которых держится толпо-«элитаризм»), мешающих освоению Языка Жизни. Эти искусственные барьеры (религиозные иллюзии, догмы) которые уже почти преломлены благодаря «ускорению времени» должны духовно рухнуть раньше, чем очередная цивилизация сама себя материально уничтожит, как ей «пророчат» почти все религиозные мифы.
485
Примеров таких локальных катастроф — множество. Так в самой «потребительской» стране США они происходят регулярно и приносят огромные разрушения.
486
И к которым обращаются проповедники многих религиозных систем, в которых существует «апокалиптическая» мифология, чтобы «доказать» верность догматически-мифических прогнозов.
Высказанное нами «опасение» индуистского «пророчества» имеет содержательно важную сторону, которая описана в Махабхарате (кн. III, гл. 188: 9-19):
«С каждою югою уменьшается продолжительность жизни людей, [487] (слабеют) их мужество, ум, сила, духовная мощь… Смешаются между собой брахманы, кштарии и вайши, и (все) они уподобятся шадрам, пренебрегая истиной и покаянием».
После этого миф Махабхараты «пророчествует» гибель «Вселенной» от огня — индийский «Апокалипсис». Но в действительности это не гибель цивилизации, а конец толпо-«элитаризма» («Смешаются между собой брахманы, кштарии и вайши, и (все) они уподобятся шадрам, [488] пренебрегая истиной и покаянием»), [489] и одновременно с этим конец религиозных истин, основанных на восточных «тонкостях» (пренебрежение традиционной восточной «истиной и покаянием»).
487
Воспоминания о прошлом, когда люди жили долго — мифическая ностальгия о временах прошлых цивилизаций, в которых раса «господ» по длительности жизни, скорее всего, намного превосходила рабов вследствие искусственной генетической селекции людей — отголоски чего мы видим в устойчивом делении индийского общества на сословия и касты. О рабах вообще разговор просто не ведётся: они — бесправные и не считаются за людей.
488
В первую очередь неимущим, занятым с сферах производительного труда и обеспечивающих высшие сословия паразитов.
489
В России это уже происходило в 1917 году…
Высший пантеон и дуализм
Индуистский пантеон возглавляют три божественных образа — Брахма, Вишну и Шива. Формально главная роль среди них отведена Брахме, которого, как мы уже знаем, принято считать богом-создателем Вселенной. Брахма, согласно мифу, создаёт Вселенную всякий раз заново в начале каждого нового мирового цикла (кальпа), открывающегося творением (сришти) и завершающимся разрушением вселенной (пралайя). Кроме того, создание мира означает возникновение зла, страданий и кармы, [490] а следовательно, не является во всех отношениях положительным деянием. И для индийской «философской» мысли это имеет первостепенное значение.
490
Понятие кармы мы будем рассматривать в следующих разделах.
Из этого не совсем «положительного деяния» Брахмы (напомним, что Брахма в индуизме приравнивается к верховному богу-творцу), творению которого сразу же следует «возникновение зла» — вытекают дуалистические воззрения индусов. Но восточный дуализм в современном индуизме не так то просто обнаружить: он не раздёлён строгой границей, и не расписан точно, однозначно и одинаково всей Индии (с её разновидностями индуизма) по функциональным особенностям богов (бога) — как это принято в зороастризме. То есть, чёткого однозначного догматического разделения на «добро» и «зло», как это сделано в зороастризме, в индуизме не имеется. Но это не значит, что индуизм не дуалистичен: он не просто дуалистичен — он неактивно индиви-дуалистичен. Что это такое?
— Если в зороастризме люди призываются становиться на сторону зороастрийского «добра» и бороться со «злом» по религиозному шаблону, как говорится «всем миром», то в индуизме преодоление кармического «зла» — дело вроде бы сугубо личное — воде бы мало обусловленное общественной жизнью. С этим связано учение о множестве перевоплощений души за время жизни индуистской Вселенной. [491]
В то же время обнаружить восточный дуализм в индуизме можно опустившись с божественной вершины, на которой восседает Брахма (создавший и «добро» и «зло») к следующим за Брахмой верховным индуистским богам — Вишну и Шиве, сфера влияний которых поделена на «свет» и «тьму» свойственно индуистскому мировоззрению. Но сначала остановимся на образе Брахмы.
491
Будет рассмотрено в следующих разделах.
Брахма — имеет человекоподобный (антропоморфный) облик, [492] выражающий абстрактное первоначало, которое создало мир и поддерживает его циклическое существование. Но при этом мир обязательно должен в определённое время трагически гибнуть и воспроизводиться в новом творении Брахмы. Откуда взялась такая уверенность в обязательной трагической гибели деградировавшего мира? — Скорее всего это «воспоминания» о гибели предыдущих неправедных цивилизаций, после которых процесс развития восстанавливался Свыше в новом качестве. Что и говорить: Восток силён воспоминаниями «о прошлом» (прошлым он и живёт, вспоминая былые цивилизации как крита-югу — «божественный» порядок устойчивого толпо-«элитаризма»), но Восток не имеет потенциала создания социальной модели не катастрофического будущего. Поэтому индуизм вовсе не учитывает объективные причины гибели предыдущих цивилизаций («Вселенных» по-индусски): для индусов очередная трагическая гибель цивилизации — норма.
492
В подчинённом Брахме мире он символизирует процесс духовного самосовершенствования человека. Изображение Брахмы представляет собой красивого красноликого человека с четырьмя лицами (символ четырёх юг, каждой из которых соответствует лицо Брахмы) и восьмью руками, в которых он держит четыре Веды, жезл, кружку с водой из Ганга, жертвенную ложку, иногда ожерелье из жемчуга, лук и цветок лотоса. Передвигается Брахма на гусе или лебеде.
А уже из такой «нацеленной в прошлое» космогонии вытекает и учение о сансаре — круговерти перевоплощений в «мире, исполненном страдания». Как «Вселенные» сменяют друг друга, так и перевоплощения людей замкнуты в «круговерть», вырваться из которой можно лишь индивидуально в течении жизни «Вселенной». Но изменить общественную жизнь в миру — так, чтобы «Вселенная» не гибла трагически — не в силах людей, этим заведуют боги, которые живут по законам восточного дуализма, а значит одни поддерживают «добро», другие — «зло». А взаимодействие богов предопределяет жизнь «Вселенных».
Кроме того, самый индуистский по духу космогонический миф о первочеловеке Пуруши (приведён нами в одном из предыдущих разделов), которого боги принесли себе же в жертву [493] и от которого произошёл мир и люди — свидетельствует, что мировоззрение индусов основано на изначальной жертвенности человечества, которая якобы объективно неизбежна и необходима богам. Именно поэтому в индуизме сильно развит культ жертвоприношения. [494] В мировоззрении индусов жертвенность человечества («Вселенной») предопределена его созданием, а поэтому трагическая катастрофа [495] в конце срока очередной «Вселенной» — «объективная норма». Предельно ясно, что в ожидании якобы неизменно грядущей катастрофы, которая должна разрушить всё, созданное человечеством — смысл справедливого обустройства Земли становится одной из последних задач (если он вообще существует в мировоззрении низших каст), [496] входящий в перечень частных целей смыслов жизни.
493
Путём жертвенного сжигания расчленённых частей Пуруши. Ясно, что миф о жертвоприношении первочеловека возник как следствие доиндуистских ведических религиозных культов, связанных с жертвоприношением богам-эгрегорам.
494
Принесённые в жертву богам люди сами приносят жертвы богам. Сущность кровавых жертвоприношений объяснялась следующим образом. Боги якобы живут тем, что приносится им в жертву на Земле; люди живут тем, что получают подарки с небес: «Жертва, надлежаще брошенная в огонь достигает Солнца, от Солнца происходит дождь, затем от дождя — пища живым существам» (Законы Ману, III, 76).
Выделенная цитата из Законов Ману свидетельствует, что многое в индуистском мировоззрении основано на первобытных представлениях племенного язычества, перенесённых на государственную религию.
Но с точки зрения теории эгрегоров всё верно: боги-эгрегоры «живут» тем, что творится на Земле, а люди получают с небес — то, что сами заложили в боги-эгрегоры. Покуда такая порочная духовная круговерть не будет разорвана — многочисленные жертвы, как следствие людской неправедности — неизбежны.
495
Согласно индийской мифологии, Вселенная погибает в огне, а потом Брахма, отдохнув «ночью», которая продолжается столько же, сколько и «день» Брахмы — опять создаёт мир.
496
Высшие касты, конечно, заботятся о том, чтобы сословный строй сохранился «до конца Вселенной».