Сравнительное богословие. Книга 6
Шрифт:
Сам же транс возможен лишь в состоянии полной бесчувственности и безумия — когда индивид становится полноценным объектом управления эгрегора, обеспечивающего состояние транса. Никаких посторонних физических и биополевых чувствований, связанных с ними мыслей, а также мыслей, вызванных работой интеллекта (ума) к моменту наступления транса быть не должно. Сосредоточение на выбранном объекте медитации [446] (им может быть воображаемый объект, не обязательно вещественный символ) обеспечивает полное самоустранение от всех остальных объектов, вызывающих «нечистые» мысли. [447] Только после вхождения в состояние бесчувственности и безумия эгрегор даёт «добро» на слияние психики медитирующего с его алгоритмикой. В этом состоит защита эгрегора от постороннего несанкционированного вторжения [448] — «нечистых» мыслей, вызванных даже непроизвольным влиянием на индивида Языка Жизни.
446
Что практикуется в йоге.
447
Это достаточно легко представить себе: когда вы увлечены каким-либо объектом вашего внимания (хобби, профессиональный труд…), то зачастую не замечаете, что творится вокруг вас. В такие моменты вами можно в некоторой мере манипулировать через те каналы чувствований, которые не контролируются вашей психикой вследствие её занятости объектом внимания. Сосредотачиваясь на предмете вашего интереса, вы как бы отключаетесь от внешнего мира — не полностью, конечно. Буддистов же учат полному отключению от всего, что касается их субъективизма, что можно достичь лишь в организме с целенаправленно изменённой физиологией.
448
Сам же эгрегор представляет собой мощнейший «архив» восточных навыков, которые копились веками и тысячелетиями, иерархически структуированы по доступу, и касаются многих сфер жизнеобеспечения, в первую очередь — магия лекарства, военные искусства, магия физиологии тела, разнообразные чудеса и пр. Так что помимо ощущений комфортности психики («свободы») можно приобрести и разнообразные неписанные навыки — в зависимости от земной «профессиональной» ориентации.
Восьмая ступень Восьмеричного пути — Правильное сосредоточение. Несмотря на мифические сказания о том, что состояния полной нирваны (освобождения от сансары) достигают лишь будды, растворяющиеся в «Космосе», ей соответствуют вполне определённые описания разных людей, которые отнюдь не исчезли с Земли и не являются воплощениями будд. [449] Иными словами, достижение транса-нирваны — дело вполне возможное для тех, кто поверил в теорию «просветления», встал на её путь и успешно занимался йогическими практиками.
449
Вот как приводит обоснование этого Е.А.Торчинов:
«Последний, восьмой уровень созерцания и развертывания сансарического сознания. Этот уровень принципиально не описываемый и называется уровнем «ни восприятия, ни невосприятия». Иногда в буддийских текстах предполагается, что именно этих последних двух-трех уровней созерцания достигают тиртхикские (небуддийские) йогины и принимают их за состояние окончательного освобождения, хотя в действительности и эти уровни имеют сансарический характер, что означает, что рано или поздно сознание достигшего этих уровней йогина все равно развернется на более низких уровнях сансары, и он вновь родится одним из живых существ тройственного психокосма».
Согласно преданию, сам Будда Гаутама неоднократно подчёркивал, что Восьмеричный путь — не лестница, по которой нужно карабкаться, преодолевая ступень за ступенью. Просветления можно достичь только одновременным культивированием каждого из его аспектов в единстве со всеми остальными. В соответствие с этим люди распределялись по всему спектру способностей: от весьма посредственных до высших. Кроме этого, буддисты стараются по возможности избегать буквы «канонов» и придерживаться лишь практического опыта. Но всё же именно в «канонах» люди разделены по способностям и в соответствие с последними, менее способные нуждаются в большей лексической подготовке: [450]
450
Это и не удивительно: чем меньше бессознательных врождённых предрасположенностей к духовной культуре буддистов — тем больше требуется предварительной нейролингвистической подготовки.
«Очень рано было замечено, что сутры содержат разные концепции и зачастую противоречат друг другу. Тогда буддийские герменевты выделили два типа сутр: нитартха и нейартха. Первый тип — сутры «окончательного значения», не требующие никакой дополнительной интерпретации и предназначенные для людей высших способностей, могущих прямо и без околичностей понимать учение Будды. Второй тип — сутры «условного значения», требующие дополнительной интерпретации и предназначенные для людей или посредственных способностей, которых нужно постепенно готовить к пониманию собственно Дхармы, или же для людей, привязанных к ложным учениям тиртхиков (небуддистов). Но проблема состояла в том, что каждая школа начала считать именно сутры, на которых базировалось ее учение, «окончательными», тогда как сутры, базовые для других школ, расценивались как "условные"». [451]
451
Е.А.Торчинов.
Считается, что индивид, прошедший Восьмеричный путь, достигает сначала «просветления» (самадхи), а потом и нирваны. Слово «нирвана» в переводе с санскрита означает «угасание». [452] Это — внутреннее состояние, когда угасают, притупляются все чувства и привязанности, а вместе с ними и восприятие окружающего мира. Это внутреннее угасание чувственности и телесности словно освобождает индивида от страдающего «Я» [453] и жажды жизни, которая тянет всех живых существ к бесконечным перерождениям. Тем самым отменяется власть кармы, и «просветлённый» таким образом мудрец растворяется в абсолютном покое. [454]
452
Если ещё точнее, то нир– это отрицание, вана означает соединение или жажду и является силой, которая обеспечивает переход из одной жизни в другую. Следовательно, нирвана — это существование, свободное от уз цикла жизни и смерти вследствие затухания желания.
453
По большому счёту — от совести.
454
Покоя и добиваются буддисты. В русском языке покой и покойник — однокоренные…
Приведём некоторые «канонические» и мифические описания нирваны, чтобы попытаться вообразить, чего добиваются буддисты и проверить наши выводы, сделанные выше. Прежде чем его привести, Е.А.Торчинов комментирует нижеприводимый текст следующим образом: «Основная схема буддийской медитации базируется именно на практике шаматха-випашьяна. Вот как о ней говорится в махаянском трактате (приписываемом Ашвагхоше, I в., но, видимо, созданном в Китае в VI в.) «О пробуждении веры в Махаяну» («Махаяна шраддхотпада шастра», кит. «Да чэн ци синь лунь»)»:
«Если человек хочет практиковать «прекращение», ему следует оставаться в спокойном месте и сидеть прямо в спокойном расположении духа. Его внимание не должно сосредоточиваться ни на дыхании и ни на какой форме или цвете, ни на пустом пространстве, ни на земле, воде, огне, ветре и ни на чем из того, что может быть видимо, слышимо, вспоминаемо или мыслимо. Все мысли по мере их возникновения должны пресекаться, и даже мысль о пресечении мыслей должна быть отброшена прочь, так как все вещи в своей сути находятся за пределами мыслимого и не создаются с каждым новым моментом времени и не разрушаются в каждый новый момент. Так можно обрести единство с сущностной природой реальности (дхармата) через практику прекращения. И не следует понимать это так, что вначале надо созерцать, сосредоточившись на объектах органов чувств, находящихся вовне, а потом отрицать их вместе с созерцающим их сознанием. Если сознание блуждает, его следует вернуть назад и сосредоточить на «правильной мысли». Следует понимать, что «правильная мысль» заключается в том, что мысль, какой бы она ни была, есть лишь одно только сознание, и не существует никакого внешнего мира объектов помимо сознания, и даже это сознание лишено каких-либо своих собственных свойств, которые указывали бы на его субстанциальность, и поэтому не может быть мыслимо субстанциально как таковое ни в один из моментов времени.
Тот, кто практикует аналитическое созерцание, должен наблюдать то, что все обусловленные явления в мире являются непостоянными и находятся в процессе постоянного изменения и разрушения; что все состояния сознания возникают и исчезают с каждым новым моментом времени и что поэтому все это предполагает страдание. Ему следует созерцать, что все, мыслимое как прошлое, есть лишь иллюзия, подобная сновидению, что все, что может мыслиться как настоящее, есть лишь подобное вспышке молнии и что все, что может мыслиться как будущее, есть лишь подобное облакам, внезапно разгоняемым ветром. Ему также следует созерцать, что всякое телесное существование всех живых существ в мире является нечистым и что среди всех этих презренных вещей нет ни одной, способной вызвать радость. Ему следует рассуждать следующим образом: все живые существа с безначального начала, будучи пропитанными неведением, позволяют своему сознанию оставаться на сансарическом уровне. Они уже страдали от великих бед, связанных с телом и психикой, они в настоящее время находятся в состоянии перенесения неисчислимых форм гнета и подавленности, и в будущем их страдания также будут беспредельными. Эти страдания трудно отбросить, трудно стряхнуть, и тем не менее эти живые существа не осознают того, что они находятся в таком плачевном состоянии, и посему они в высшей степени достойны сострадания… Гуляя, стоя, сидя, лежа или вставая, он должен практиковать и прекращение, и созерцание одновременно».
Состояние бесчувственности (частичной, либо полной — «прекращения») достигается в процессе йогических упражнений лишь в религиях ведического Востока. Их назначение — практическое подтверждение теории о сансарических привязках, которого добились последователи восточных религий, практикуя медитативные методики в течение многих веков. Как мы уже говорили ранее, йогические упражнения сопровождаются изменением «нормальной» (привычной для большинства людей) физиологии организма. Эти изменения завязаны на перераспределение обмена веществ между компонентами организма и тканями, вызываемое способностью искусственного перераспределения носителей сигналов, называемых в медицине медиаторами. Таким образом буддисты искусственно достигают состояния умироворённости (имитации Человечности), оставаясь в нечеловечном типе психики. При Человечном типе психики подобного рода процессами в организме (но в наилучшем исполнении) естественным образом управляет сама психика без надобности применения специальных йогических усилий со стороны субъекта, что одновременно обеспечивает и физическое здоровье. Чуть ниже мы увидим, что этот процесс нормально должен быть связан с позитивной динамикой нравственности.
В самом конце раздела «Антидиалектичность буддизма» (пред тем как перейти к теме главы «Восьмеричный путь») мы показали принципы, по которым формируется нравственность буддистов. Наши рассуждения были связаны с ролью и местом эмоций (положительных и отрицательных) в жизни человека, в формировании его нравственности. Эмоции — это плотно упакованная информация, поступающая из бессознательных уровней на уровень сознания. Но, прежде чем это произойдёт, информация должна поступить на бессознательные уровни через шесть органов чувств человека — из внешней по отношению к человеку среды. Как мы увидели из механизма психотехник Восьмеричного пути (особенно шестая и седьмая ступени), буддисты учатся с помощью «правильных усилий» (шестая ступень), вслед за которыми начинается непосредственно йога (7 и 8 ступени) — избегать всего, что мешает спасению, привязок к жизни, отрекаться от тела, чувств, мыслей. Иными словами буддисты, после получения некоего нравственного стандарта (1–5 ступени — «просветление», связанное с «вычищением» психики), обучаются ещё и особым образомзакрываться от «лишней» информации, поступающей через их шесть органов чувств из внешней среды.
Говорить о том, что в результате психотехник информация не поступает в «сознание» (психику) буддистов — не правильно: какая-то часть поступает, но в адаптированном виде, пройдя «преломление» через «изменённое сознание». Под последним термином, который употребляют буддисты надо понимать все каналы поступления и обработки информации, взятые под контроль психотехинками — изменённые йогой.
Как мы уже знаем, [455] иллюзорным миром в буддизме названы — информация, убеждения, обретённые индивидуальной психикой верующих людей (мировоззрение, миропонимание и соответствующая им нравственность) в начальный период ученичества. В этот период ученики занимаются тем, что приучают себя избавляться от «эмоций, которые преобладают над разумом» (что имеет место в реальном мире буддистов) с помощью буддийской теории и практик. По мере избавления от эмоций, свойственных жителям реального мира, полного страданий — ученики избавляются от иллюзорности мира (всего «лишнего», не соответствующего буддийской «чистоте сознания» — психики) и готовятся перейти в мир чистого сознания — как считают буддисты.
455
Из раздела «Антидиалектичность буддизма».