Сравнительное богословие. Книга 6
Шрифт:
Последним утверждением объясняется вполне объективный для древнего первобытного общества феномен «ненормальности» (психического отличия от других членов первобытного коллектива) [383] будущего шамана, на что обратил внимание Е.А.Торчинов:
«Согласимся, что «шаманская болезнь», в принципе, может рассматриваться как своего рода психическое расстройство, однако это отнюдь не означает того, что шаманы — психически больные люди. Прибегая к знаменитой гегелевской диалектической триаде, используемой здесь, конечно, чисто метафорически, можно сказать, что «шаманская болезнь» (психотический кризис) есть тезис, инициационная мистерия смерти-возрождения — антитезис (отрицание), а состояние посвященного шамана — синтез (отрицание отрицания), в котором тезис (психотическое состояние) присутствует в снятом виде, а личность шамана обогащена процессом его снятия. Дело в том, что трансперсональная психология рассматривает серьезные психотические состояния (типа шизофрении) не как болезнь, а как своего рода трансперсональный кризис. Уже К.Г.Юнг видел причину психического расстройства в подавлении сферы бессознательного с ее архетипами, интуициями и устремлениями. [384] Конфликт между бессознательным и сознанием [385] и находит свое разрешение в виде болезни».
383
Ещё раз обратим внимание: во времена первобытных родоплеменных обществ шаманизм был нормальным средством самоуправления коллективов. Но позже, а особенно в наше время это — действительно нечеловеческая патология с большой долей шарлатанства и паразитизма.
384
Подавление бессознательного эгрегором, который активизирует инициацию.
385
Скорее и прежде всего имеет место конфликт — между прежним (врождённым) бессознательным шамана и его бессознательным, которое должно стать частью эгрегориальной алгоритмики. А уже потом прежнее его понимание (сознание) конфликтует с обретаемым вновь бессознательным. В ходе этого сознание подтягивается, адаптируясь к пониманию своей новой миссии.
В древних кровнородовых коллективах и родоплеменных обществах «психически больных людей» в смысле, о котором говорится выше [386] — было ровно столько, чтобы из них можно было отобрать одного или нескольких племенных шаманов. Но не более. Все остальные члены коллектива не нуждались в инициациях и вели «нормальный» образ жизни, объединяя свои усилия по выживанию коллектива.
Иными словами, древние родоплеменные общества обеспечивали нормальное объединение труда, в котором профессия шамана была необходимой — такой же, как и другие профессии. Поэтому древние родоплеменные общества были психически здоровыми по объективным критериям Божьего Промысла для того периода развития. При этом шаманская прединициационная «ненормальность» — всего лишь взгляд современного человека на древнюю профессию. Другое дело ученичество на ведическом Востоке: буквально все ученики признаются изначально «ненормальными» (по отношению к стандарту религии) — что в терминах буддизма называется «отягощённостью земными привязками». Ученики-буддисты разного социального статуса сами признаются в своей «ненормальности» и «добровольно» [387] встают на путь буддийских инициаций. [388] Сразу возникает вопрос: что это за общество, которое из поколения в поколение веками и тысячелетиями воспроизводит ненормальных от рождения людей — тех, которые вынуждены потом всю жизнь бороться за свою «нормальность» (в буддийском смысле)? И главное: зачем всё это?
386
Когда доминирующий эгрегор почти насильно инициирует «зомбирование» человека, делая его своим придатком.
387
Если в этой «добровольности» и участвует доминирующий эгрегор, то не в той степени, в которой он принимает участие в инициации шамана. Ученики по своему недоразумению (чему способствует первая частьВосьмеричного пути) отдаются в руки гуру, а затем во власть эгрегора — и всё это ради следующей жизни.
388
Но выбор не велик: либо остаться в мире страданий и страдать всю жизнь; либо стать «просветлённым» и «осчастливиться» иллюзиями преодоления кармических страданий в следующей жизни. Третьего пути люди ведического Востока не знают (он не предусмотрен культурой), это — путь наведения справедливости в настоящей жизни, после чего от страданий не останется и следа. Но, поскольку это путь исключён культурой ведических религий — то люди действительно рождаются и живут с ощущением своей психической ущербности, непригодности для нормальной жизни на Земле. Такой вот замкнутый порочный круг.
Ответ на второй вопрос одновременно является и ответом на первый. Мы знаем религиозную цель ведических религий Востока: борьба за следующую жизнь. [389] Поскольку цель не праведная — не верные и критерии определения «нормальности» психики людей в восточных цивилизациях. Как и в древнем шаманизме, «нормальным» считается тип психики «зомби». Только у древних это было нормально лишь для шамана на время камлания, а в буддизме (и других религиях ведического Востока) — пожизненно. Поэтому многое из культуры древнего шаманизма весьма похоже в современных культурах Востока. Правда для обретения типа психики «зомби» ученикам, не предрасположенным к этому, приходится пройти через внешнее «добровольное» насилие над своей психикой и лишь после этого они обретают тот, идеал, который искали, во что верили.
389
То же самое и в библейской традиции и в историческом исламе.
В приведённой нами последней цитате видны параллели между частямиВосьмеричного пути буддистов и процессом «болезни — смерти — воскресения» древних шаманов. [390] Если их разбить на последовательность, и провести параллели с буддийскими частямиВосьмеричного пути, то получим следующие приблизительные соответствия:
390
Ещё раз следует напомнить, пользуясь случаем, что обряды «страдания — смерти — воскресения» были известны со времён шаманизма и «пользовались» огромной популярностью в подавляющем большинстве древних цивилизаций — от Египта и Междуречья до империй Сасанидов и Рима. По этому поводу в книге Е.А.Торчинова есть целая глава, которая называется «Мистерия смерти и воскресения: страдающие боги древнего Востока и античного мира».
Само название главы уже о многом говорит. Якобы страдания, смерть Христа, и его воскресение — дань той эпохи, отданная толпе во имя вознесения Христа в её глазах до уровня Бога. Тогда это было привычно и «мировая закулиса» выбрала самый лёгкий способ внедрить в психику толпы библейский миф о Христе. Но на базе этого мифа все «христиане» в определённой мере проходят обряд эгрегориальной инициации (см. третью книгу курса «Сравнительное богословие»).
· Первая часть (ступени 1–2) связаны с нравственным поведением — соответствует «шаманская болезнь» (психотический кризис). [391]
· Вторая часть (ступени 3–6) связны с подчинением сознания [392] — соответствует инициационная мистерия смерти-возрождения.
· Третья часть (ступени 7–8) связаны с мудростью, приходящей в результате практического очищения сознания [393] — соответствует состояние посвящённого шамана.
391
В буддизме это нравственный кризис — признание учеником того, что прежде он жил не так, как нужно.
392
Надо понимать — психики в целом.
393
Восточная мудрость это — эгрегориальное безумие, в чём мы убедились несколько ранее в текущей главе. А очищенное сознание (психика) — часть эгрегориального безумия.
Приведём ещё одно подтверждение объективности [394] возникновения шаманской болезни, которая приводит к посвящению-инициации по сравнению с тем, что на ведическом Востоке инициируют с помощью первой частиВосьмеричного пути — по сути являющейся нейролингвистическим программированием (социальное насилие) психики ученика. Шаманская болезнь — в большей мере эгрегориальное (а не социально обусловленное) явление:
394
По отношению к древнему коллективу.
«Субъектом «шаманской болезни» становится чувствительный к воздействию трансперсонально-бессознательной сферы человек, у которого проникновение образов бессознательного в сознательное [395] оказывается наиболее интенсивным в пубертатный период, [396] что вполне естественно (интересно, что в Китае именно отроки — тун считались естественными медиумами и прорицателями). Вторжение образов как перинатального, [397] так и архетипического аспектов бессознательного [398] приводит к трансперсональному кризису — «шаманской болезни» — парапсихотическому состоянию. Содержание глубинных пластов психики является будущему шаману в образах, опосредованных его культурной традицией, — голосах и явлениях духов, божеств и т. п., маркирующих те или иные слои и пространства психического опыта.
395
А образы бессознательного связаны с эгрегориальными образами.
396
Пубертатный период (от латинскрого pubertas — возмужалость, половая зрелость), возраст с 12 до 16 лет у девочек и с 13 до 17–18 лет у мальчиков; соответствует периоду полового созревания.
397
Передача информации по родовым линиям. Перинатальный период (от пери и латинского natalis — относящийся к рождению), охватывает внутриутробное развитие плода начиная с 28 недель беременности, период родов и первые 7 суток жизни ребенка.
398
Архетип (от греческого arche — начало и typos — образ) в позднеантичной философии) — прообраз, идея. В «аналитической психологии» К. Г. Юнга изначальные, врожденные психические структуры, образы (мотивы), составляющие содержание т. н. коллективного бессознательного и лежащие в основе общечеловеческой символики сновидений, мифов, сказок и других созданий фантазии, в т. ч. художественной…
Иными словами здесь «архетипичные аспекты бессознательного» это коллективное бессознательное, доставшееся в наследие инициируемому. Всё-таки коллективное бессознательное учитывалось в книге Е.А.Торчинова.
Переживания посвящения оказываются своего рода глубинной психотерапевтической процедурой, в ходе которой трансперсональный кризис разрешается через завершенность перинатального переживания, кульминирующего в рождении (возрождении), а сфера трансперсонального [399] находит свободный доступ на уровень самосознания шамана, гармонически сочетаясь с ним и оказываясь в границах способности шамана к самоконтролю, что благоприятствует высокой степени реализации потенций его личности и интегрированное психики. Это достигается именно через опыт страданий (расчленения), [400] смерти, обновления и воскресения-возрождения».
399
Транс (от латинского trans — сквозь, через, за), приставка, означающая:…1) движущийся через. 2) следующий за чем-либо, расположенный по ту сторону) обозначение или передачу через посредство чего-либо.
Иными словами сфера трансперсонального — это нечто передающееся через персону, личность, но не обязательно принадлежащее этой личности.
400
«Расчленение» — не «вычищение». После «расчленения» все «члены» собираются вновь по другой алгоритмике. Под термином «члены» надо понимать некоторые психические блоки и компоненты, которые особо важны для процесса вхождения в эгрегор.
Последняя выделенная жирным фраза — ещё одно свидетельство о как бы втором (эгрегориальном) рождении [401] (перинатальном переживании) в ходе инициации-посвящении. Ясно, что при этом врождённый психотип трансформируется в возрождённый и о втором нельзя сказать, что он во всех случаях предусмотрен Божией судьбой инициируемому человеку — разве что как необходимость этапа древнего развития. Это могло быть предусмотрено Свыше как позитив, соответствующий мере понимания древних людей в древнем шаманизме, но только не позже.
401
Мы подробно рассматривали «второе рождение» на примере «христианского» обряда крещения в третьей книге курса «Сравнительное богословие».
Последнее, что в этом разделе заслуживает внимание — основная причина, которая приводит к возможности инициации человека эгрегором с помощью учителей. В шаманизме переход от религиозной убеждённости к эгрегориальному возрождению а также — к подтверждению позиций веры (о перерождениях) эгрегориальными галлюцинациями, связан с понятием «промежуточного состояния»:
«Если мы вспомним, что в индо-тибетской тантрической традиции существовал определенный тип психотехники (йоги), направленной на переживание практикующим этого «промежуточного состояния» между смертью и новым рождением, а само это состояние рассматривалось как определенный уровень развертывания индивидуального сознания, содержание которого обусловлено предыдущим опытом и верованиями умершего («каждый после смерти видит то, во что он верит»).
Не исключены шаманистские корни этой йоги промежуточного состояния, хотя цели шаманского и тантрического вхождения в него совершенно различны: шаман на этом уровне развертывания психики, воспринимаемом им в качестве объективной реальности, ищет похищенную душу больного или провожает душу умершего; а йогин стремится к обретению просветления, которое как уникальный шанс спастись, согласно этой традиции, получает на мгновение любой умерший, но не умеет, как правило, этим шансом воспользоваться. [402] Однако в любом случае мы встречаемся здесь со своеобразным путешествием в различных слоях бессознательного». [403]
402
Для некоторых это весьма опасная практика: «воспользоваться» состоянием смерти, связанным с потерей части прежних важнейших эгрегориальных привязок. О «промежуточных состояниях» мы уже рассуждали выше в ходе рассмотрения чань-буддизма, когда речь шла о том, что ученик на стадии, когда его психика уже «вычищена» от старых «привязок», предстаёт перед гуру в качестве либо самоубийцы (если он откажется от дальнейших психотехник), либо станет «добровольным» «зомби» — тогда останется «жить».
403
Связанного с различными слоями эгрегориального сопровождения: иначе откуда в бессознательном взяться таким «фантазиям полёта» — которые причём у многих йогинов образно совпадают.