Срединные силы. Черное пламя
Шрифт:
Хедрик развел руками. Фотэль поднялся, широко зевнул и сказал:
– Жду. Не подведите.
– Придем, капитан, – бодрым голосом пообещал Хедрик.
Фотэль еще раз глянул на Романа, скривил губы и пружинящим шагом побрел из трактира.
– Похоже, он навеселе, потому и прошло все гладко.
– И Чет молчал, – добавил Роман.
– Я хоть раз что-то испортил? – возмущенно каркнул ворон.
– Да так, подумаешь, среди ночи орать, – улыбнувшись, вспомнил Хедрик.
Ворон распушил перья, но промолчал. Роман достал из рюкзака последний кусок суховатого мяса и с удовольствием в него вгрызся.
Трактирщик глянул на Факелова с неприязнью, но говорить что-либо побоялся. Роман уже пообтесался в Скрытом мире и выглядел как маленький демон: длинные, слипшиеся черные волосы, холодные серые глаза; штаны из странного материала, куртка и ботинки из кожи, с филигранной прошивкой. Только рубашка потрепалась – снизу не хватало материала, а в некоторых местах зияли прорехи. Возле левой ноги висели ножны с длинным кинжалом.
Схватка с Барытом была ярка в памяти друзей, и они, чтобы избежать случайных встреч, сняли комнату. Под уверения Чета о том, что лучше него стража нет, спутники задремали. Шумела гармошка, орали гуляки, скрипели за окном телеги – все шло своим чередом.
Чет встрепенулся от неожиданности, когда Хедрик резко встал. Потягиваясь и зевая, воин подошел к окну. На западе торчал краешек солнца, оставлявший розовато-золотистую дорожку на стремительной речной глади. На пристанях зажгли масляные лампы, надсмотрщики запалили факелы, и веселые огоньки начали дирижировать хороводом теней.
– Рома, – позвал Хедрик. – Пора.
Факелов забормотал, но уже через секунду проснулся. Роман накинул куртку и подхватил рюкзак – сборы были закончены.
– Чет, полетишь отдельно от нас, – приказал Хедрик. – Подожди нас на мачте.
– Хорошо, – сухо ответил ворон и вылетел в окно.
Спутники выскользнули из трактира и двинулись к пристани. Город погружался в сон. Лишь туда-сюда, от складов к кораблям, ходили, словно деловитые муравьи, нагруженные товарами люди.
Возле пристани покачивалась одна-единственная шхуна. Шагов тридцать в длину, с восьмью веслами по каждую сторону. На носу была небольшая надстройка под каюты, а посредине корабля возвышались две небольших мачты со спущенными парусами. Из кормы опускалось широкое рулевое весло.
По мостику, перекинутому с пристани на торец судна, бегали люди с небольшими ящиками. С корабля доносились хриплые крики Фотэля:
– Ну что ты, как в первый раз?! А, новенький! Ставь сюда! Аккуратней, мать твою! Не бревна грузишь! А если бы там были фарфоровые чашки?! Гнить бы тебе на моей шхуне до скончания веков! Молчать! Марш за товаром!
Спутники подошли к раскрасневшемуся капитану. Между пальцев у него дымилась самокрутка, которой Фотэль, в пылу воспитательных работ, активно размахивал. Пахло от папироски далеко не табаком. «Вот и основной товар», – подумал Хедрик.
– А, вы, – сказал Фотэль. – Хорошо, что пришли. Погрузка идет полным ходом, может, двинем и раньше рассвета.
– Помочь с погрузкой? – участливо поинтересовался Хедрик.
Капитан махнул на него рукой.
– Дольше объяснять, что куда. Грести иногда будете, но главное – охраняйте товар.
Хедрик кивнул.
– Люк! Покажи наемникам корабль! – прокричал Фотэль. Затем добавил: – Это мой помощник.
Спутники двинулись к мачте, откуда им махнул худощавый мужик в мешковатой одежде. Друзья представились, и Люк начал экскурсию.
– Весь товар в трюме, – указывая на широкое отверстие, куда люди таскали ящики, сказал помощник капитана. – Потому после погрузки не пускать туда ни крыс, ни команду. Под жратву у нас отдельный отсек под кормой, так что матросов с разговорами о «кружечке рома» слать на хрен. Нам ни к чему обдолбанные дурью гребцы. Пойдем, покажу каюты.
Спутники двинулись за Люком к носу судна. Палуба поскрипывала, едва уловимо пахло плесенью. Паруса неопрятными полотнами свисали с мачты. Весла с длиннющими рукоятями были закреплены цепями и браслетами.
Роман бросил взгляд вверх – на самом кончике мачты виднелась точка абсолютной черноты. «Где хочет, там и дрыхнет», – с легкой завистью подумал Факелов.
– Сюда можете даже не заглядывать – это каюта для гребцов, – сказал Люк, показывая на дверь с отполированной ладонями ручкой. – С другой стороны каюта капитана. А нам – сюда.
Люк потянул среднюю дверь и сделал приглашающий жест. Из каюты пахнуло жильем. На правой стороне помещения стояли тумбочки и стол, на котором тлела лучинка. Напротив двери светился небольшой иллюминатор. На левой стороне расположились три двухъярусных койки. На нижней полке крайней кровати, на горе тряпья, лежал человек.
– Это старина Оби, – представил его Люк. – Как видите, у нас недобор. Вчетвером и будем здесь отдыхать. Ваша койка последняя.
Горы тряпья пришли в движение и Оби сел. Свет лучины падал прямо на воина. Лицо у него было молодое, но бородка в пол-ладони и густые бакенбарды придавали ему какую-то умудренность.
– Здорово, вояки, – бодро сказал Оби, силясь разглядеть новоприбывших. – Надеюсь, вы лучше тех обкуренных баб, которые были до вас.
– Не сомневайся, – пообещал Хедрик. – Я вижу, вы давненько с Фотэлем плаваете?
– Да пару годков будет, – ответил Люк.
– И часто нужны наши услуги?
Оба пожали плечами.
– Как повезет, – туманно ответил Оби. – Бывает, за три захода никого не встретишь.
– Бывает, – хмыкнув, сказал Люк и сел на табурет рядом со столом.
– Ребята, сразу предупреждаю. Поймаю на воровстве – отрублю руку нахрен, – спокойно произнес Оби. – Пойду, составлю Фотэлю компанию.
Спутники кивнули. Роман закинул рюкзак на верхнюю полку койки и тоже двинулся на выход.
На небе появилась луна. Вода в ее призрачном свете казалась блестяще-черной, словно мазут. Стало заметно прохладней, а воздух приятно посвежел. Стоило Роману взглянуть на мачту, как от нее отделилась черная точка. Закрутив вираж, ворон спикировал Факелову на плечо.
– Можно? – спросил Чет.
– Ты уже сел.
– Это еще что за нечисть? – спросил Оби.
– Боевой товарищ, – ответил Рома. – Клюет в темечко, в глаза. Зверь-птица.
– А нас не клюнет? – с сомнением спросил воин, почесав бородку.