Чтение онлайн

– Я не спрашиваю, где вы остановились, а я спрашиваю вас, где ваша одежда? Вы же не пришли на пляж голышом.

– Я ничего помню! Не помню, как здесь оказалась, где моя одежда тоже не знаю, - монотонно бормотала Вера.

– А вот это уже серьезно, - сделала вывод докторша.
– Для начала вам надо связаться с вашей приятельницей, а потом будем решать, что с вами делать. Номер телефона вы, естественно, не помните…

– Помню!
– воскликнула Вера.
– Номер телефона я как раз помню!

– Вы меня радуете, - докторша протянула ей мобильный.
– Звоните.

В трубке долго шли гудки, потом раздался взволнованный голос Сони.

– Соня. Это я, Вера.

– Ты где? Мы тебя всю ночь искали!

– Я в Морском…

Не поверив, Соня переспросила, и она повторила.

– Знаешь что, Верунчик, - зло процедила Соня.
– Горю желанием отхлестать тебя по щекам! И про того Карлсона, который тебя туда привез, мне знать не интересно. Ты должна была нам сказать: извините, я потусуюсь в другой компании, а не беззвучно исчезать.

– Соня, со мной случилось что-то невероятное!

– А ты знаешь, что я уже собралась вертолет нанимать?
– кричала Соня.
– Если бы ты позвонила чуть позже, я бы к этому времени переговорила с Игорем насчет денежного перевода.

Вера устала слушать ее монолог, состоящий главным образом из гневных упреков:

– Не ори на меня, Соня! Я тебе сказала чистую правду!

– Говори, где находишься, я сейчас приеду.

Доктор перебила их разговор:

– Дайте телефон, я объясню ей сама.

Вера отдала ей телефон и отвернулась лицом к стенке машины.

– Да, да, - отрывисто отвечала врач.
– Да, я понимаю, что вы не медик, и понимаю ваше волнение. Приезжайте как можно скорее.

В больничной палате было душно и пахло хлоркой. Вера разглядывала высохшие разводы от воды на свежевыбеленном потолке. Стефано, Эльжбета, Солдайя, ее любовь, побег с подкомендантом… Все было так реально….. В уме не укладывалось, как могло столько событий произойти за неполные сутки. Она отчетливо помнила любую подробность, связанную с Солдайей. Помнила пылающие злобой глаза Стефано в день их ссоры. И подкоменданта Коррадо, и все, что произошло между ними. Она помнила даже запах его тела и тембр его низкого голоса.

Что же с ней было на самом деле?

Когда Соня зашла в палату, Вера стояла возле окна и думала.

– Ты плохо выглядишь, - протянула Соня, присаживаясь на табурет.
– Я поговорила с врачом. Какое-то она заумное слово назвала...не помню… В общем, типа амнезии, но немного по-другому звучит. Она объяснила так. Человек не помнит только некоторые события, а остальное помнит хорошо. Тогда все сходится. Ты упала, получила легкое сотрясение и…

– В общем, спятила, - усмехнулась Вера.

– Вер, - начала Соня.
– С какой новости мне начать? С плохой или с хорошей?

– С любой, - ответила Вера, избегая Сониного испуганного взгляда.

– Наталья Ивановна, твой врач, сказала, что все это очень серьезно, и память к тебе может и не вернется. Мне пришлось рассказать о твоих семейных проблемах. Извини, но она поинтересовалась обстановкой в семье. Это была плохая новость.

– А хорошая?

– Не знаю, Вер, как тебе сказать, - улыбнулась Соня.
– Тебя смотрел гинеколог. Его заключение у Натальи Ивановны. Она показала мне. Вер, ты беременна! Игорь будет на небесах!

Вера упала на стул, стоявший возле кровати.

– Соня, - наконец заговорила она.
– Я должна тебе рассказать кое-что, но дай мне слово, что все останется в тайне.

– Откуда я знаю, что ты мне скажешь, - быстро проговорила Соня но, увидев окаменевшее лицо подруги, согласилась.
– Хорошо. Клянусь, я никому не передам наш разговор.

Вера легла на скрипучую панцирную кровать и накрылась одеялом.

– У меня такое чувство, что я побывала в другом мире, в другом времени.

– Тебя наркотиками напичкали!
– ужаснулась Соня.

– Я не знаю! Все! Больше я тебе ничего не стану говорить!
– Вера натянула на себя одеяло и закрыла глаза.

– А что, скажи ты мне, я должна думать?
– ласково прошептала Соня.
– Ты бы лучше не дулась на меня. Что там, в другом времени, огнедышащие драконы или ковры-самолеты?

Сожалея о том, что не смогла сдержаться, Вера начала свое длинное повествование. Она рассказала о стае бабочек, о разбитом фотоаппарате и том, как не смогла найти Соню и всю их компанию. Видя на загорелом лице подруги саркастическую улыбку, она представляла, что о ней думает Соня. Вера рассказывала о знакомстве с Стефано, о приезде в Солдайю, и обо всех остальных событиях. Соня тяготилась своей ролью слушателя и вздыхала после каждой фразы.

– Да-а! Дела! Измененное состояние сознания, - глубокомысленно изрекла Соня.
– Все твои мечты и переживания вылились в галлюцинации. Мечтала о принце? На тебе принц! Половая неудовлетворенность? Получай этого…как там его? Стефано… - Соня засмеялась.
– Прикольный мужик! Вкус у тебя, что надо - то граф, то аристократ. Куда ни плюнь - все голубая кровь! Нет, чтобы пахарь какой-нибудь или рыбак.

– Похоже на то, - засомневалась уже Вера, найдя в ее словах разумное объяснение.

– Вера, - прошептала Соня, присаживаясь поближе,- что там ни было, не о чем не переживай. Самое главное, что ты цела осталась. Наркоманы могли с тобой что угодно сделать. А, кстати, я только сейчас вспомнила. У тебя в крови обнаружен алкоголь, весьма приличное количество. Тебя, ко всему прочему, еще напоили.

Новая жизнь

После двух с лишним суток, проведенных в пути, Вера чувствовала себя измученной. Ключ от входной двери своей квартиры она заблаговременно вынула из сумки и переложила в карман, когда Соня вырулила на МКАД. Духота, вечные пробки и чересчур резкие водители - в Москве ничего не изменилось. Соня притормозила за грузовой «газелью», и выключила зажигание.

– Можно музыку послушать, можно кроссворды отгадывать, - лениво произнесла она, отстегивая ремень безопасности.
– У нас есть для релекса самое меньшее минут пятнадцать. Звякну Борюсику. А ты будешь своему звонить?

– Не хочу. Зачем?

– О! Да ты опять за старое принялась! И мне совсем не нравится твоя затея приехать без предупреждения.

– Послушай, Соня! Я ничего не затевала и не затеваю, я просто не хочу звонить, - процедила Вера.

Как она и предполагала, мужа дома не было, - рабочий день еще не закончился. Вера бросила свою сумку в коридоре и пошла на кухню, выпить чего-нибудь прохладного.

Да, от одиночества он не страдал, сразу видно - вся посуда чистая, чашки перевернуты вверх дном и выставлены на сухое полотенце.