Чтение онлайн

Католическая церковь в раннем Средневековье выстроила, упорядочила государственные отношения в Западной Европе, и к началу второго тысячелетия н.э. стала способной призвать верующих к внешней экспансии. Папский престол организовал Крестовые походы в Восточное Средиземноморье, где воинственная знать Западной Европы увидела, узнала богатства и образ жизни цивилизаций Византии и Междуречья. Изначально грабительские Крестовые походы коренным образом изменили Западную Европу, стали причиной быстрого перехода от натурального хозяйствования к товарно-денежным отношениям и возрождению ремесленной деятельности. Основными местами ускоренного развития товарно-денежных отношений стали в первую очередь приморские города Северной Италии и юга Франции, через которые налаживалась Средиземноморская торговля с богатой Византийской цивилизацией, осуществлялись переброски войск и вывоз из восточного Средиземноморья награбленной добычи. В таких городах, как Венеция, Генуя, а так же не имеющая собственного выхода к морю Флоренция, появлялась влиятельная ростовщическая и торгово-спекулятивная олигархия, а в борьбе с ней возрождался ремесленный полисный средний класс, который стремился выстроить независимые от папского престола социально-политические республиканские государственные отношения с господством патриотического отношения к окружающему миру. В этих городах зародился и непрерывно возрастал интерес к истории полисных государств Древней Греции и Италийского полуострова, воссоздавалось европейское цивилизационное самосознание, которое ярко проявилось в работах мыслителей, учёных и художников того времени, в том числе в политических трудах – к примеру, у флорентийского политика Маккиавели. В 14 веке во Флоренции появились шерстоткацкие и сукнодельческие мануфактуры с наёмным трудом, а в Венеции и Генуе – судостроительные мануфактуры-верфи, прообразы которых зародились ещё в древнегреческих полисах, в частности в кораблестроении в Афинах.

За несколько столетий города Северной Италии, уже в новых исторических обстоятельствах, в обстоятельствах господства христианской религиозной мифологии, в основных чертах повторили путь развития полисных городов-государств языческой Древней Греции. От ступени зарождения к ступени хозяйственного, социально-политического и торгового расцвета, поворота к светской культуре, к научному познанию, следствием чего оказалась растущая зависимость от внешней торговли. А эта растущая зависимость от торговли возродила интерес к античной философии греческого космополитизма и римского гуманизма, к космополитическому скептицизму и ничем не сдерживаемому стремлению к собственным мнениям, что подрывало республиканский патриотизм и политическую волю среднего класса ремесленников и мелких торговцев. В конечном итоге философия гуманизма привела к власти олигархическую аристократию и вызвала повсеместный интерес к эпохе расцвета Римской империи, к её потребительской культуре, которая задала цивилизационное направление краткосрочному подъёму гуманистического художественного, отчасти научного творчества средних имущественных слоёв Северной Италии, названному итальянским Возрождением. Отнюдь не случайно, вслед за десятилетиями Возрождения начался упадок патриотического самосознания городов-государств, а затем последовал их захват германскими императорами, подобно тому, как греческие полисы оказались под властью царей Македонии и были поглощены ими в эллинистические империи. Германские императоры принялись восстанавливать в Северной Италии власть католической церкви, а потому получили поддержку папского престола. С этого времени города Северной Италии погружались в исторический цивилизационный упадок и застой, вызванный неуклонным сокращением численности и значения наследников самосознания среднего класса.

Историческое значение городов-государств Северной Италии в том, что под воздействием Крестовых походов они воссоздали римский очаг европейского цивилизационного развития в Западной Европе. Тем самым они волей-неволей возродили границу резкого различия образа жизни, которая сложилась в эпоху римской империи между римлянами и их северными варварскими соседями. Однако теперь данная граница пролегала внутри католического религиозного пространства и порождала, век за веком углубляла коренные различия в самосознании и исторических устремлениях государств германского севера, с одной стороны, и романского юга – с другой. Богатеющий романский юг приобретал самосознание наследника Римской цивилизации, а бедный германский Север вновь стал представляться варварским, заинтересованным в получении изделий ремесленного производства в обмен на сырье и сырьевые заготовки. Если в Италии и на юге Франции хозяйственное, духовное развитие во всё большей мере определялось торговыми связями и противоречиями в Средиземноморье. То германские города средней и северной полосы континентальной Западной Европы полностью зависели от расширения торгово-денежного обмена с Северной Италией и югом Франции, исключительно оттуда получая сведения о достижениях и существе цивилизаций.

Расширение торговли германских городов с Северной Италией и югом Франции стало единственным источником их хозяйственного развития, становления в них значительного слоя семейных собственников, и в конечном итоге явилось причиной появления протестантской германской цивилизации среднего класса. Германский буржуазный протестантизм вырвал многие государства Западной и Центральной Европы из имперского пространства папского престола и германских императоров и поднял развитие государственных, социально-политических, хозяйственных отношений, научно-технического творчества до такой степени, что смог приняться за цивилизационное освоение земель, которые даже не помышляла осваивать римская цивилизация. Так германский буржуазный протестантизм вдохнул собственное дыхание в европейское цивилизационное развитие, поднял его на следующую ступень в сравнении с эпохой римской цивилизации.

Германские племена до возникновения осёдлых государственных отношений, принятия христианства и становления натурального феодального хозяйства состояли из семейных общинников. Интересы семейной собственности в виде земельных наделов, орудий труда сохранились и в среде крепостных крестьянских общин. Когда в Средние века склонные к ремеслу крестьяне вырывались из непосредственной феодальной зависимости и перебирались в городские поселения Западной Европы, они становились полностью зависимыми от рыночного товарного обмена семейными собственниками, которых во Франции назвали буржуазией, а в Германии бюргерами. Зависимыми от рыночного товарного обмена семейными собственниками являлись и те представители мелких дворян и крестьян, кто селились вблизи городов, попадали под их защиту, проникались буржуазными интересами, но продолжали заниматься земледельческим производством, постепенно переходя к фермерскому ведению хозяйства. После Крестовых походов товарно-денежные отношения быстро проникали повсюду, во все уголки католической Европы, а в её Северной и Центральной части дали толчок появлению множества городов, росту численности и хозяйственного значения городских и пригородных семейных собственников. Чтобы выжить в условиях растущего завоза товаров из восточного Средиземноморья ремесленникам северных, германских городов приходилось проявлять творческую изобретательность в придании своему производству наивысшей конкурентоспособности, прибыльной производительности. Это обстоятельство подстегнуло развитие буржуазного изобретательства, новых технических знаний и умений, навыков и производственных отношений, которые позволили не только совершенствовать производство таких изделий, какие завозились из восточного Средиземноморья, но и создавать совершенно новые, неизвестные прежде товары. Борьба буржуазии за рыночное хозяйственное выживание, за производительность труда в условиях севера Европы подготовила всестороннее развитие и непрерывное усложнение мануфактурного производства с наёмным трудом, более значимого для хозяйственной жизни, чем в городах Северной Италии: Флоренции, Генуи и Венеции, - где оно появилось, но затем пришло в упадок.

Распространение товарно-денежных отношений и умножение числа городов, в которых сосредотачивались доходы от торговли и ремесленного производства, порождали среди германских феодальных аристократов стремления к денежному обогащению любой ценой и любыми средствами. Способы обогащения для крупных феодальных землевладельцев в условиях слабо освоенных земель средней и северной полосы Европы были ограниченными. Грабительские походы на восток Средиземноморья; поборы горожан, крепостных крестьян; а так же предоставление ссудно-заёмных ростовщических средств, какие были в их распоряжении, или соучастие в крупных торгово-посреднических сделках. Ярким примером превращения части священства католической церкви и германской феодальной аристократии в среду ростовщиков и олигархов стал рыцарский орден Тамплиеров. Тамплиеры несметно обогатились на Ближнем Востоке, но их обогащение никак не было связано с производственной деятельностью. Одно время орден Тамплиеров был самым влиятельнейшим ростовщиком и торговым посредником Западной Европы. Он выдавал ссуды церкви, королям, феодальной аристократии, - посредством денег стремился подчинять власть церкви, королей и крупнейших феодалов своим собственным целям и интересам, которые ставились над государственными, религиозными целями и интересами, вступали с ними в противоречие. В конце концов противоречия стали слишком опасными для папства и государственной власти. И папскому престолу, ряду королей пришлось уничтожить Тамплиеров и всю их орденскую организацию.

Всевозможные привилегии жаждущих обогащения феодалов и безграничный с их стороны произвол в условиях наступления товарно-денежных отношений превращали представителей податного сословия в совершенно бесправных людей. Между приобретающими склонности к роскоши, к ростовщическим, олигархическим способам обогащения иерархами церкви и аристократией, с одной стороны, и связанными с ремесленным и сельскохозяйственным производством семейными собственниками, с другой стороны, непрерывно нарастали противоречия, которые постепенно перерастали в борьбу, в том числе и вооружённую. История Средних веков после Крестовых походов наполнена хроникой о ширящейся борьбе городов средней полосы Европы со светской и церковной аристократией за придание отношениям между буржуазией, как городскими семейными собственниками, и феодальными землевладельцами правового содержания. Вследствие такой борьбы и во Франции, где господствовала германская знать, и в германских западноевропейских странах происходило постепенное выстраивание внутри феодализма государственного права, как частично отражающего интересы семейных собственников, а для согласования наиболее существенных противоречий учреждались сословно-представительные собрания или парламенты. Иначе говоря, в средней и северной полосе католической Западной Европы на новой исторической ступени развития товарно-денежные отношения вызывали изменения государственных отношений в том же направлении, какое проявилось в языческой Древней Греции.

Однако в отличие от Древней Греции с её языческими местными богами, покровителями местных полисов, поиск идеологии, которая бы объединяла и выстроила слои семейных собственников для действенной борьбы со всей объединённой католическим мировоззрением и католической церковью олигархией и аристократией Западной Европы, шёл иным путём. Торгово-ремесленные города севера Европы вначале выступали, как стремящиеся к обособлению и политической самостоятельности полисы, развивали полисный патриотизм. Но долговременно противостоять церкви и организуемым ею крупным феодалам они были не в состоянии. До поры до времени им удавалась отстаивать свои интересы через союзы городов, которые нанимали армии и флот, ярким примером чему стала Ганза. Однако укоренённое христианское религиозное сознание в слаборазвитых земледельческих землях подрывало полисный патриотизм изнутри, не позволяло средним имущественным слоям преобразоваться в политический средний класс, тем самым противостоять интересам крупнейших ростовщиков и торговцев и создавать устойчивую, собственную общественно-государственную власть.

Кровопролитная, многовековая история отбора идей, которые дали бы возможность средним имущественным слоям городов политически объединяться для противостояния, как церкви и крупным феодалам, так и крупной ростовщической и спекулятивно-коммерческой буржуазии, вела к философским разработкам реформирующих католицизм вероучений, опосредованно или напрямую выступающих против всеохватного господства церкви, наследующих греческим вероучениям горожан Византии. Ещё со времён первых Вселенских соборов христианской церкви такие учения были названы еретическими и объявлялись вне закона, жестоко преследовались. Но церковь не в силах была их искоренить среди европейского городского населения. Греческие еретические вероучения на основе манихейского дуализма по мере распространения в направлении Западной Европы совершенствовались для борьбы с церковью. И наконец, в начале 16 века в германской Западной Европе, в прилегающих к ней землях Франции появились протестантские вероучения Лютера, Кальвина и других богословов, в которых прозвучали требования революционного изменения феодальных государственных отношений как таковых. С протестантскими вероучениями семейные собственники городов и городских окрестностей Западной Европы смогли подняться на совместную борьбу со всевозможной светской и церковной олигархической властью. Тем не менее, понадобились смены поколений в обстоятельствах религиозной гражданской войны между протестантскими движениями и возглавленными католической церковью феодалами, чтобы городские и земледельческие семейные собственники смогли добиться такого единства мыслей и действий, которое позволило им превращаться в политические движения, способные влиять на власть или создавать собственную власть.

В течение религиозных войн протестантские вероучения доказали свою жизнеспособность. Протестантская революция в этих войнах переросла в протестантскую Реформацию, а ответная папская контрреволюция преобразовалась в католическую церковно-феодальную Контрреформацию. Если после Великих географических открытий 15 века, то есть заморских завоеваний португальцев, а затем испанцев, католический мир явил себя огромным, распространённым на нескольких континентах. То протестантская Реформация и церковно-феодальная Контрреформация бесповоротно развалили его на противоборствующие части. Папская церковь сохранила свою религиозную власть, главным образом, в романских странах и их колониях, в южных, наиболее освоенных под земледелие германских землях. Удалось ей это за счёт самого решительного укрепления средневекового феодального государства и централизации папской власти. Беспощадно подавлялась и численно сокращалась буржуазия, существенно уменьшался торгово-денежный обмен, посредством ордена иезуитов шло избавление церкви и феодальных землевладельцев от тех, кто занимался ростовщичеством и коммерческой спекуляцией. Иными были цели в германских странах и землях, где победил протестантизм. Там тоже уничтожались условия для господства ростовщиков и торговых спекулянтов, но лишь для того, чтобы складывались независимые от католической церкви протестантские государства с той или иной степенью влияния буржуазии на феодальную государственную власть.

В протестантских государствах создавались предпосылки становлению особых обществ, готовых и способных отстаивать производственные и торгово-денежные интересы в окружающем их мире на основе рыночной капиталистической конкуренции. Одним из проявлений поворота к господству рыночных производственных интересов стало то, что с 16 века высокопроизводительное мануфактурное капиталистическое производство в протестантской Европе, в первую очередь в Англии и в Голландии, неуклонно вытесняло цеховое производство. Этим обозначилось становление европейской цивилизации более высокого уровня в сравнении с античными цивилизациями.