Чтение онлайн

Эта «помощь», как было показано в первой главе, давалась для утверждения американского господства над Западной Европой, контроля США за ее внешней и внутренней политикой. Но официальным мотивом для такой помощи была «угроза коммунизма», точнее — «военная угроза со стороны СССР». Но раз речь идет о военной угрозе, то и отражать ее надо военными способами. «Советская власть очень чувствительна к логике силы», — написал из Москвы в госдепартамент молодой сотрудник американского посольства Джордж Кеннан в так называемой шифр-телеграмме «длиною» в 8000 слов. Эта телеграмма, дополненная появившейся через год статьей того же Кеннана во влиятельном внешнеполитическом журнале США «Форин афферс» «Истоки поведения Советов» (статья была опубликована под псевдонимом «Мистер X»), и легла в основу вашингтонской стратегии «сдерживания» Советского Союза. После создания блока НАТО эта стратегия стала и до сих пор является его базовой концепцией, позволяющей изображать для широкой публики агрессивные военные приготовления блока в качестве оборонительных.

Хотя Соединенные Штаты в первое пятнадцатилетие после второй мировой войны полагались в своей стратегии исключительно на ядерное оружие, считая, что американский арсенал такого оружия (включая средства его доставки) недосягаем для всех остальных, в том числе и СССР, и что поэтому основным инструментом американской внешней политики должен являться атомный шантаж, вашингтонскому руководству не были чужды и классические соображения баланса сил.

Само вступление США в первую и вторую мировые войны на стороне соответствующих европейских коалиций во многом предопределялось именно соображениями баланса сил. Воссоздание в Западной Европе сильной армии, калькулировали в Вашингтоне, вынудит СССР к ответу в сфере строительства обычных вооруженных сил и вооружений, отвлекая его силы и средства от строительства ядерных вооружений. Да и в целом — противостояние вооруженных сил стран Запада и Востока Европы даже в мирный период пойдет на пользу США, позволяя играть на обострившейся европейской напряженности, держать в большей покорности союзников, а в каких-то случаях — выступать в роли некоего арбитра. Об этих соображениях весьма откровенно говорил тот же Кеннан, когда в 1948 году он читал лекции слушателям Национального военного колледжа в Вашингтоне.

«Наша безопасность, — говорил он, — зависит от способности установить баланс между враждебными или ненадежными силами в мире: стравить их при необходимости с тем, чтобы наблюдать, как они растрачивают в конфликте друг против друга, если к этому придет дело, свои нетерпимость, насилие и фанатизм, которые в противном случае могли бы быть направлены против нас, растрачивают таким образом, что они нейтрализуют один другого и истощают себя в междоусобной борьбе…» И хотя у нас нет никакого желания сравнивать Кеннана с Трумэном (тем более что Кеннан позднее отошел от своих антисоветских взглядов и стал одним из активных поборников мирного сосуществования и сотрудничества США с СССР), тем не менее этот подход мало чем отличался от известной формулы, выдвинутой Трумэном после нападения гитлеровской Германии на Советский Союз: «Пусть они убивают друг друга как можно больше!»

Дело в том, что подобный подход — это не просто личная философия Трумэна или молодого Кеннана, а «классический» геополитический подход американских политиков к ситуации на евразийском континенте: чем больше напряженности между государствами этого континента или группами государств тем спокойнее живется США в их «заокеанском далеке». тем больше возможностей открывается для них в плане вмешательства в политику государств Европы и Азии. В ядерную эпоху подобная политика поощрения напряженности в Восточном полушарии между различными группировками государств чревата самоубийственными последствиями для самих США. Но американские лидеры не только не отказались от нее, а, по мере консолидации противостоящих группировок в Евразии, стремятся все активнее использовать политику «разделяй и властвуй» для продвижения собственных экспансионистских и гегемонистских целей.

Применительно к Европе американская стратегия строилась на концепции выдвинутых вперед рубежей. Эта концепция, принятая на сессии Совета НАТО в сентябре 1950 года, предполагала: а) сохранение постоянного военного присутствия США в Западной Европе; б) восстановление военного потенциала западноевропейских государств, включая перевооружение Западной Германии; в) размещение войск пакта непосредственно на границе между социалистическими странами и странами НАТО в Европе; г) отказ от признания послевоенных реальностей на европейском континенте, в частности необратимости социально-политических изменений, произошедших в странах Восточной Европы, ставших на путь строительства социализма, и от новой границы по Одеру — Нейссе в качестве постоянной; д) опору на ядерное оружие в качестве основного средства «решения проблем» с Советским Союзом.

Отказ от признания границ между государствами Европы, сложившихся в итоге второй мировой войны по решению держав-победительниц, в первую очередь — германо-польской границы, был особо подчеркнут государственным секретарем США Бирнсом еще в сентябре 1946 года в его выступлении в западногерманском городе Штутгарте. Тем самым правящие круги США фактически сразу же по окончании второй мировой войны стали на путь ревизии ее итогов. Действуя подобным образом, они давали понять западногерманским реваншистам, тогда только еще начинавшим поднимать головы, что Америка не связывает им руки в отношении территориальных притязаний на Востоке. Вашингтон заигрывал с идеей очередного «марша на Восток» (но теперь уже под эффективным американским контролем!).

В соответствии с пропагандистскими установками Вашингтона, рассчитанными на дезориентацию и обман народов, американское ядерное оружие с самого начала стало изображаться в качестве некоей американской «гарантии» западноевропейским странам, средством, которое должно было обеспечить политическое «сдерживание» социализма. Эта «гарантия» якобы должна была «помешать Советам захватить Западную Европу»! И это говорилось о стране, подвергшейся в годы гитлеровского нашествия колоссальнейшим разрушениям и целиком поглощенной задачами послевоенного восстановления.

1 декабря 1949 года Комитет планирования обороны НАТО проштамповал первоначальную стратегическую концепцию блока. В соответствии с ней американские атомные силы стали квалифицироваться в качестве «ядерного меча» НАТО, а воссоздаваемые обычные вооруженные силы западноевропейских членов блока в качестве его «щита». Основные положения этой стратегической концепции были незадолго до этого обрисованы генералом Брэдли — тогдашним председателем Комитета начальников штабов США — в его выступлении перед комиссией по иностранным делам палаты представителей американского конгресса 29 июля 1949 года.

«Во-первых, — заявил Брэдли, — США будут нести ответственность за стратегическую бомбардировку. Мы, в США, неоднократно подчеркивали, что первейшим условием совместной обороны является наша способность доставки атомных бомб. Во-вторых, Соединенные Штаты и военно-морские державы Запада будут осуществлять основные военно-морские операции, включая охрану морских коммуникаций… В-третьих, мы считаем, что основное ядро наличных наземных сил будет поставлено Европой, которой другие страны окажут поддержку путем мобилизации.

В-четвертых, Англия, Франция и прилегающие к ним страны возьмут на себя основную долю наступательного бомбометания ближнего радиуса действия и противовоздушной обороны. Мы, конечно, будем иметь тактическую авиацию для наших собственных сухопутных и морских сил и для обороны США. В-пятых, другие страны, в зависимости от их близости или удаленности от возможного района конфликта, будут делать упор на подготовку к осуществлению соответствующих специфических заданий».

Таким образом, стратегия НАТО с самого начала заложила «разделение труда» между США — с одной стороны, и Канадой и западноевропейскими членами блока — с другой. В то время как США брали на себя ведение войны с высоты 30 000 футов путем атомных бомбардировок советской территории, их европейские союзники должны были поставлять живую силу для наземного наступления на СССР и восточноевропейские страны социализма.

США готовились воевать в Европе «до последнего англичанина и до последнего западноевропейца», как отмечалось в выпущенном в 1949 году лейбористской партией Великобритании памфлете, авторы которого, не зная о секретных планах Пентагона, правильно уловили их направленность. При этом одна из важных задач наземных сил европейских государств блока, как это неоднократно подчеркивалось в документах Комитета начальников штабов США и Пентагона, должна была состоять в том, чтобы «заставить Советы концентрировать свои наземные силы так, чтобы они могли служить хорошими целями для атомного оружия».