Чтение онлайн

Над оборонными заказами в тот период работали 181 военный завод. С учетом кооперированных с ними предприятий, производственная часть советского ВПК была представлена 2000 предприятий [115] .

Если же взять экономическую составляющую, то Советскому Союзу ОВД обходился значительно дороже, чем Соединенным Штатам НАТО. Об этом красноречиво свидетельствуют такие цифры: советская доля в военных расходах Варшавского Договора всегда составляла более 90 %, а американская в аналогичных расходах НАТО – 50 % [116] .

Определить реальный объем расходов СССР на военные цели, как за весь период холодной войны, так и в отдельные годы является задачей едва ли разрешимой. Официальные цифры никогда не отражали их реальных размеров, поскольку многие военные программы, как полагают исследователи, – шли по другим статьям государственного бюджета и были «спрятаны» в расходы на гражданские цели [117] . Прямые военные расходы СССР с 1947 по 1991 гг. составляли в долларах США 1993 года 10039 млрд., что равнялось 12,6 % национального дохода страны в эти годы [118] . Международный институт стратегических исследований в Лондоне оценивал военные расходы СССР в конце 1980-х гг. в объеме 17,6 % валового национального продукта [119] .

По подсчетам российских экспертов, произведенных во второй половине 1990-х гг., 12–13 % советского валового национального продукта направлялось в военно-промышленный комплекс (оборону), а в США – 5,6 %. Доля оборонных расходов в государственном бюджете СССР составляла 45–50 % (в США – 25–27 %). Советские военные расходы оценивались в 250300 млрд. долл, в год, что приблизительно соответствовало военным расходам США, но советская экономика, например, в середине 1980-х гг. составляла 50–60 % ВНП США [120] .

США израсходовали за годы холодной войны на военные цели 9471 млрд, долларов, или 5,6 % их национального дохода (СССР – 10039 млрд, долларов). Более богатые США израсходовали на военные цели меньше, чем СССР [121] .

Масштабы военных расходов становятся еще более понятными, если их показатель перевести на душу населения и сравнить с другими странами. Дня поддержания военного паритета общие затраты на оборону и военную промышленность в СССР к концу 1970-х – началу 1980-х гг. достигли по некоторым оценкам 900 долларов на душу населения. Примерно столько же тратили и США (968 долл.). Однако в СССР тратили значительно больше, чем в других странах. В Англии эти расходы составляли 436 долларов, в Германии – 360, в Японии – 102 доллара на душу населения [122] .

Впервые официально в СССР уровень расходов на военные нужды был раскрыт в июне 1989 года на сессии Верховного Совета СССР. Было отмечено, что в 1990 году военные расходы страны достигнут не менее 25 % государственного бюджета СССР [123] . Можно предположить, что в предыдущие годы, особенно если взять период 1950-1960-х гг., эти расходы были значительно больше, так как уровень конфронтации между двумя военно-политическими блоками НАТО и Варшавским договором был выше, чем в конце 1980-х гг.

Гонка вооружений являлась тяжелейшим бременем для СССР. Она стала серьезным тормозом его социально-экономического развития. Советскому Союзу оказались не под силу одновременно конкуренция в области гонки вооружений, развитие на высоком уровне гражданских отраслей и повышение уровня жизни людей. Нет сомнения в том, что более чем 40-летнее военно-экономическое противостояние самым прямым образом способствовало нарастанию экономического и социального кризиса в СССР и переходу к политике перестройки в 1985 году.

Составной частью холодной войны являлась идеологическое и пропагандистское противоборство. Главная цель идеологической войны состояла в доказательстве преимуществ своего общественного строя и в дискредитации противоположного. Конечная цель такой войны – навязывание своей модели развития противнику. Объектами идеологического и пропагандистского воздействия в условиях холодной войны являются не только граждане стран, которые эту войну ведут, но и граждане всего мира, поскольку между СССР и США, олицетворявшими две противоположные общественные системы, две противоположные модели развития, шла борьба за освободившиеся страны и привлечение их на свою сторону.

Теперь, по истечении многих лет, можно сказать, что Запад именно в области идеологической борьбы достиг наибольших побед и успехов над СССР. Ему удалось выдать свою экономическую и политическую систему за образцовые, за вершину достижений современной цивилизации, альтернативы которой нет. И, наоборот, советскую систему подвергали многолетней системной критике, ее положительные стороны сознательно игнорировались, а недостатки ее, коих, конечно, было достаточно, всячески выпячивали в целях дискредитации всей системы. Ему удалось выдать как для западного человека, так и для многих тысяч советских людей, особенно представителям гуманитарной интеллигенции, социализм за бесперспективную, тупиковую модель развития.

В идеологической борьбе использовались все средства воздействия на людей – радио, телевидение, секретные службы, научные дискуссии, культурный обмен, подкуп, паблисити. Использовались любые поводы, любые уязвимые точки противника, любые человеческие слабости – национальные разногласия, религиозные предрассудки, любопытство, тщеславие, корысть, зависть, критические умонастроения, страх, склонность к приключениям, эгоизм, любовь и т. д. [124]

«Главным оружием в «холодной войне», – писал философ А.А. Зиновьев, в прошлом известный советский диссидент, – были средства идеологии, пропаганды и психологии. Запад бросил колоссальные людские силы и материальные средства на идеологическую и психологическую обработку населения Советского Союза и его сателлитов, причем не с добрыми намерениями, а с целью деморализовать людей, оболванить, пробудить и поощрить в них самые низменные чувства и стремления…Разрушить идейно-психологический иммунитет населения противника» [125] .

Западные политтехнологи стремились сформировать образ Советского Союза как негуманного тоталитарного, агрессивного государства, стремящегося расширить свое влияние путем захвата других государств. Такое изображение СССР, с их точки зрения, должно было показать, что именно он несет угрозу цивилизованному демократическому миру, сформировать боязнь, фобию, по отношению к СССР. Такой образ Советского Союза стал формироваться практически сразу после окончания Второй мировой войны. Об этом красноречиво свидетельствует выступление президента США Г. Трумэна 6 июня 1948 года перед 55 тыс. слушателей на университетском стадионе в Беркли: «Великие проблемы мира иногда изображают как спор исключительно между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Это не так… Мы не ведем «холодную войну…Противоречия существуют не между Советским Союзом и Соединенными Штатами. Противоречия существуют между Советским Союзом и остальным миром» [126] . Выступление Трумэна было направлено на оправдание политики США в развязывании холодной войны. В реальности же, на Западе совершенно не скрывалось, что инициатива «холодной войны» принадлежала США, и ее ведение оправдывалось как благородная борьба против «советского тоталитаризма».

Антикоммунизм, антисоветизм и русофобия Западом были востребованы вновь, когда с реальным врагом (нацизмом – М.П.) было покончено. На передний план теперь они выдвинули проблему формирования в лице Советского Союза образа врага всего западного мира. О нем стали писать в основном в отрицательном плане, его изображали как агрессора, стремящегося начать третью мировую войну.

Кампания по поводу якобы агрессивных намерений Кремля, поднятая через несколько месяцев после завершения Второй мировой войны, должна была запутать западную публику и европейскую элиту. Позднее, в начале 1990-х гг., американские социологи высказывались на этот счет вполне определенно: «…многие объяснения поведения Советов, предлагавшиеся в американских СМИ и лидерами США в прошлом, были если не сознательным обманом, то, по крайней мере, вводящими в заблуждение или слабо связанными с реальными событиями» [127] .