Чтение онлайн

Пошел третий год коллективизации. Обращаю внимание — ссылаюсь на официальные цифры раскулачивания, уменьшения доли кулаков, озвученные Сталиным на 16 съезде партии: «в 1927/1928 году — 8,1%, в 1928/1929 году — 6,5%, в 1929/1930 году — 1,8%». То есть в результате 2-х лет раскулачивания к началу 1930 года в СССР осталась всего четверть кулаков (1,8%), примерно 2 миллиона из 120 миллионов крестьян. Говоря другими словами — в 1930 году осталось раскулачить, деклассировать последнюю четверть успешных хлеборобов, оставался последний рывок, последний штурм, последняя атака на классового врага. Поставленные экономические цели, цели по переустройству села были уже близки, как и осуществление вышеназванного постулата Маркса и своей идеологической мечты молодости, 20-летней давности:

«Будущее общество — общество социалистическое. Это означает, прежде всего то, что там не будет никаких классов: ни капиталистов, ни пролетариев, — не будет, стало быть, и эксплуатации. Там будут только коллективно работающие труженики» (Сталин «Анархизм или социализм?», 1906 г.).

Учитывая темпы раскулачивания прошлого — 1929 года, можно с уверенностью утверждать, что 1930 год должен быть последним годом, окончательным этапом раскулачивания. Первый год (1928) коллективизации — экспериментальный «блин», во втором (1929 г.) — проведена основная работа по раскулачиванию, и третий — завершающий, последний год раскулачивания и дальше, после полной ликвидации кулаков и с запуском тракторных заводов, остается довести количество колхозов и совхозов до максимального количества. Для реализации такого глобального проекта 3-4 года — это хорошие сроки.

Отмечу 43-х масонов из разных стран вместе с нашими масонами из МГИМО, упомянутых мною в предисловии, которые срочно написали и издали в 2009 году двухтомник по сильно «обрезанной» истории России, в котором они утверждают, что в 1930 году коллективизация в СССР только началась. А большие блоки нашей истории они вообще «забыли» упомянуть. Понятно, что эти продолжатели политики Далеса заинтересованы в неграмотности, глупости, слабости нашей молодежи и, соответственно, — интеллектуальной слабости народа и России в целом. Естественно возникает вопрос: знает ли Сергей Лавров — какое логово свили у него в МГИМО и в МИДе масоны или в курсе и поддерживает? Немного неприятно, что в этом масонском двухтомнике некомпетентность именно в теме коллективизации продемонстрировал «профессиональный» историк с научной степенью из моего любимого города, часто красующийся с телеэкрана, доцент «большого», петербургского, «президентского» университета Кирилл Александров; с такими познаниями и среди масонов ему трудно будет сделать карьеру.

Итак, — в 1930 году осталось раскулачить в СССР последнюю четверть кулаков, причем по хозяйской логике это необходимо сделать до начала посевной кампании 1930 года — примерно до середины апреля. И соответственно до этого срока, чтобы избежать потерь в производстве зерна, необходимо вместо этих ограбленных и разоренных успешных товаропроизводителей организовать, в том числе и используя материальную базу раскулаченных, до апреля-мая 1930 года колхозы, в которые необходимо загнать с учётом низкой производительности труда минимум 4-6 миллионов крестьян, а вообще-то: чем больше — тем лучше. Отработанные за два года технологии коллективизации и «Великий перелом» прошлого года давали Сталину основания на оптимистические прогнозы.

Решить эти задачи в столь короткие сроки очень трудно, необходима большая решительность и много слаженной работы всего государственного аппарата, связанного с сельским хозяйством. Поэтому уже с декабря 1929 года в СССР под руководством Сталина кипела интенсивная работа, не замечая новогодних праздников. 27 декабря 1929 года на всесоюзной конференции аграрников-марксистов в Москве Сталин своим коллективизаторам объяснял: «Мы перешли от политики ограничения эксплуататорских тенденций кулачества к политике ликвидации кулачества как класса.

Теперь раскулачивание в районах сплошной коллективизации не есть уже простая административная мера. Теперь раскулачивание представляет нам составную часть образования и развития колхозов».

А через неделю — 5 января 1930 года ЦК ВКП(б) принял важное постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству». Это фактически была штурмовая программа, в которой была поставлена задача коллективизации быстрыми темпами максимального количества крестьян — «коллективизации огромного большинства крестьянских хозяйств», — это была фактически задача сплошной коллективизации, о которой, как мы наблюдали ранее, Советские власти говорили уже с конца лета 1929 года.

«В своём постановлении от 5 января 1930 года Политбюро ЦК определило к весне 1930 года программу колхозных посевных площадей, обработанных на обобществленных началах, в 30 миллионов гектаров», — объяснял Сталин делегатам на 16 съезде партии летом 1930 года. Для сравнения — в 1929 году этих площадей было около 6 миллионов гектаров («Год Великого перелома»).

Для выполнения этой глобальной задачи в очень короткие сроки, чтобы значительно ускорить прошлогодние темпы коллективизации, недостаточно было прошлогодних жестоких «нерыночных» спецорг-методов, а комбайнов и тракторов ещё не было, соответственно злободневно стоял старый вопрос — за счет чего создавать материальную базу колхозов, откуда взять в короткие сроки и в больших количествах: лошадей, телеги, сеялки, постройки, маслобойки, мельницы, сельхозинвентарь, семенной материал и т.д. и т.п.?

Поэтому в этом постановлении предусматривались дополнительные антикулацкие меры. Согласно этому постановлению запрещалась аренда земельных участков частными лицами и найм рабочей силы. Кроме того, Сталин ещё более усилил коварный метод Свердлова, — теперь согласно этому постановлению колхозные активисты наделялись властными репрессивными полномочиями — правом конфискации у своих односельчан скота, инструмента, средств производства, хозяйственных построек и инвентаря в пользу колхозов. Сталин подключал на свою сторону самые низменные стороны человеческой сущности, и опьяненные властью деревенские бедняки рьяно взялись за «дело», если бы они так рьяно работали ранее в поле, то бедняками точно не были бы. Соответственно после этого постановления миллионы крестьян, и прежде всего кулаков, ожидала новая волна жестоких репрессий.

Но Сталин стремился выработать ещё другие эффективные методы и приемы «помощи государства в колхозном строительстве» 15 января 1930 года была создана специальная комиссия Политбюро под председательством В.М. Молотова. Вероятнее всего, работе этой комиссии предшествовало создание внутрипартийного секретного документа, инструкции с основными постулатами новшества 1930 года, ибо ещё во время работы комиссии Молотова над базовым документом сталинский ударник коллективизации глава Средне-Волжского крайкома ВКП(б) Мендель Хатаевич проявил инициативу, — и 20 января 1930 года его крайком на закрытом заседании принял постановление «Об изъятии и выселении контрреволюционных элементов и кулачества из деревни», в котором приказывалось:

«1) Немедленно провести по всему краю массовую операцию по изъятию из деревни активных контрреволюционных антисоветских и террористических элементов в количестве 3000 человек. Указанную операцию закончить к 5 февраля.

2) Одновременно приступить к подготовке проведения массового выселения кулацко-белогвардейских элементов вместе с семьями, проводя эту операцию с 5 по 15 февраля.

3) Считать необходимым провести выселение кулацких хозяйств вместе с семьями в количестве до 10 000 хозяйств» (примерно 100 тысяч человек).

Для выполнения этой задачи М. Хатаевич организовал боевой штаб, в который кроме него вошли «силовики»: крайпрокурор и высокопоставленный представитель реввоенсовета, армии.

Мендель Хатаевич с удивительной прозорливостью «предугадал» вышедшее только 30 января 1930 года на основе работы комиссии Молотова постановление Политбюро, не дождавшись выхода которого нетерпеливый, рвущийся в бой с крестьянством этот сын еврейского купца из Гомеля, коммунист-стоматолог 29 января взял повышенные обязательства по удалению кулаков: по первому пункту количество жертв увеличил до 5000, а по третьему — до 15 тысяч хозяйств (примерно до 150 тысяч человек), и строго добавил сатанинское: «движение в деревне за снятие колоколов и закрытие церквей должно быть охвачено партийным руководством».