Чтение онлайн

70 КЬгизЬсЬеу КететЬегз... Р. 85. Микоян рассказал об этом Хрущеву только после смерти Сталина.

71МеЫиеЫеи Коу А. Ье1 Щзюгу^йве... Р. 194-196.

72 Доклад Жданова на пленуме ЦК ВКП(б) 26 февраля 1937 г. // «Большевик». № 5-6. 15 марта 1937 г.

С 8, 10, II, 15, 19- .!•

73МеЫчеЫечКоуА. ВикЬапп... Р. 129-135.

14О партийности лиц... С. 77.

75 Там же. С. 77-78.

76 Там же. С. 79-81.

77МеЫиеЫеиЯоуА. ВикЬапп... Р. 136-137.

78 КЬгизЬсЬеу КететЬегз... Р. 577

79Апизпоч-Очзеуепко А. Типе оГ ЗшПп... Р. 121. Антонов-Овсеенко пишет, что заступиться за Бухарина и Рыкова пытались Рудэутак, Эйхе и Чубарь. Медведев утверждает (ВикЬапп... Р. 135), что только в выступлении Постышева прозвучали сомнения в целесообразности ареста соратника, никогда не занимавшегося оппозиционной деятельностью.

80 КЬгизЬсЬеУ КететЬегз... Р. 577.

81 1Ыа.Р.б13-б14.

82МолотовВ.М. Уроки вредительства, диверсии и шпионажа японо-немецко-троцкистских агентов // Большевик». 15 апреля 1937 г. № 8, С. 12-45.

83 «Правда*. 29 марта 1937 г.

84 КЬгизЬсЬеу КететЬегз. . Р. 572.

85 Медведев пишет, что именно в то время, когда Сталин выступал на пленуме, «таких людей арестовывали тысячами».

86 В «Очерках истории коммунистической партии Украины (2-е изд„ Киев, 1964. С. 466) подтверждается, что упомянутые в главе 15 Николенко и Николаенко, о которых говорил Сталин, были одним и

тем же лицом.

87 «Правда». 17 мая 1937 г. гн ю

88 ЮтшЬсЬеу НететЬега-Р. 81. зиля-ЛН

89 «Правда». 1 апреля 1937 г.

90 «Правда». 29 марта 1937 г.

91 Там же. 18 марта 1937 г.

92 Выступление Н.М. Шверника на XXII съезде КПСС 24 октября 1961 г.//XXII съезд... II. С. 215-

95Ог1ои А. ТЬе Зесгет Ныогу... Р. 214. Будучи в то время в Испании, Орлов поддерживал регулярную связь с приезжавшими из Москвы энкавэдистами и получал от них информацию.

94Кпь'Пьку 47.1п51а1т'$5есге1 Зсплсе... Р. 145-151. Кривицкий в то время был в Москве.

95ОЛоиАЛТге 5есге1 НкЛогу... Р. 215, 21 <5, 219.

98 «Известия». 18 марта 1937 г.

97 О слухах см.: Вав$есЪе$N. ЗгаНп. Ьопс1оп апс! И.У., 1952. Р. 302; Об обеде и сообщении о предстоящей поездке Тухачевского в Лондон см.-.Оаыез. Мжяоп го Мозсото.. Р 121.

98НикулинЛ. Тухачевский. М., 1964.С. 190. *

99 Текст был опубликован в «Правде» 17 мая 1937 г.

100Котлова-Бычкова А. Рядом с маршалом // «Вечерняя Москва». 5 апреля 1989 г.

101НикулинЛ.Последние дни маршала // «Огонек». № 13- 1963. С. 26; НикулинЛ. Тухачевский... С. 191; Шат-^’новскаяЛ. Жизнь в Кремле. Нью-Йорк, 1982. С. 97.

102 Дело о так называемой «антисоветской троцкистской военной организации» в Красной Армии // «Известия ЦК КПСС». 1989. № 4. С. 50-52.

105 Там же. С. 52-54.

|04Тамже. М I 1АС :1л

105 Там же. С. 54-56.

106 Там же. С. 56.

107 Там же. С. 56-57,617 , -

108НикулинЛ.Тухачевский... С. 191.

109 Дело... С. 57-58.

110Гольдштейн П. Точка опоры. В Бутырской и Лефортовской тюрьмах 1939 г. Иерусалим, 1978. С. 64. То, что сказал Тухачевский в своем последнем слове, Гольдштейн узнал от одного из присутствовавших на заседании 11 июня старших офицеров Ильи Павловича Кит-Войтенко, с которым он сидел в одной камере.

– 'иазппУ ;п,И

Большой террор

]

Теперь Сталину ничто не мешало развязать Большой террор. Опираясь на запуганный Центральный Комитет, на руководимый Ежовым и его людьми НКВД, расстреляв военачальников, создав механизм для проведения чистки и получив в свое распоряжение документы на огромное число жертв, утвердив с помощью показательных процессов как неоспоримую догму наличие разветвленного антигосударственного заговора, он приступил к радикальной трансформации советской элиты.

С марта-апреля 1937-го вплоть до 1939 г, над верхними и средними слоями общества бушевал огненный шторм репрессий, Затем он пошел на убыль. Статистические данные о понесенных жертвах — они все еще изучаются и обсуждаются — будут рассмотрены ниже, Пока же достаточно сказать, что ни одна большая страна никогда не страдала от столь жестокого государственного террора так, как в те годы Россия. Арестованные и казненные, отправленные в лагеря рабского труда исчислялись миллионами, а обрушившиеся на их близких несчастья и невзгоды не поддаются описанию. Невероятно огромен был моральный, духовный, экономический, военный и культурный урон, нанесенный советскому государству.

В мемуарах тех, кто выжил, рассказывается, что к жаркому лету 1937 г. у них создалось впечатление, что вся страна обезумела, Относительное спокойствие сохранялось лишь в рабочих поселках, расположенных за чертой города1. Возможно, было спокойно и в некоторых сельских районах. В самый разгар террора Сталин пошел на некоторые уступки крестьянству. Согласно указу от 21 марта 1937 г., была аннулирована задолженность колхозов и единоличников по поставкам зерна государству в 1936 г. Крестьянам разрешили продавать излишки зерна еще до того, как они сдадут государству все реквизированное зерно. Подобные выгодные крестьянам меры в сочетании с благоприятными погодными условиями, позволившими собрать в 1937 г. небывалый урожай (в отличие от 1936 г. с его охватившей многие районы затяжной засухой), способствовали возникновению в деревне атмосферы умиротворенности. Многие могли с мрачным удовлетворением рассуждать о том, что те самые коммунисты, которые совсем недавно подвергли их суровым испытаниям коллективизации и голода, получили по заслугам. Когда жертвой террора стал член Политбюро Косиор, который был секретарем ЦК Компартии Украины во время свирепствовавшего там голода, молодой тогда офицер крестьянского происхождения Петр Григоренко посчитал это «справедливым возмездием за его антинародную деятельность»2.

Для верхнего же и среднего слоев городского населения наступила пора страшных страданий. Аресты приняли характер эпидемии. «Людей не арестовывают. Они просто исчезают, — рассказывал на страницах издававшегося за рубежом “Бюллетеня оппозиции” очевидец. — Идет, например, заседание; человек выходит в уборную и не возвращается. Так незаметнее. Куда он девался, никто, конечно, не спрашивает»3.

Очень часто арестовывали прямо на квартирах. Ночами по улицам проносились автомобили НКВД, прозванные «черными воронами». Для многих, особенно для занимавших сколько-нибудь ответственные посты, ночные часы (главным образом между одиннадцатью и двумя) проходили в мучительном ожидании. Однажды вернувшаяся поздно домой с вечеринки девушка, обнаружив, что забыла ключи, позвонила в дверь. Ей пришлось долго ждать, а после второго звонка ей открыл мертвенно-бледный, полностью одетый отец. Он долго смотрел на нее, а потом, вместо того чтобы облегченно вздохнуть, дал выход своей напряженности, ударив ни в чем неповинную дочь по лицу4. Начиная с 1937 г. Литвинов оставлял перед сном на своей тумбочке револьвер. Нарком иностранных дел решил, что, если придут его арестовывать, он лучше покончит с собой, но не дастся живым в руки5.