Чтение онлайн

Немая сцена продолжалась мгновение, и вдруг череп открыл рот и произнес компьютерным голосом по-русски:

– В нашей речке утром рано утонули два барана, – и захохотал.

– Батюшки! – пробормотала Валентина.

Череп успокоился, и из компьютера раздались аккорды похоронного марша.

Оба, и Антон Ильич, и гений, одновременно бросились к кнопке выключения.

«Поздно, ребята», – со злорадством подумала Вероника.

Аня откровенно смеялась.

Снаружи раздался дробный стук каблуков, и в комнату влетела перепуганная женщина.

– Ой! Извините!

Найдя взглядом гения, сказала, заикаясь:

– Михал Ваныч! Там такое происходит. Вы должны взглянуть сами.

Гений, которого, как оказалось, звали Михаилом Ивановичем, со словами «Простите!» устремился к двери, на ходу поправляя очки. Антон Ильич очнулся и поспешил за ним, кивнув на Веронику с Аней и сказав на ходу Валентине:

– Запри их и не выпускай!

Охранница грозно надвинулась на них, и пришлось возвратиться в заточение.

В здании явно что-то происходило. Через запертую дверь было слышно, как по обычно тихому коридору быстро проходили люди и кто-то громко отдавал команды. На втором этаже тоже шло какое-то движение. Вдруг в отдалении завыла сирена и потом смолкла.

Теперь Вероника знала, что это было. К ним пожаловал его величество Stuxnet. И она им не завидовала. Противоядия от него не существовало.

– Мама! Что там случилось?

Вероника по привычке включила на полную громкость телевизор.

– Помнишь, как я тебе объясняла, что такое вирус?

– ДвойнойДжо засадил им вирус?

Аня даже захлопала в ладоши.

– Тише! Да. Через тот компьютер, который вчера убрали, – прошептала она.

Девочка молча затанцевала на месте.

Его разработали и применили против иранской ядерной программы израильтяне. Они нашли точки проникновения в операционную систему Windows, называемые «уязвимостью нулевого дня», через которые вирус проползает внутрь. С этого момента инфицированный компьютер сам становится источником заразы, и червь начинает действовать в автономном режиме. Никакая команда извне ему уже не нужна. Он от рождения знает, что ему делать. Stuxnet тестирует содержимое компьютера, поступающие и исходящие из него команды и ведет себя совершенно индифферентно по отношению к поглотившему его организму, никак не вредит ни ему, ни его партнерам, пока не наткнется на признаки цели, для охоты на которую он был создан. Его специализация – разработанная фирмой «Сименс» компьютерная программа крупномасштабных систем управления промышленными предприятиями, названная «Диспетчерское управление и сбор данных SCADA». Эти системы регулируют технологические процессы электростанций, нефте– и газопроводов, военных заводов, предприятий гражданской инфраструктуры. Наткнувшись на эту программу, Stuxnet звереет, превращаясь в жестокого хищника-разрушителя, фактически захватывает власть в системе и перенаправляет ее на выполнение собственной разрушительной цели.

Первым делом он меняет компьютеру «голову» – перепрограммирует PLC, отвечающую за логику, и начинает сам отдавать команды. Взяв управление на себя, Stuxnet последовательно ведет систему к разрушению производства. Оттого и забегали на заводе. Вчерашний компьютер, подключенный к системе управления предприятием, занес червя внутрь. ДвойнойДжо действовал целенаправленно, зная, что у них установлена программа SCADA.

– Мама! А теперь они нас отпустят?

А вот в этом она не была уверена. Что еще может прийти в больную голову Антона Ильича и тех, кто за ним стоит?

На следующий день суматоха улеглась, и в коридоре опять стало тихо. Их страж в привычное время не появился, и это настораживало. Время опять потянулось медленно. Приходилось вместе с Аней смотреть по телевизору детские программы. Читать она не могла. Ближе к середине дня стало нарастать беспокойство, и она не могла объяснить себе причину. По-прежнему ничего не происходило.

Вероника уже начала думать о том, что дать ребенку на обед, предвидя вопли и капризы. Девочке передалась ее нервозность. И в это время послышались тяжелые шаги и в дверях стал поворачиваться ключ. Вероника кожей почувствовала приближение неприятности. Аня испуганно прижалась к ней.

В дверях появился мужик с каменным лицом в полувоенной форме, как у Валентины. В коридоре за ним стояли еще двое.

– Собирайте вещи, и на выход! – приказал он.

Вероника так опешила, что застыла и не двигалась.

– Ну, быстрее! – с угрозой в голосе сказал полувоенный мужик.

Она очнулась и стала впопыхах бросать в чемодан все, что попадало под руку. Аня не отходила от нее ни на шаг, иногда косясь в сторону двери. Наконец все вещи были внутри, и она с трудом, сев на чемодан, закрыла его. Мужик без эмоций наблюдал за ее операциями, стоя у двери.

Вероника выпрямилась и в упор взглянула на стоящего у двери мужика. Первоначальная растерянность прошла, и она была готова идти куда угодно, только бы выбраться из ненавистной ей комнаты.

– За мной! – опять приказал мужик и пошел первым.

За ним – она, катя за собой чемодан на колесиках. Другой рукой крепко сжимала руку Ани. На плече сумка. Замыкали шествие двое в полувоенной форме с закатанными рукавами.

На улице в глаза ударило яркое солнце, и кожу согрел горячий воздух. Сидя взаперти в помещении с кондиционированным воздухом и с замазанными белой краской окнами, она просто забыла, что был разгар лета. Вероника взглянула на себя и только тут поняла, что так хотелось побыстрее убраться из заточения, что выскочила на улицу в шлепанцах и в домашней одежде. Подумала, что в машине и так сойдет.

Процессия проследовала мимо обшарпанного памятника Ленину в сторону ворот.

«Почему машина не заехала внутрь?» – подумала она.

Потом решила, что, наверное, вызвали такси и ему запрещен въезд на предприятие.

Прошли здание проходной, и она с дочкой оказалась снаружи. Там была разбитая дорога, чахлая, покрытая пылью растительность и больше ничего. Палило солнце.

Она вернулась к проходной и подергала ручку двери. Она была заперта. Их просто выкинули с предприятия.

«Ну, Антон Ильич! Ты мне за это еще ответишь».

Подхватила Аню за руку и двинулась в сторону основной дороги. Идти было трудно из-за колдобин и чемодана, который норовил перевернуться, и еще надо было придерживать дочку. Метров через сто остановились, и она достала из чемодана пару маек, которые накинула на головы. Жара была нестерпимой. Мимо проехал грузовик, обдав их столбом пыли, и Аня стала протирать глаза.

– Скоро? – спросила дочка.

– Потерпи! Скоро, – заверила она, и они двинулись дальше.

Дорога казалось бесконечной. Навстречу попался еще один грузовик, и они предусмотрительно отошли в сторону, однако и это не спасло их от пыли. Но асфальтированная дорога, с которой они съезжали в сторону завода, все же медленно приближалась. Там Вероника надеялась остановить машину, чтобы доехать до Москвы.

Когда они были уже рядом, с ними поравнялся небольшой открытый грузовичок, из которого высунулся парень.

– Куда путь держим?

Она подумала, что готова ехать даже на таком транспорте, как этот, лишь бы быстрее. Жара становилась нестерпимой.

– Нам надо в Москву.

– Всем надо в Москву.

И парень уже выходил из кабины. Бесцеремонно взял у нее из рук чемодан и, размахнувшись, зашвырнул в кузов.

«А как мы поедем? – подумала она. – В кабине еще и шофер».

В это время парень вдруг рванул на себя ее сумку. Она вцепилась одной рукой и не выпустила. Сильный удар в скулу на секунду отключил ее, и она очнулась, сидя на земле. Парень уже заскакивал в кабину с ее сумкой, и грузовик рванул с места.