Чтение онлайн

– Передняя стойка. Потом с ней разберусь!

Упрямый женский голос продолжал напевать:

– Внимание, штопор! Активируйте систему автоматического катапультирования!

– Ну, уж нет! – зло прорычал Сергей.

На высоте 5000 метров ручка управления обрела обратную связь. Сергей стабилизировал вращение и начал приподнимать нос. Рукоять дросселя вновь проскочила форсажную метку. «Фристайл», до этого безвольно валившийся в океан, вновь заревел реактивными двигателями и преодолел инерцию неуправляемого падения.

Вернув полный контроль над машиной, Соколов перевел истребитель в горизонтальный полет. Стрелка альтиметра застыла на отметке в 1200 метров. Под крыльями «Яка» потянулась седая поверхность Атлантики, испещренная гребнями ледяных волн. Сергею показалось, что океан был недоволен чудесным спасением «Фристайла». Слишком уж сильным был ветер, сбивающий пену с гребней титанических волн.

Деактивировав излишнюю механизацию крыльев, Сергей повторил выпуск шасси. Автоматика посадочной системы сработала идеально.

Разобравшись с бортовыми системами самолета, полковник посмотрел на дисплей МФУ. Экран РЛС мерцал мириадами ярко-зеленых точек. Вокруг «Фристайла» плотность «зеленого» поля была относительно низка, у краев экрана точки «слипались» друг с другом.

– Красный-3, цель видишь?

– Вижу, – с готовностью отозвался Матвиенко. – Уходит от нас в сторону океана. Скорость 1,7 маха. Видимо, удирает на форсаже. Пустим вдогонку ракету?

Сергей оценил запас оставшегося топлива. Баки машины опустели на 80 процентов.

– Отбой, Красный-3! Прекращаем преследование и ложимся на обратный курс!

– Принято, Красный-лидер!

В голосе подполковника слышалась отчетливая досада.

Командирская машина завалилась на правое крыло. Перед глазами Сергея потянулась розоватая полоска далекого горизонта. Стрелка-вектор, указывающая курс на дружественную ВПП, скользнула по виртуальному компасу и поползла к центральной части экрана. Когда она совпала с маркером текущего положения, полковник стабилизировал машину.

Николаевский «Фристайл» повторил маневр командира и цепко «завис» на хвосте. Отыскав ведомого взглядом, Сергей запросил разрешение на посадку.

В наушниках шлема послышался голос девушки-диспетчера:

– Заря-1, это Лена, я проложила обратный курс. Рекомендую включить лазерную систему посадки.

– Это Заря-1, подтверждаю возвращение. Кто остается в воздухе?

– Вам на смену вылетает Синее звено!

– Что случилось с «Галактикой»?

Диспетчер на мгновение запнулась:

– Мы потеряли машину. В океане ведутся поисково-спасательные работы.

– Эскадрилья прикрытия?

– Четыре машины сбито. Информации о пилотах нет. Противник потерял три беспилотных летательных аппарата.

– Спасибо за информацию, Лена. Конец связи!

– Заходите на первую ВПП!

Услышав отчет о потерях, Матвиенко устало прошептал:

– Красный-лидер! Мы ведь не с «Молниями» сражались, это были «Рапторы».

– Не уверен, Красный-3! – отозвался Сергей. – «Рапторы» всегда сражаются на больших дистанциях. Наши противники, наоборот, лезли в рукопашный бой.

– Похоже, мы встретились с новой машиной САСШ.

– Вероятнее всего. Узнаем точно, если вертолетчики выловят из воды катапультировавшихся пилотов.

Матвиенко мысленно переварил ответ, а потом протянул:

– Сергей, твой «Як» снова сорвался в вертикальный штопор? Опять на форсаже?

– К сожалению, – без всякого удовольствия отозвался Соколов. – С ним надо быть поосторожнее!

– Учту. Доберемся до базы, посмотрим на реакцию бортовых самописцев.

Обогнув четвертую контрольную точку, «Фристайлы» поднялись над верхним слоем перистых облаков и достигли высоты 10 000 метров. Под фюзеляжем сверхзвуковых машин потянулись впечатляющие воздушные башни, сотканные из микроскопических кристалликов холодной воды.

Преодолев снежный фронт, «Яки» оказались в зоне советской ПВО. Не прошло и минуты, как в наушниках Сергея послышался деловой голос Дженнифер Гловер:

– Красный-1, это Синий-1! Начинаем патруль!

– Принято, Дженнифер! Внимательно смотрите по сторонам!

– Спасибо, командир, удачной посадки!

Сергей улыбнулся и щелкнул тумблером бортовой ЛСП [18]. ЭВМ «Фристайла» спроецировала на фонарь кабины пространственно-протяженные лучи, связанные с лазерной системой посадки. Соколов изучил форму изображения и определил текущее положение самолета. «Як» шел немного выше и левее оптимальной глиссады.

Для уверенной посадки на 3-ю ВПП требовалась курсовая коррекция. «Фристайл» сбросил скорость до 500 километров час и вошел в активный светоскоростной коридор [19].

Воздушная база «Граф Бернадотт». Ангары «Красной звезды»

23 марта 2036 года. 9:15

Дожидаясь рапорта Соколова, Никонов нервничал и короткими затяжками курил сигарету. Взгляд генерала скользил по серебристому фюзеляжу «Фристайла», а потом возвращался к циферблату наручных часов. Секунды драгоценного времени уносились прочь, сигарета тлела на ветру, а генерал не находил себе места, мысленно торопил полковника.

Наконец фонарь «Фристайла» поехал вверх. Сергей выбрался из узкой кабины и спустился по стальной лесенке на бетонное покрытие аэродрома.

Бросив сигарету в снег, генерал подошел к Соколову и протянул полковнику руку.

– Поздравляю с победой! Визуальный контакт был?

– К сожалению, нет, – разочарованно отозвался Сергей. – Подобраться к противнику не удалось.

Генерал тяжело вздохнул.

– Норвежцы, сумевшие выбраться из переделки, уверены, что им противостояли F-22. Командир «Викингов» – Олаф Халворсен по возвращении заявил, что вел бой с машинами «Черной эскадрильи».