Чтение онлайн

— «Да, Федор Михайлович», — подумал Николай, — «крепко вы зацепили этого человека, моего сопровождающего сержанта». — «Какой же вы Мастер, знаток человеческих душ».

Николай, угревшийся, и разомлевший в теплом вагоне, опять начал дремать, но через некоторое время его пошевелил за плечо сидящий рядом сержант. — Скоро будет большая станция, — сказал он, — можно будет выйти погулять, размяться.

Николай так и сделал, надев свою потрепанную шинель и подаренную буденовку, в которой было значительно теплее, чем в пилотке. Их поезд остановился у широкого перрона, у противоположной стороны которого стоял подошедший ранее другой пассажирский поезд. К его удивлению, на перроне было несколько работающих киосков, в которых продавались газеты, журналы и «Товары в дорогу». И вообще, здесь, в этом городе, отгремевшая война чувствовалась не так сильно, как в Москве, хотя по перрону ходил вооруженный патруль.

Он неторопливо прошелся мимо киосков, засунув руки в карманы, где его рука наткнулась на какие-то бумаги. Он их вытащил и это оказались деньги, которые он вчера получил в Финчасти Наркомата, о которых совершенно забыл, так как с момента поступления в армию от денег совсем отвык. И, не раздумывая, купил журналы «Огонек», «Крокодил», несколько вчерашних газет, и еще зубную щетку и зубной порошок, чему очень обрадовался, так как не помнил, когда в последний раз чистил зубы.

Поезд уже отошел от перрона и начал набирать ход, когда в их купе ввалился мужчина среднего возраста в пижаме. — Фу, чуть не опоздал, почему-то время стоянки сократили, — сказал он, и уселся на полку рядом с мальчиком.

Отдышавшись, мужчина повернулся к мальчику: — Здравствуйте, молодой человек!

— Здравствуйте, дяденька.

— Скажи, пожалуйста, тебе удобно здесь сидеть?

— Да, дяденька, нормально.

— То есть, ты считаешь, что занимать чужое место — это нормально? И, кстати, куда ты дел мой чемоданчик?

— Гражданин, — отец мальчика оторвался от своих бумаг, — вы чего-то путаете, мы вашего места не занимали, и вас, и вашего чемоданчика здесь никогда не было.

— Да как же так? Это мое место номер 22, и вот здесь стоял мой чемоданчик. И стоило мне отойти, чтобы купить газеты, как вы мое место заняли.

— Товарищ, — отец мальчика внимательно посмотрел на человека в пижаме, — вам, наверно, это все приснилось, мы с сыном заняли эти места с самого начала движения, а вас видим в первый раз.

— А вы товарищи? — человек недоуменно повернулся к сержанту и Николаю. — Вы когда заняли эти места?

— С самого начала движения, в Москве.

— Как в Москве? Ведь мы едем в Москву, а не из Москвы.

— Эх, товарищ, товарищ! — рассмеялся сержант. — Да вы просто сели не в тот поезд. И поезд московский, и вагон ваш, и место совпадает, да только едем мы в другую сторону.

— О, боже! — воскликнул человек, схватившись за голову. — Что же я натворил, и как мне теперь быть, у меня же там одежда, пальто, шапка, как же зимой без одежды, и самое главное — мои материалы.

— Материалы? — неожиданно заинтересовался отец мальчика. — Вы подразумеваете ткани — отрезы или образцы?

— Нет, нет, какие ткани, это мои записные книжки. Я, видите ли, корреспондент газеты «Красная Звезда». Я собирал материалы о трудовых подвигах наших людей, я в дороге уже две недели и у меня от этих постоянных переездов голова кругом пошла, вот я и перепутал поезд. Что же теперь будет! Две недели псу под хвост за казенный счет! Уволят без выходного пособия, да и черт бы с ним! Материалы уж очень интересные…

— Товарищ проводник! — окликнул проходившего мимо проводника сержант. — Тут у нас лишний пассажир образовался.

— Что заяц, без билета?

— Нет, я случайно не в тот поезд сел. Я ехал в Москву, заторопился у киоска с газетами, смотрю, поезд начал трогаться, ну и побежал в вагон. И как же мне теперь быть?

— Да ничего страшного, не вы первый, не вы последний, такое бывает. Сейчас мы все организуем. Нужно составить список ваших вещей, я передам его начальнику поезда, и он сделает все как надо, определит на какой станции вас нужно высадить, чтобы вас посадили на встречный поезд. А насчет вещей не беспокойтесь, их список передадут телеграфом по линии, вещи с вашего поезда снимут, и передадут вам, когда вы доедете до нужной станции.

Проводник сделал пару шагов по направлению к своему месту, но затем вернулся: — Товарищи, у вас не найдется листочка бумаги, чтобы составить список?

— Вот, пожалуйста! — отец мальчика протянул листок бумаги и карандаш.

Проводник быстро составил список, выясняя у корреспондента не только названия вещей, но и их признаки. Наверное, он делал это не в первый раз, как заметил Николай.

— А вы, товарищ корреспондент, посидите пока здесь, я думаю, часа полтора-два, если граждане не возражают.

— Нет, не возражаем! — первым ответил за всех мальчик. — А про какие трудовые подвиги вы говорили, дяденька корреспондент? Это как про Стаханова?

— Нет, не совсем так. Видишь ли, Стаханов был своего рода маяком, на которого призывали равняться, но он действовал в рамках своих сил, правильно организуя свою работу. А я говорил о людях, которые действуют на пределе своих сил, а то и перекрывая этот предел. Ты это понимаешь?

— Да, понимаю.

— Так вот, я встречался с подростками 14-15 лет, которые работают на металлорежущих станках, и девочками, но те были постарше, с женщинами-сталеварами. Представляешь, такая работа даже не каждому мужчине по плечу, а они отдавали все свои силы.

— Или вот такой случай, — продолжил корреспондент. — Саша Посохов, 14-ти лет, работавший на токарном станке, заметил, что девушка у соседнего станка начала засыпать, просто стоя, и у нее из-под косынки начала вываливаться коса, которая вот-вот упадет на переднюю, вращающуюся бабку станка. Он крикнул, но из-за шума станков девушка его не слышала, и тогда он стремглав бросился к ней, запнулся, и в падении отбросил и косу и саму девушку, но его рука попала под резец, и ему отчекрыжило фалангу среднего пальца. Он так и сказал мне — «отчекрыжило», но девушку он спас от верной смерти.

— Ох, ничего себе! Совсем чик-чик? Больно же…

— Конечно, больно. И ты знаешь, я не утерпел, и передал краткую заметку об этом случае в редакцию, по телефону, но сотрудница, которая записывала, никогда не слышала этого слова «отчекрыжило», и не хотела записывать, сказав, что это нелитературное слово. Но я настоял, и пришлось передавать его «по буквам». Да, вот же газета, — корреспондент развернул газету «Красная Звезда», — а вот и моя заметка, посмотри.

— О, здорово, и «отчекрыжило». А как это, по буквам?

— Очень просто — заменяешь букву широко известным именем, и так, буква за буквой. Это слово я передал так: Ольга, Татьяна, и так далее…

— А как «Ч» и «Ы»?

— Ну, ты жук, парень, все сразу понял. Да, с ними небольшие проблемки, но они легко решаются. Букву «Ч» я передал, как «Чехов», а «Ы» — Еры.

— А что такое «Еры»?

— Так в старом алфавите называлась буква «Ы».

— Понятно, спасибо. А я, дядя корреспондент, догадался, почему Великобритания так называется, — мальчик рассказал свою версию, и оба дружно рассмеялись.