Чтение онлайн

— «Рассказать, что-ли о том, как я танки из этой штуки подбивал?» — подумал Николай.

— «Не нужно, пусть все идет, как идет», — снова, как в прошлый раз возник в голове голос капитана Неустроева.

— «Они же мне не верят, товарищ капитан».

— «Ничего, поверят, как миленькие. Давай, закругляйся».

И Николай «закруглился».

— Хорошо, спасибо, — подвел итог Иван Антонович, и слушатели, а это были все сотрудники КБ, разошлись по своим местам.

Николай уселся за свой стол, чувствуя себя не в своей тарелке, и обдумывая реакцию сотрудников КБ, которые не поняли основной идеи, так как он ее опустил, исходя из указания — «не разглашать секрет». — «Парадокс — разрабатывать оружие, не доверяя разработчикам основного секрета, это же просто невозможно. Плюну я завтра на этот запрет».

Утром Николай безбожно проспал, так как сказалась разница во времени, и наскоро позавтракав в столовой, где уже никого не было, потихоньку прошел на свое рабочее место. Его никто не заметил, а собравшиеся вокруг Иван Антонович сотрудники горячо обсуждали создавшееся положение.

— Этот парень — чей-то ставленник, хочет на чужих плечах, как говорится, въехать в рай, — прозвучал незнакомый голос. — Понятное дело, мы тут что-то спроектируем, какую-то ерунду, никому ненужную, а будет представлено как оружие победы, вот и все дела, а кому-то почести.

— Ну, не скажите Николай Петрович, — послышался рассудительный голос Ивана Антоновича. — Согласитесь, что идея доставки снаряда к цели с помощью реактивной мины является просто гениальный. Сами посудите — солдат несет на своем плече целое артиллерийское орудие, вот только с самим зарядом не совсем понятно, тут надо разбираться.

Николай потихоньку прокрался к входной двери, хлопнул ей, и подошел к беседующей группе. — Доброе утро! А я все проспал, извините… разница во времени с Москвой. Да, вчера я не рассказал вам об одной, важной вещи. Пойдемте к доске.

— Речь пойдет о гиперболоиде инженера Гарина, наверное, все читали эту интересную фантастику Алексея Толстого. Да, не удивляйтесь, мы поговорим о гиперболоиде, так как он является прототипом нужного нам оружия. Николай нарисовал разрез гиперболоида, показав стрелками направление теплового луча. — Идея, как видите, очень интересная, но нереализуемая. Я сделал расчеты и пришел к выводу, что не существует такого источника тепла, который мог бы создать разрушительный луч, и, казалось бы, что на этой идее нужно поставить крест. Но это не так. Давайте, изменим конструкцию гиперболоида — уберем источник тепла из фокуса, а само зеркало сделаем из тротила. И что же мы получим?

Повисла тишина, затем Иван Антонович хлопнул себя по лбу, вскочил со своего места, и, чуть не вырвав мел из руки Николая, изменил направление стрелок на чертеже, оставив неизменным результирующий луч. — Вот это да! — воскликнул он. — Вот это идея! Ну, товарищ Исаев, я просто поражен, какой же вы молодец!

— Да это не я, это писатель Алексей Толстой.

В это время на столе у Зои громко и протяжно зазвонил телефон. — Алло, слушаю — ответила Зоя. — Нет, здесь таких нет, вы ошиблись. Как? Должен быть товарищ Исаев? Да, есть новичок, только вчера прибыл. Ой! — Зоя прикрыла трубку ладошкой. — Исаев, вас вызывает товарищ Сталин. Может такое быть?

— Может, — ответил Николай, отходя от доски. — «Неужели он сейчас спросит — готова ли конструкция?» — в ужасе подумал он.

— Да, слушаю, Исаев.

— Николай Павлович?

— Да, это я.

— Сейчас будете говорить с товарищем Сталиным. Вам приходилось с ним общаться ранее?

— Да, приходилось.

— Тем не менее, я вам напомню — не перебивайте и не задавайте вопросов, пока вас не спросят, а сейчас не отвлекайтесь, вас воссоединят.

Ждать пришлось недолго, и в трубке послышался знакомый глуховатый голос: — Здравствуйте, товарищ Исаев!

— Здравствуйте, товарищ Сталин!

В помещении установилась абсолютная тишина, работники слышали только голос Исаева, догадываясь о том, что говорят на противоположном конце канала.

— Да, доехали нормально, спасибо…

— С коллективом познакомился, коллектив хороший…

— Да к работе приступаем, я сейчас как раз рассказывал о конструкции гиперболоида…

— Да, спасибо, мы сделаем все возможное…

— До свидания, товарищ Сталин!

— Ну и дела! — выдохнул Иван Антонович, нарушив тишину. — Придется нам постараться, пошли со мной, товарищ Исаев, распределим работу меж…

— Послушайте, прекратите этот официоз, ну, пожалуйста, — перебил его Николай. — Называйте меня по имени, очень прошу!

— А можно Колей, по-простому? — решила уточнить Зоя.

— Можно, так даже лучше. Так меня мама называет.

Иван Антонович, при участии Николая, быстро разделил составные части нового оружия по конструкторам, благо накануне вечером Николай набросал эскизы деталей на отдельных листочках в тетради, которую он прихватил с собой в общежитие. Себе Иван Антонович оставил самую сложную часть — реактивный двигатель гранаты.

У Николая образовалось свободное время, и он познакомился с двумя девушками-чертежницами, которым в данный момент также было нечего делать. Они представились Валей и Галей, покалякали о том, о сем, и рассказали ему о существующих в КБ правилах и традициях.

Однако это время вынужденного досуга оказалось совсем недолгим. Первым к Николаю подошел конструктор, которому было поручено проектирование спускового устройства.

— Послушайте, Николай, а нужно ли делать ручку к спусковому крючку? Я прикинул разные варианты, ручка из металла будет существенно увеличивать вес оружия. Может быть, сделать как у винтовки, без ручки?

— Нет, так не пойдет, потому что у винтовки стрелок берется за цевье, а у гранатомета его нет. Может быть, сделать ее из дерева твердых пород?

— Из дерева? — удивился проектировщик.

— А почему бы и нет? Просто, как приклад у винтовки или автомата.

— Хорошо, из дерева. Круглую?

— Нет, круглая не пойдет, ручка должна быть ухватистой, как у нагана, и негладкой, чтобы рука не скользила.

— Отлично, так я и сделаю.

И, таким образом, один за другим, почти все проектировщики совещались с Николаем, и он давал на все вопросы исчерпывающие ответы. Правда, в одном случае им пришлось посоветоваться с Иваном Антоновичем, и хорошее решение было быстро найдено.

К середине следующего дня все чертежи были готовы, и Николай полагал, что их можно передавать в производство. Но ничего подобного не произошло, так как Иван Антонович устроил коллективное обсуждение чертежей. Каждый конструктор вывешивал свой чертеж, и рассказывал о принятых технических решениях, поясняя, почему именно такие решения были приняты.

И Николай сразу оценил полезность такого мероприятия, так как в некоторые чертежи, после коллективного обсуждения, были внесены определенные коррекции. В конечном счете, все чертежи были упакованы в объемный тубус и Иван Антонович с Николаем отправились в соседний корпус.