Чтение онлайн

В прежнее время значительная часть двора этой мечети была занята Сахавлар-чарши (Книжным базаром) — одним из самых древних в мире. Он располагался на том месте, где еще во времена Византийской империи торговали книгами и бумагой. После завоевания Константинополя его захватили тюрбанщики и гравировщики по металлу, но в начале XVII в. из «Крытого рынка» сюда вновь стали переселяться книготорговцы. Во второй половине XVIII в., когда в Османской империи было разрешено книгопечатание, торговцы книгами заняли почти всю территорию двора.

Перед мечетью раскинулась площадь Баязида, окруженная новыми зданиями. Сюда по пятницам приходили толпы стамбульцев, усаживались на корточки возле пышного фонтана, грызли засахаренные орешки и в приятном ничегонеделании проводили долгий праздничный досуг. А в уютном мраморном дворике мечети, в будках из тонкой дранки, пропахших снадобьями и ароматическими маслами, колдовали фалджи — мастера толкований и знахарства.

В этих гадательных лавочках на дворе мечети родились гениальнейшие турецкие поэты XVI в., да и сама поэзия выросла, можно сказать, из искусства толкования снов и раскладывания пасьянсов на рассыпанном песке. Первым критиком, лириком и отцом романтической поэмы был Эйваз Зати, которого по праву можно назвать «Карамзиным турецкой литературы». Родился он в небольшом малоазийском городке Балыккиссире в семье сапожника. Сначала, как и отец, он тачал чувяки, а потом ушел за счастьем в Стамбул. Здесь он поднес панегирик султану Баязиду II и быстро получил его благосклонность. Был Зати некрасив и глух, к тому же любил выпить, поэтому придворным поэтом он не стал. И тогда открыл он во дворе мечети гадательную лавочку, которая быстро сделалась своего рода литературным клубом. Сюда стали приходить начинающие авторы, чтобы представить на суд Зати свои стихи. Тот делал замечания и даже, по просьбе самих молодых поэтов, поправлял их произведения. А потом, ничуть не стесняясь, пускал их в ход как свои собственные. Случалось, что молодые поэты протестовали, но, к чести Зати, следует сказать, что своих лучших учеников он все же выводил в люди. В их числе были Маххамед Фезли, Хыяли (будущий придворный поэт) и сын муэдзина Баки — автор бессмертных касид и газелей.

При мечети есть основанная султаном Баязидом II библиотека, которая раньше считалась самой большой в Стамбуле. В настоящее время это богатейшее собрание бесценных рукописей по всем отраслям знаний разместилось в отдельном современном здании.

В саду позади мечети находится гробница султана Баязида II, скончавшегося в 1512 г., но строилась она уже при султане Селиме I.

На дверях мечети, отделанных искусной резьбой, позолоченными буквами сделана следующая надпись:

Возведение этой мечети, сооружавшейся в память султана Селима I по повелению Сулеймана Великолепного, было закончено в 1525 г. Разместившаяся на вершине пятого холма Стамбула и своими размерами господствующая теперь над окружающими постройками, она особенно хорошо видна со стороны бухты Золотой Рог.

Мечеть эта является одной из первых построек архитектора Синана (ученика Хайреддина) и потому имеет некоторое сходство с мечетью Баязида II.

Во двор мечети, окруженный крытой галереей с 18-ю колоннами, ведут три двери. В центре двора расположен фонтан для омовений и растут несколько кипарисов.

В плане мечеть султана Селима I представляет собой квадрат; большой купол ее покоится на арках, образующих боковые стены. Внутренняя отделка мечети проста и оттого очень трогательна — в ней нет ни колонн, ни аркад, ни редких камней. Только двери, михраб [61] и мин-бар (трибуна для проповедника) отделаны с большим мастерством и богато украшены да стрельчатые окна украшены цветными витражами.

Около мечети стоят несколько тюрбе с куполами, покрытыми свинцовыми пластинками. К тюрбе султана Селима I ведет крытая колоннада, внутри стены его украшены майоликовым панно.

По свидетельствам историков, султан Селим I был человеком жестоким, и вместе с тем — поэтом и живописцем. Вопреки запрету Пророка Мухаммеда изображать живые существа, он рисовал человеческие фигуры и изображал на картинах свои сражения. Как поэт он сочинил эпитафию, которая до сих пор уцелела на его гробнице: «Здесь покоится Селим, гроза живых и мертвых. При жизни я завоевал землю, и по смерти стремлюсь еще на сражения. Но гроб содержит только тело мое, покрытое ранами; дух мой парит, ища новых битв». Султан вполне заслуживает такой эпитафии. За годы своего правления (1512—1520) он успел завоевать Сирию, Палестину, Аравию и Египет.

Селим был младшим сыном султана Баязида II, а из-за своего задиристого нрава еще и самым нелюбимым. После смерти отца власть должна была перейти к его брату Ахмету, самого же Селима ждала удавка. Но его жена Хафса (дочь крымского хана Менгли-Гирея) выпросила у отца помощь для мужа. Татарские всадники, поддерживаемые янычарами, ударили по Стамбулу и вынудили Ахмета к бегству. Старый султан Баязид II, изнуренный недугами, должен был уступить власть своему младшему сыну. Через месяц, по приказу Селима I, он был отравлен.

Новый султан повелел привести племянников (сыновей своих ранее умерших братьев) и задушить их во дворце у себя на глазах. Брат Ахмет, захваченный в плен вместе со своими сыновьями, тоже был задушен. Придворный астролог предрек султану, что, когда тот умрет, на его теле будет столько кровавых знаков, скольких своих братьев и племянников он убил. «Зато приятнее властвовать, не имея соперников», — ответил Селим и повелел задушить астролога. За восемь лет своего царствования он казнил семь своих великих визирей. В народе даже сложилась поговорка: «Чтоб тебе быть визирем у султана Селима».

Архитектурными шедеврами Османской империи стали тринадцать великих мечетей, и среди них — Сулеймание-джами, построенная по повелению Сулеймана Великолепного. С именем этого султана связан период величия и расцвета Османской империи. Свои походы он распространил на всю Венгрию, осадил Вену, удачно воевал с Персией; турецкий флот господствовал при султане Сулеймане на морях вплоть до Испании и Индийского океана. Он покровительствовал архитектору Каджи Синану, который прославил свое искусство и правление Сулеймана множеством мечетей, возведенных во всех концах империи, сотней часовен, дворцов и мостов. Для султана Сулеймана Великолепного архитектор Синаи и возвел мечеть, считающуюся одной из красивейших в Стамбуле. Возводилась она из материалов храма Святой Евфимии Халкидонской на территории самого древнего султанского дворца, который до наших дней не сохранился.

Сооружение мечети (размеры ее составляют 69 х 63 м) продолжалось целых семь лет и закончилось только в 1557 г. Султан хотел, чтобы возводимая мечеть стала своеобразным памятником его великолепного правления, поэтому был очень недоволен сильно затянувшимся строительством. Есть сведения, что он не раз давал понять архитектору Синану, что тот рискует закончить свои дни, как зодчий Аяз, которого султан Мехмед II казнил за слишком медленное возведение одного из зданий. Был даже момент, когда султан Сулейман решил вообще прервать возведение мечети, но тут на помощь пришел, как это нередко бывает, «его величество случай». У известного турецкого историка и писателя Э. Челеби об этом рассказано так: