Чтение онлайн

12. Политическая социология Европы после экспансии

339

ской Европы. История распространения жизнеспособных новых моделей в XII—XIII веках является одновременно историей того, как отдельные цивилизации и социумы из множества существовавших в Средние века добивались превосходства над другими.

Нельзя сказать, чтобы этот процесс культурной диффузии и ассимиляции протекал абсолютно гладко и беспрепятственно. Он не только встречал сопротивление, но и вызывал определенное напряжение. Если франкские рыцари и католические священники несли свои культурные и социальные идеалы и привычки в разные регионы мира, то не было недостатка и в противодействии со стороны местных культур. Существовало и культурное сопротивление, и культурная ассимиляция. Для многих завоевания и экспансионистские движения Высокого Средневековья означали потерю, боль и трагедию. «Как? Разве не они запятнали нас бесчестьем? — восклицал исламский поэт Ибн Хамдис Сицилийский. — Разве не эти христианские руки превратили мечети в церкви…? Я вижу свою родину поруганной латинянами — ту, что была столь славна и горделива под властью моего народа» 32. Валлийскому клирику Риги-фарку, свидетелю нормандского завоевания Южного Уэльса в конце XI века, принадлежат похожие строки:

«Народ и пастырь обесчещены

Словом, душой и делами французов.

Они взваливают на нас бремя дани, присваивают наше добро.

При всей низости, из них один способен приказами своими

Повергнуть разом в дрожь туземцев сотню,

И взором навести ужасный трепет.

Мы уничтожены, увы, безмерно наше горе!»33

Коренные народы, подвергшиеся насилию со стороны католической военной аристократии, не только предавались горестям. Иногда сила реакции со стороны коренного общества была такова, что позволяла создавать жизнеспособные государства, выковывавшиеся в самом процессе сопротивления. Литовское государство появилось в ответ на немецкую угрозу и оказалось настолько жизнеспособным, что пережило даже Орденштат и к концу Средневековья стало господствовать в Восточной Европе. Перед лицом угрозы немецких рыцарей на Балтике, язычники-литовцы предприняли ответные действия не только в виде ожесточенного военного сопротивления, но и создав более централизованную государственную структуру с унитарной династийной системой правления. Рождение этого динамичного и экспансионистского по природе политического образования было тесно связано с открытой пропагандой исконной религиозной традиции. Некоторые исследователи даже склонны считать это государство язычников крупнейшим в Европе середины XIV века. Причем государство это вовсе не было вчерашним днем: например, военные орудия в нем были не менее передовые,

340

Роберт Бартлетт. Становление Европы

чем в других армиях. Литовские боги были старые, а литовские пушки — вполне новые34.

В других регионах реакция коренного населения была если и не столь яростной, но не менее упорной. В таких странах, как Ирландия, где завоеватели оказались неспособны установить неоспоримое господство, сложилась непростая ситуация: завоевание части страны вызывало сильное сопротивление автохтонных правителей, однако полностью вытеснить агрессора им было не под силу. Местные правители севера и запада острова в кульминационный период англо-нормандской колонизации сохраняли автономию, а затем, с конца XIII века, начали теснить власть англичан. В XIV—XV веках ассимиляция изменила направление на противоположное: началась «кельтизация» английского населения Ирландии, к ужасу колониальных правителей. В «полупокоренном» государстве Ирландия взаимные заимствования протекали как в военной, так и в культурной сферах. К XV веку ирландцы уже возводили каменные замки, зато у многих англо-нормандцев, как ни странно, рвения поубавилось35.

В Испании покоренные мусульмане, мудехары, обычно покорялись новой власти лишь на том условии, что им будет предоставле -на свобода совершать свои религиозные обряды и независимость судопроизводства. В некоторых городах имели место массовые депортации, а главные мечети были превращены в соборы. Но вплоть до эпохи Колумба там сохранялись значительные общины мусульманского меньшинства — пусть даже они все больше говорили по-испански и носили христианские имена. Это мусульманское меньшинство и в христианских государствах Запада продолжало отправление своего культа. Мусульмане были отстранены от участия в политическом управлении государством и ущемлены в социальном и правовом отношении, но несмотря ни на что эти общины сохранились.

Литва, Ирландия, мудехары. Самые отдаленные окраины Европы переживали процессы гомогенизации и поляризации. Те же самые силы, что влекли англичан, померан или датчан к более единообразной цивилизационной модели, на дальних окраинах могли становиться причиной появления более явных культурных водоразделов. К XIV веку обширная часть Европы, включая Англию, Францию, Германию, Скандинавию, Северную Италию и Испанию, обрела относительно высокую степень культурной однородности. В то же время для периферийных областей повсюду было характерно смешение разных, зачастую противоборствующих языков, культур, а иногда и религий. Повсеместно в этих приграничных областях межнациональные отношения играли роль, которая была немыслимой для более однородных в культурном отношении центральных областей. И это не были отношения равных этнических групп: это было господство и подчинение, владычество и сопротивление.

Это книга о том, как тот же процесс, в ходе которого в Европе сформировалась и утвердилась единая цивилизационная модель,

12. Политическая социология Европы после экспансии

341

привел к образованию по периферии континента пояса разобщенных в языковом и этническом отношении социумов. Формирование все более гомогенной цивилизации параллельно с окончательным культурным размежеванием наверняка хорошо знакомо тем, кто занимается исследованиями более поздней истории, включая современность. Есть здесь и связующая нить. Уже было достаточно убедительно показано, что мировоззрение и институты европейского национализма и колониализма зародились в средневековом обществе: завоеватели Мексики были знакомы с проблемой мудехаров, а колонизаторы Вирджинии имели опыт покорения Ирландии.

Нет сомнения, что католические общества Европы еще до 1492 года имели богатый опыт колониальных кампании. Они были знакомы с проблемами и перспективами заселения новых территорий, они уже сталкивались с проблемами, возникающими при взаимодействии народов с несхожими культурными традициями. Конеч -но, в их опыте еще не было таких драматичных, «как гром среди ясного неба», ситуаций, какими сопровождались контакты 1492 года, И в экологическом, и в историческом плане средневековый латинский мир тесно соприкасался и подчас служил продолжением соседних цивилизаций и социумов. Как бы то ни было, от Пиренейского полуострова на восток, через Средиземноморье, и на север — вплоть до Полярного круга широкой дугой шла граница католической Европы, граница, которая начиная с X века неустанно раздвигалась.

Завоевание, колонизация, христианизация. Механизмы освоения новых территорий, способность к сохранению культурной самобытности посредством нормативно-оформленных структур и поддержания национального мировоззрения, организационные задачи и перспективы развития — все это вынуждало оказывать сопротивление всему незнакомому и чуждому, подавлять это чуждое или сосуществовать с ним, будь то законы, религия, пушки или флот. Европейские христиане, совершавшие плавание к берегам Америки, Азии и Африки в XV и XVI веках, вышли из общества, которое уже являлось колонизаторским. Европа, зачинатель одного из главных мировых процессов завоевания, колонизации и преобразования цивилизационных моделей, одновременно и сама была продуктом этого процесса.

Сокращена^ использованные в Примечаниях и Библиографии

Примечания

АО

Helbig & Weinrich

Ausgewahlte Quellen zur deutschen Geschichte des Mittelalters

Helbig &

Weinrich Herbert Helbig and Lorenz Weinrich (eds.)r Urkunden und

erzahlende Quellen zur deutschen Ostsiedlung im Mittelalter

(AQ 26, 2 vols., Darmstadt, 1968-70)

J.-L. Regesta pontificum Romanorwn… ad annum… 1198,

ed. P. Jaffe, rev. S. Loewenfeld et a!. (2 vols., Leipzig, 18858)

Lacarra Jose Maria Lacarra (ed.), ‘Documentos para el estudio

de la reconquista у repoblacion del Valle del Ebro’, Estudios de Edad Media de la Corona de Aragon 2 (1946), pp. 469—574 (docs. 1—93), 3 (1947-8), pp. 499—727 (docs. 94—286), 5 (1952),j pp. 511—668 (docs. 287—400); repr. in 2 vols. Textes medievales 62—3 (Saragossa, 1982-3)

MF Mitteldeutsche Forschungen

MCH Monumenta Germaniae historica

MPH Monumenta Poloniae historica

n.s. new series, новые выпуски

PL Patrologiae, cursus completus, series latino,

ed. J.-P. Migne (221 vols., Paris, 1844-64)

Po. Regesta pontificum Romanorum inde ab annum…

1198 ad a. 1304, ed. A Potthast (2 vols., Berlin, 1874-5)

RHC.Occ. Recueit des historiens des croisades. Historiens occidentaux (5 vols., Paris, 1844-95)

RS Rerum Britannicarum Medii Aevi Scriptores (‘Rolls Series’)

(251 vols., London, 1858-96)

SRC Scriptores rerum Germanicarum in usum scholarum separatim