Чтение онлайн

Сейчас бы не опростоволоситься и высечь искру. Я так и не научилась делать это легко и непринужденно. Опустившись на землю и подобрав несколько сухих отрубленных богатырями веток, я принялась за дело. Руки тряслись и не хотели слушаться. Мало того что ситуация сама по себе нервная, так еще и богатыри норовили наступить на меня, пятясь назад.

Благодаря стрессоустойчивости и ясному пониманию, что если я не справлюсь, нам всем придет капут, мне все же удалось высечь искру. Когда над ветками заклубился дымок, я сложила руки ладошкой и принялась раздувать огонек. Наконец, ветка полыхнула и затрещала. Обрадованная, я запустила ее в дерево, с которым сражался Илья. Когда пламя весело охватило сухой ствол, я поняла, что сделала только хуже. Теперь богатырю приходилось биться с пылающей громадиной. Да уж! Помогла так помогла.

Дерево неистово вращало горящими ветвями в разные стороны, невольно помогая огню задорно перекидываться на соседние деревья.

Добрыня, почуяв запах гари, стал пробиваться вперед гораздо активнее.

По крайней мере, мое опрометчивое решение имело один положительный эффект. Мотивационный.

Теперь нам нужно было как можно быстрее выбраться из леса, чтобы не превратиться в гриль.

— Ты наколдовала пламя, Яга? — обвиняющим тоном произнес Илья.

— Я? А что я? Я ни при чем, — прикинулась валенком. — Что бы ни случилось, у вас всегда Яга виновата.

Огонь огненной белкой скакал с дерева на дерево, сухие кроны вспыхивали как спички. Теперь уже и Илья поспешил на помощь Добрыне.

Я подхватила с земли горящую головешку и подняв ее высоко над головой, заголосила:

— А ну, посторонись, деревяшки! Подпалю! Никого не пощажу!

А что? Хуже уже не будет. И так все паршиво.

Слабоумие и отвага иногда бывают заразительны. Богатыри последовали моему примеру.

И мы теперь неслись через лес, угрожая деревьям импровизированными факелами. Наверное, мы выглядели как придурки, но способ оказался действенным. Деревья боялись огня и расступались перед нами. Но если кто-то вдруг захочет сложить былину о том, как мы пробирались через лес, о правдивой истории я лучше умолчу.

Из леса-то мы выбрались, но оставили после себя зарево нешуточного пожара.

В общем, за наши подвиги, гринписовцы нас бы вздернули. Надеюсь, в окрестностях не проживает какой-нибудь аналог Греты Тунберг.

Сзади полыхал лес. Трещали деревья. Выли какие-то звери. Вверх поднимались клубы черного дыма. А перед нами раскинулась топь. Как далеко она простиралась, сказать было сложно. Вся она тонула в густом белом тумане. На бесцветном небе бледнело солнце. Казалось, что мы попали в черно-белый фильм, и только наша одежда выделялась яркими пятнами на общем линялом фоне.

Кот высунул голову из мешка и озирался вокруг.

— Что это за место? — шепнула ему тихо, чтоб богатыри не услышали. Проводник я или кто?

— Туманная пустошь, — не совсем уверенно ответил Баюн.

— Это ты сейчас придумал? Или наверняка знаешь?

— Сам я здесь не бывал, но истории про это место слыхал. А насколько правдивы они, мне неведомо.

— Все с тобой ясно. Слышал звон, да не знаешь где он. Ладно, давай ври дальше.

Баюн надулся:

— И ничего я не вру. За что купил, за то и продаю. Говорят, что здесь обитают души мертвых. Они пытаются забрать тех, кто их на тот свет отправил.

Ну, души, это фигня какая-то. Они же бесплотные. Будут летать туда-сюда. Главное, психику устойчивую иметь. А в нашей команде вроде бы истеричек нет.

— О чем перешептываетесь, Яга, — подозрительно спросил Добрыня.

— Да так, окрестности обсуждаем, — пожав плечами, ответила я.

— Это Туманная пустошь, Яга, — напряженно сказал Добрыня.

Вот дела! Выходит, никакая это не тайная информация. Все всё знают. Одна я не в курсе.

— Беречь тебя будем с Добрыней, — суровым тоном пообещал Илья. — Ты столько душ сгубила, что захотят они с тобой поквитаться.

Я сгубила? Да я максимум покупателей обманывала на распродажах. Вот уж не думаю, что кто-то из них от этого умер.

Как бы богатырей выручать не пришлось. Эти, как я поняла, убивают все, что движется.

— Давай, Яга, по старой схеме. Ты пойдешь между нами, чтобы не пришибли тебя ненароком. А то ты нам еще нужна. Все-таки ты нас худо-бедно, но провела в Мертвые земли.

Ну, спасибо за честность.

Двинулись в путь осторожно. Добрыня сразу меч обнажил и держал его наготове. Странный какой. Разве можно душу мечом рубить? Если начистоту, меня больше не души беспокоили, а чавкающая масса под ногами. Наступишь не туда — и засосет тебя трясина по самые уши.

Потому я старалась внимательно смотреть, куда Добрыня ступает.

Все-таки хорошо, что я им нужна, а то бы пустили первой, считай, в расход.

Шли мы так довольно долго. Я уже расслабилась, бдительность потеряла. Как вдруг сбоку что-то булькнуло. Подумала, что это болотный пузырь, но всё же обернулась в ту сторону, откуда звук раздался.

Из грязевой жижи тянулась вверх человеческая рука. Рядом с ней проклюнулась вторая...третья. И вскоре всё видимое пространство заполнил живой лес из рук.

— Баюн, — просипела я пропавшим от испуга голосом, — что это?

— Началось, — мрачно ответил кот и задрожал мелкой дрожью. — Души это загубленные.

— Какие-то они слишком... — свою мысль я не договорила, потому что из топи стали появляться и другие части тела. Некоторые «души» успели вытащить голову, другие вылезли по грудь. Эти товарищи больше были похожи на живых мертвецов, только свеженьких, не разложившихся или просто отлично сохранившихся.

— Ты гляди, одни знакомцы, — проворчал Илья. — Кочубей, Алтын, Наргиз.

Я посмотрела в ту сторону, откуда вылезали люди явно бандитской наружности.

— О, Идолище Поганое! — как-то особо радостно воскликнул Илья, тыча пальцем в очень толстого мужика в басурманской одежде.

— Добрыня, а почему твоих никого нет? — удивилась я.

— Потому что змееборец я. Гадов ползучих да драконов убиваю. А с людьми предпочитаю договариваться да на путь праведный наставлять.

— Дипломат, значит, — проворчала я. — Как жертва твоей дипломатии, замечу, что постоянная угроза убийством такой себе метод.

— Так ты и не людь, Яга. Ты случай особый. Мне интересно, когда твои жертвы на нас попрут? Что-то сидят пока спокойно, затихарились. Али ждут чего?

— Со своими разберитесь сначала, — проворчала я.

Однако меня порадовал факт, что жертвы моей предшественницы не спешили материализоваться. Иначе здесь выстроилась бы очередь из богатырей и простого люда, если судить по числу черепов на моем частоколе. Возможно, мертвяков заставляет пробуждаться не тело человека, их погубившего, а его душа или сознание.