Старый порядок и революция
Шрифт:
Правда, в монархии XVIII века строгостью отличалась лишь формальная сторона дела, на деле же наказания были всегда умеренными. Правительство предпочитало внушать страх, нежели причинять страдания. Точнее, произвола и насилия оно придерживалось в силу привычки и от безразличия, но по характеру своему было миролюбивым. Однако от этого только упрочивалась склонность к расправам без суда и следствия. Чем легче было наказание, тем проще забывался способ его наложения. Мягкость приговора заслоняла собой весь ужас процедуры.
Опираясь на факты, я осмелюсь утверждать, что значительное число методов, используемых революционным правительством,. имели прецеденты и прообразы в мерах, принимавшихся по отношению к простому народу на протяжении двух последних веков монархии. Старый порядок передал Революции многие из своих форм, а та дополнила их жестокостью своего гения. ( стр.152)
ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА
1. Каким образом английское судопроизводство доказывает, что политические институты могут заключать в себе множество второстепенных недостатков, что, однако, не препятствует достижении" основной цели, заложенной при их установлении. (к стр.140)
Способность наций к процветанию вопреки несовершенству второстепенных политических институтов при жизненности общих начал и общего духа, пронизывающего все учреждения, лучше всего проявилось в английской организации правосудия, описываемой Блэкстоном.
Здесь прежде всего бросаются в глаза два главных источника разнообразия:
1) многообразие законов,
2) многообразие судов, применяющих эти законы.
I. Многообразие законов.
1. Существуют различные законы, действующие собственно в Англии, в Шотландии, в Ирландии, в различных владениях Великобритании в Европе, каковыми являются, например, остров Мэн, Нормандские острова и т. д., и, наконец, законы, действующие в колониях.
2. Собственно в Англии различают 4 категории законов: обычное право, установления, римское право, правосудие. Обычное право, в свою очередь, подразделяется на общие обычаи, принятые во всем королевстве, и на обычаи, действующие в отдельных сеньориях, иногда даже употребляемые каким-либо одним классом: например, обычное право торговцев и проч. Эти обычаи подчас противоречат друг другу, как, например, идущий в разрез с общими тенденциями английского законодательства обычай раздела наследства поровну между всеми детьми (gavelkind) и, что еще более поразительно, обычай, отдающий право первородства младшему из детей.
II. Разнообразие судов. Как утверждает Блэкстон, законом установлено удивительное разнообразие различных судов. О них можно судить по приведенному весьма краткому перечню:
1) Прежде всего мы обнаруживаем суды, учрежденные за пределами собственно Англии, каковыми являются суды Шотландии' и Ирландии. Они не всегда зависят от судов Англии, но я полагаю, что в конечном итоге они все подчинены палате лордов.
2) Что касается собственно Англии, то, если я ничего не запамятовал, в классификации Блэкстона мы обнаруживаем следующие моменты:
1. Одиннадцать типов различных судебных палат, существующих в соответствии с общим правом (common law) ; правда, четыре из них, по-видимому, уже утратили свое значение.
2. Три типа судебных палат, юрисдикция которых распространяется на всю страну, но применяется лишь к определенным видам дел.
3. Десять типов судебных палат. К одному из этих типов принадлежат местные суды, учрежденные различными парламентскими актами или существующие по традиции либо в Лондоне, либо в провинциальных городах и местечках. Эти суды столь многочисленны и столь разнообразны по своему устройству и регламенту деятельности, что Блэкстон отказывается от изложения всех деталей их деятельности.
Таким образом, вслед за Блэкстоном мы обнаруживаем в Англии того времени, то есть второй половины XVIII века, двадцать четыре вида судов, причем каждый из видов подразделялся на великое множество разновидностей, имевших собственную особую физиономию. Даже если не учитывать те суды, которые, по-видимому, уже исчезли с тех пор, то все равно их остается еще восемнадцать-двадцать.
Если мы повнимательнее присмотримся к английской системе судопроизводства, то без особого труда заметим в ней всякого рода несовершенства.
Несмотря на существование общих судов, в Англии часто недоставало мелких трибуналов первой инстанции, расположенных поблизости от подсудных лиц и созданных для разбора на месте мелких дел при малых издержках. Отсутствие такого рода судов делало английское правосудие затруднительным и дорогостоящим. Дела одного рода входят в компетенцию сразу нескольких судов, что придает началу судебного процесса ужасную неопределенность. Почти все апелляционные суды в известных случаях ведут дела в первой инстанции, иногда как суды общего права, иногда как суды .справедливости. Апелляционные суды очень разнообразны, их роднит только подчиненность палате лордов. Административные споры не отделены от обычных спорных дел, что в глазах наших легистов выглядело бы страшным уродством. Наконец, все эти суды черпают основания для своих решений в четырех различных законодательствах. Одно из них основывается только на прецедентах; другое законодательство справедливости - и вовсе не основано ни на чем определенном, ибо оно обращено против обычаев и статусов и единоличным действием судьи исправляет обветшалые или слишком жестокие обычаи и статусы.
Таковы пороки этой системы. И если сравнить громадную и старомодную машину английского правосудия с новейшей фабрикою нашей судебной системы, сравнить простоту, связность, тщательно выверенную последовательность всех звеньев последней со сложностью и несвязанностью первой, то пороки английской системы покажутся еще более значительными. Тем не менее во времена Блэкстона не было другой такой страны, где бы великое предназначение правосудия исполнялось с такою полнотою, как в Англии. Иными словами, только в Англии любой человек какого бы он ни был звания, против кого бы он ни вел дело против простого обывателя или принца крови -любой человек мог быть уверенным, что его выслушают и что в любом из судов своей страны он найдет наилучшие гарантии для защиты жизни, свободы и состояния.
Это не означает, что пороки английской системы судопроизводства способствуют воплощению того, что я называю здесь великим предназначением правосудия. Сказанное мною доказывает лишь тот факт, что в любой системе судопроизводства существуют пороки второстепенные, которые умеренно вредят достижению предназначения правосудия, и пороки главные, которые не только значительно вредят правосудию, но и разрушают его, даже будучи связанными со многими второстепенными совершенствами. Недостатки первого рода заметить легче всего, именно они прежде всего поражают воображение обывателей. Они, как говорится, бросаются в глаза. Недостатки второго рода чаще всего более скрыты и обычно подмечаются вовсе не юристами или профессиональными знатоками.
Кроме того, отметим, что иные моменты могут выступать то в качестве второстепенных, то в качестве основных недостатков в зависимости от времени и политической организации общества. Во времена господства аристократии и неравенства преобладающее значение обретает стремление смягчить привилегии отдельных лиц перед судом, упрочить гарантии слабой стороны против сильной, усилить роль государства - естественно беспристрастного, когда дело идет только о спорах между двумя его подданными. Но важность этих черт ослабевает по мере того, как общественное состояние и политическое устройство склоняются к демократии.