Чтение онлайн

Мы еще немного исследуем лесистый остров, прежде чем вернуться в лодку. Дэниел рассказывает мне еще больше о его службе в армии, и о том, как она повлияла на него. Он также немного рассказывает о своих родителях, которые живут в Испании. Единственной темой, которую он избегает, является разговор о его бывшей жене и сыне. Я знаю, это болезненная тема для него, и я также знаю все о том, как избегать вещи, которые ранят так глубоко, что ты не готов противостоять им.

После полудня мы отправляемся обратно в Хоторн-Хилл. Мы идем, в большей степени, молча, не спеша. Физические нагрузки успокаивают. Теперь я вижу, почему Дэниел любит бывать на природе так много.

Когда мы достигаем линии леса и можем видеть главное здание Хоторн-Хилл, Дэниел останавливается и легонько тянет меня за хвост.

— Я действительно отлично провел время, — говорит он. — Надеюсь, ты тоже.

Я киваю, взгляд в его глазах согревает меня везде. Мне хочется, чтобы Дэниел поцеловал меня, но он не целует. Мы слишком близко к Хоторн-Хилл, слишком близко к реальности.

Когда мы проходим через высокие двойные двери главного дома, Дэниел скидывает свой тяжелый рюкзак и ставит его на пол, также помогая мне избавиться от моего рюкзака, который намного меньше.

— Я сделаю нам что-нибудь поесть, — говорит он, разворачиваясь в направлении кухни.

Дэниел не успевает уйти далеко, когда Леонард влетает в комнату, явно расстроенный. Позади него идет медсестра, и, судя по выражению ее лица, могу сказать, что что-то происходит.

— Считаешь, что я это сделал, да? — обвинительный тон Леонарда направлен на Дэниела.

— Привет, Леонард, — спокойно говорит Дэниел. — Как дела?

Брови Леонарда хмурятся в гневе.

— Ты думаешь, что я это сделал. Ты не лучше остальных.

— О чем ты говоришь? Думаю, что ты сделал, что?

Леонард усмехается и трясет головой.

— Не прикидывайся дурачком со мной. Ты знаешь, о чем я говорю. Она, черт побери, думает то же самое, — он жестом указывает на меня.

— На самом деле, я не понимаю, — говорит Дэниел. — Можешь рассказать мне?

— ДФК [20] . Ты думаешь, что я все это спланировал? — говорит Леонард, сузив глаза.

— Я так не думаю, — говорит Дэниел спокойным тоном. — Так же, как и Элисон.

— Это правда? — спрашивает Леонард, снова поворачиваясь ко мне.

Я киваю, но он просто трясет головой.

— Это все куча дерьма здесь, — взволнованно произносит он. — Думаешь, я засну, чтобы ты смог связать меня и оттащить в тюрьму, и никто никогда об этом не узнает. Однако я не буду спать.

— Леонард, мы можем сесть и поговорить? — спрашивает Дэниел.

Леонард настороженно смотрит на него. Я выскальзываю из комнаты, чтобы Дэниел мог поговорить с ним наедине. Я сочувствую Леонарду, потому что могу с уверенностью сказать, он по-настоящему верит в то, о чем говорит. Это, должно быть, страшно — верить во что-то подобное в действительности.

Чем больше я вижу, что Дэниел делает здесь, тем больше растет мое восхищение им. Сегодня у него выходной. Он мог бы позволить доктору Тиллману или той медсестре уладить все с Леонардом, но Дэниел захотел сделать это сам. Его сопереживание — одна из причин, почему я чувствую себя влюбленной в него.

Между нами нет надежды на настоящие отношения, но это не меняет того, что я чувствую.

Я принимаю продолжительный горячий душ, и хотя это ощущается хорошо — быть чистой, я также ощущаю чувство сожаления. Я смываю ощущение рук Дэниела на мне. Теперь они будут существовать только в моих снах. И даже тогда, это произойдет, только если мне приснится что-то приятное.

Я привожу Леонарда в свой кабинет и разворачиваю два кресла перед столом так, чтобы они находились лицом друг к другу.

— Я под арестом? — горько спрашивает Леонард. — Из-за этого я здесь?

— Нет. Я просто хочу поговорить с тобой. Все в порядке, проходи и присаживайся.

Он настороженно смотрит на меня, но, наконец, садится. Я сажусь напротив него.

— Леонард, ты находишься в Хоторн-Хилл. Это больница.

— Я знаю это, — выплевывает он. — Это все часть плана, чтобы поймать меня.

— Нет. Ты здесь из-за того, что иногда твой разум заставляет тебя верить в то, что не является реальным. Я — доктор Дельгадо, и я лечу тебя. Ты получаешь антипсихотические препараты — нейролептики, но иногда «неправильные» мысли все равно к тебе возвращаются.

Леонард просто смотрит на меня и молчит.

— И когда это случается, мы говорим об этом. Ты можешь вспомнить, что у нас уже был подобного рода разговор ранее?

— Я не знаю... возможно, — он смотрит в сторону окна.

— Эти мысли, которые у тебя появляются, не твоя вина. Они только кажутся настоящими. И я знаю, что от них ты чувствуешь себя напуганным.

— Ни хрена я не боюсь.

Я заставляю себя не улыбаться.

— Ты знаешь, что я — доктор Дэниел Дельгадо и что мы находимся в Хоторн-Хилл?

— Да, я знаю это.

— Хорошо. Иногда, когда ты сражаешься с этими мыслями, тебе помогают прогулки на лошадях. Хочешь пойти покататься?

Леонард скрещивает руки на груди и тяжело вздыхает.

— Конюшня закрылась на выходные.

— Мы можем сделать исключение для тебя.

И хотя он ничего не отвечает на это, я вижу, что колесики уже закрутились в его голове. Леонард знает, что я говорю ему правду, что означает, что он знает, что у него паранойя. Каждый раз, когда у меня проходит подобный разговор с ним, с его стороны никогда не бывает облегчения. Леонард гордый человек, и осознание, что у него появляются галлюцинации, давит на него.

— Теперь ты в порядке? — спрашиваю я.

Он кивает.

— Не возражаешь, если я отправлюсь покататься с тобой?

— Конечно, нет, док.

— Жди меня на выходе из большой комнаты. Я по дороге захвачу перекусить сэндвич.

Леонард уходит, а я пишу Тиллману, который тут же мне отвечает, что он находится на втором этаже. Пятью минутами позже, Тиллман входит в мой кабинет.

— Привет, — говорит он, падая в кресло.

— Привет. Просто хотел дать тебе знать, что забираю Леонарда покататься на лошадях. У него снова начинается паранойя.