Чтение онлайн

— На пару миллионов, не меньше, — Реарни встал, вытирая руки салфеткой и кидая ее на стул. — Пойдем, котяра, поспрашиваем нашего убогого пленника, что он в конюшне забыл. А Холрик с Джен сами разберутся. Или убьются… Или еще чего сотворят. Лишь бы город не спалили во время выяснения отношений, а то за ними не заржавеет.

+*+*+*+*+

— Здесь Джен Великолепная со своей стаей, — старший боец дерзко посмотрел на Каренсия. — И её Меченный. Я за сутки потерял двоих своих людей. Мы уходим. Я с Холриком не воюю.

— Испугался? — Каренсий понимающе ухмыльнулся. — А зря. Ты действительно не знаешь, кого бояться надо? Меня боятся надо, а не их.

— Великолепную Джен прикрывают семь шантогирийцев, шесть «олентийских котов» и полное крыло «сияющих», — наемник подробно перечислял охрану Ван Хоннов. — Дюжина «сияющих». Каренсий, мы сваливаем. У меня осталось всего шесть человек, и они их завтра сожрут даже без соли и специй.

— Что здесь делают «сияющие» леди Ван Хонн? — мужчина, до этого хранящий надменную улыбку на холеном лице, заметно напрягся. — Мы в её дела никогда не лезли. Элитные убийцы Сиятельной в Ларентии…

— Охраняют её невестку, — старшой тяжело вздохнул. — Джен уже не просто Джен Великолепная. Она — Джен Аль Ван Хонн. С полной защитой клана Ван Хоннов. А они не просто мстительные, они очень мстительные. Я с ними не воюю. Они же достанут из гроба и выкинут на помойку, чтобы не перезахоранивать.

— Эта девка вышла замуж?! — Каренсий сжал кулаки в приступе злобы. — За Холрика? И теперь она леди Ван Хонн. Занятно. Мне нужны еще наемники. Десятка два или три. Холриков надо подловить в Ларентии. Если они сбегут к себе домой, там их точно не достанешь. Нанимай людей, сколько сможешь. Деньги не проблема, открою тебе кредит…

— Заказ на Холрика и его жену не возьмут, — второй мужчина поморщился, услышав предложение. — Такие задания себе дороже обходятся. Мертвым деньги не нужны. Мне такие деньги тоже. Если в игре Сиятельная леди, то я пасую. Даже при всех козырях при раздаче. Последнего игравшего против неё скормили свиньям заживо. Моя команда сливается с игры.

— Так боишься Сиятельную? — Каренсий попытался взять старшого на слабо. — А ты уверен, что она в игре? И это не развлечение её мальчика?

— За смерть своего мужа Сиятельная утопила в крови пять городов, — отчеканил в ответ боец, вытянув вперед растопыренную пятерню. — Тогда погибли почти все «ночные» и наёмники всех гильдий. Она разбираться не будет в правых и виноватых. Просто натравит своих «сияющих». Не хочу испытывать судьбу. А если Сиятельная обидится за жену своего мальчика, то цвет воды в реках поменяется на багровый. Она может себе позволить и не такие «шалости».

— Сестра Императора, однако, и она действительно может позволить себе и не такое…, - в крайней задумчивости от сделанных выводов мужчина почесал затылок. — Ладно, командуй отход. С Холриком я найду время разобраться, когда до него все равно доберусь…. Не сейчас, так позже. Но достану! И до его сучки….

++*+*+*+

Вытянувшееся пламя свечи бросало искаженные тени на стены. Но какое дело у Джены с Холриком до этой замысловатой, вечной игры света и тьмы. Когда маленькая рыжеволосая женщина, сбросившая всю напускную браваду и дерзость, приникла к своему единственному настоящему защитнику, своему верному мужчине, ища в его надежных и таких родных объятьях решение всех своих затаенных страхов и проблем. Именно в эту минуту рождался их брак, сцепляясь мыслями, свиваясь телами, сращиваясь душами и надеждами на будущее. Доверчиво отдавая себя под защиту и власть Харли, Джена получала не меньшую власть над его сердцем.

— Харли, может, уедем? — она обхватила его лицо ладонями, в темноте находя его губы своими. — Мне страшно, понимаешь? Я же теперь не одна… У нас будет маленький. Или маленькая. Не знаю, кто у нас родиться, но я за ребенка уже боюсь. Мы доигрались, Харли.

— Завтра, — он вернул ей упоительно долгий и нежный поцелуй. — Я распоряжусь. В порту должен находиться боевой корабль Адмирала Стила. Если нет, наймем торговца или контрабандиста. Денег хватит, я тут слегка подогрел один банк. Поплывем домой? К моей маме?

— А вот у меня мамы нет, — Джена всхлипнула и дернулась, пытаясь скрыть негаданные слезы. В последнее время ей с трудом приходилось сдерживать их. Она совсем не готова была оказаться настолько эмоционально ранимой. — Её убили. Совсем… Норги мне за все это ответит. Но не сейчас…

— Норги я сам отомщу за тебя, — Холрик осторожно поцеловал жену в висок, убирая губами соленую влагу. — Спи, моя маленькая. А голову герцога я для тебя добуду, зря он думает, что его охрана со мной справится. И не таких уделывал. Не забыла, солнышко, моя рота диверсантов как раз специализировалась на устранении командующих противника. И весьма успешно.

— А потом тебя списали, — Джена забралась сверху на лежащего на спине мужчину и вытянулась на груди. — Крысы армейские! Ты в чине майора же был, когда мы познакомились?

— Меня тогда уже разжаловали, — Холрик поправил одеяло на Джен. — К нашему знакомству в ларентийской тюрьме я снова стал рядовым.

— А зачем ты тогда начальнику тюрьмы лицо разбил? — она поерзала, поуютнее устраиваясь и не замечая в темноте его донельзя довольную улыбку. — Меня до этого кормили только корочкой хлеба с кружкой воды. А тут неожиданно обеды из «Ларентии». И охранники… То проходу не давали и лапали взглядами, то внезапно начали глаза отводить.

— Я всего лишь подправил начальнику тюрьмы господину Ренну неправильный прикус, — Холрик фыркнул ей в макушку. — Ногой с разворота. Как ты знаешь, мои связанные руки мне драться не мешают. Этому меня «сияющие» мамы лет так с трех обучили. Вот я и пообещал этой гниде тюремной грохнуть всю охрану, которая к тебе приблизится. Для демонстрации серьезности намерений пришиб одного придурка. Шибко уж он наглый был и плохо на тебя смотрел. А я уже тогда решил, что ты — только моя. Любимая…

— Ах, так, понятно, ты «выбрал»! — Джена от возмущения не удержалась и скатилась под бок мужа. — Ты решил! А меня спросил? Удавлю!

— Горло подставить, ручонок хватит? — Холрик, смеясь, стянул одеяло, обнажая шею. — Дерзай, кровожадная малышка! Кстати, стилет под подушкой, им сподручнее будет. Сопротивляться не буду, так и быть. Действуй!

— Сволочь ты, всю удовольствие мне убил своей покорностью! — Джена, хихикая и забыв про недавние слезы, завозилась под подушкой. — Не буду я тебя убивать. Все же, отец моего ребенка. А вот твой стилет… Пожалуй, заберу себе.

— Тебе какой отдать? — Холрик, побоявшись, что она поранится, ловко перехватил руку Джены, и ласково провел губами по запястью. — Под твою руку… Маленькую такую… Бери тот, что справа. Для тебя тяжеловат будет, но что имеем. Другого нет. Домой вернемся, подберу тебе подходящий. Или мама найдет… У неё такого добра — несколько комнат. И два подвала…

Утренние лучи солнца заливали ресторацию гостиницы «Ларентия» слабым золотистым светом, поигрывая бликами на гранях хрустальных бокалов, надраенных столовых приборах и до хруста чистых и пустых тарелках. Но стоило им добраться до фигур мужчин, собравшихся на ранний завтрак, как свет сначала забился в складки и отвороты темных камзолов, потускнел в хмурых глазах и осыпался дрожащими блеклыми тенями под подошвы походных сапог.

— Мы уезжаем, — Холрик с размаху сел на жалобно скрипнувший стул. — Реарни, что с наличием кораблей милорда Стила в порту? Если нет, нужно нанять «торговца». Плачу золотом. С нами уплывают Женева и Мари.