Чтение онлайн

— Харли, а тебе Дженку совсем не жалко? — от хохота Реарни уже еле стоял на ногах. — Сиятельная её же вусмерть уболтает.

— Дженку я ночью пожалею, — глаза Холрика зажглись азартом, как всегда бывало, когда он думал о своем рыжем беспокойном счастье. — Пойдем поедим, что ли? Только проберемся на кухню, а то мне что-то совсем не улыбается терять пару часов на семейный ужин. Быстренько пожуем и сбежим… Так, лошадей проведать надо, хорошо ли их после прогулки вычистили. И охотничьих собак я еще после приезда не видел. Так и до ночи продержимся…

+*+*+*+*+

Если бы взглядом можно было разрезать человеческую плоть, то Максвел Норги непременно бы воспользовался этой возможностью и укоротил бы входящего на голову, не испачкав при этом свои руки. Личность гостя была настолько неприятна герцогу, что ему пришлось крайним усилием воли превратить свое лицо в подобие гипсовой маски с приклеенной намертво доброжелательной улыбкой. Но гостя это лицедейство не впечатлило, и он целенаправленно протопал в глубь покоев, поближе к напрягшемуся хозяину.

— Ну, здравствуй, Максвел, — лорд-управитель города Бренир, герцог Ленкис, поздоровался с герцогом Норги, замершим возле своего стола, и, не торопясь, осмотрелся. Ростом прибывший не мог похвастаться, зато с лихвой компенсировал свой недостаток высокими каблуками и непрошибаемым высокомерием. На Норги, который был его выше на полторы головы, милорд Ленкис умудрялся смотреть вызывающе свысока. — Давненько не виделись.

— Доброго дня, Скали, — герцог Норги спрятал настороженность за показной вежливостью. — Что привело тебя в мой город? Вот так, даже без предварительного уведомления?

— Вот так сразу? — герцог Ленкис пронзительно рассмеялся, отчего Норги вцепился пальцами в спинку кресла. — Ты не меняешься, Максвел. Если я скажу, что соскучился, ты не поверишь. И будешь прав. Вина налей, что ли. Поговорить надо, а то, кажется, у нас общие проблемы наметились.

— У меня нет проблем, Скали, — маска радушия на лице Норги грозила дать трещину, поэтому он поторопился отдать распоряжение слугам сервировать столик и принести вина. — У меня в городе все спокойно.

— И поэтому у тебя в городе торчат императорские аудиторы, — ехидство в голосе Бренира можно было черпать ложкой. — Только не говори, что ты их вызвал сам.

— А вот это не твое дело! — милорд Норги еще больше напрягся, направление разговора ему откровенно не нравилось. Похоже, напыщенный коротышка решил окончательно вывести его из себя. — Это исключительное право Императора проводить аудит. Тем более, что последняя проверка была пятнадцать лет назад. Если мне не изменяет память, Скали.

— Ладно, не кипятись ты, я здесь не по этому поводу, — герцог Ленкис примирительно поднял холеные ручки вверх. — Может быть, следующий на очереди буду я. И вот что я хотел выяснить, тебе такая карточка ни о чем не говорит?

— «Бренирское пари. Выигравший проиграет», — Максвел Норги покрутил в руках кусочек картона, переданный ему лордом-управителем Бренира. — Скали, а что мне это должно сказать? Я в Бренире пари не заключаю. На что хоть ставят?

— Максвел, а может перестанешь валять дурака? — взгляд герцога Ленкиса вмиг стал жестким, и все показушное дружелюбие слетело с него, как шелуха. — Ты отлично знаешь, о каком пари идет речь. У тебя оно называется «ларентийским». В Игере — «игерийским». А вообще-то оно в Герию пришло из Римерии. Лет так сто назад. И тогда имело общее название — «римерийское пари на любовь». Правда, тогда ставили не на умение затащить девку в постель, а на женитьбу на подходящей девице. Но в Герии к этому подошли творчески, и условия пари несколько поменялись. Так что не делай такие удивленные глазки, сам, наверняка, по молодости заключал такие пари.

— Допустим, — осторожно согласился герцог Норги, не отрывая холодного взгляда от гостя. — Но я все равно не понимаю, что тебе от меня надо. Я уже давно вышел из возраста, подходящего для таких игр.

— Ладно, уговорил, буду с тобой откровенен, — Ленкис пригубил принесенное слугой вино и лично разлитое хозяином кабинета по бокалам. — За последние два месяца в Бренире убито четверо молодых аристократов. Двоим достались арбалетные болты, один получил кинжал в сердце, еще один — метательный нож в глаз. И у каждого нашлась такая карточка. Как понимаешь, я не мог оставить такое безобразие без внимания. Начали разбираться. Наш молодняк до сих пор играет в это пари. И эти четверо — тоже. Но вот незадача, у всех у них были ставки на разных девиц. Абсолютно на разных. И эти девицы никогда между собой не пересекались. Никогда! Да, все пари окончились для девиц… не совсем удачно. Двое покончили жизнь самоубийством, одна в монастыре, одна сошла с ума. Среди них не было ни одной аристократки.

— И зачем ты мне все это рассказываешь? — милорд Норги лихорадочно просчитывал цели приезда герцога Ленкиса, совершенно не различая вкуса вина. — Ну, заигрались юноши, и кто-то решил им отомстить. Дело житейское. Пусть семьи разбираются.

— До тебя совсем не доходит? — лорд-управитель Бренира закатил глаза и скривился. — Максвел, пошевели мозгами, будь любезен! Работали наемники. Две группы профессионалов. Я же не зря уточнил, что аристократок среди девиц не было. А от простолюдинов наемники заказ на аристократа не возьмут. Ни от горожан, ни от купцов. Никогда! То есть нанимал убийц аристократ. По-прежнему ничего не хочешь мне сказать?

— Пока я внимательно слушаю тебя, — Норги пытался сопоставить происходящее в Бренире с происходящим в Ларентии. Ему не хватало Хорини с его способностями к интригам. — И какие я должен сделать выводы?

— Ты разочаровал меня, Максвел, — с досадой вздохнул Ленкис и отставил бокал. — Ладно, продолжу. Одну группу мы повязали. Точнее, пятерых убили при их попытке грохнуть очередного мальчишку, одного раненого взяли в плен. Только ничего внятного он не сказал. Да и не мог сказать, он — простой стрелок. Но суть такова, что их группу нанял кто-то очень родовитый, выдал список из шести имен, заплатил хорошо. И вот что самое интересное, заказчик — не бренириец. Заказчик из Тортореи. Начали рыть дальше. Выяснилось, что второй группой руководит Каренсий. А Каренсий — один из ручных псов лорда-управителя Тортореи герцога Митила. Как сам понимаешь, самого герцога я спросить не могу, я с ним в плохих отношениях. Попытались взять Каренсия, но он что-то почувствовал и вместе с группой из Бренира ушел в Ларентию. Не в Торторею. И последнее, у убитого старшего группы наемников была еще одна карточка.

— «Ларентийское пари. Выигравший проиграет», — герцог Норги брезгливо взял за уголок протянутую Ленкисом вторую карточку, испачканную с одной стороны чем-то бурым, похожим на засохшую кровь. — Понятно. Прежде чем продолжим беседу, скажи, ты не узнавал, у остальных лордов-управителей нет таких проблем с пари?

— Нет, только у нас с тобой, — герцог Ленкис отрицательно покачал головой. — Как сам понимаешь, в лоб такие вопросы не задашь. Но мои люди просмотрели все некрологи всех двенадцати городов за последние три месяца. Так вот, мор на молодых аристократов только у нас с тобой. Еще в семи городах все живы и здоровы. В остальных трех: в одном баронет на охоте упал с лошади и сломал себе шею, во втором какой-то аристократик отравился из-за несчастной любви, в третьем — такой же «счастливчик» пал жертвой грабителей. И только в Бренире и Ларентии умерло больше трех высокородных. Тебя это не наводит ни на какие мысли?

— Наводит, — хозяин кабинета решил все же поделиться информацией. — У меня шесть трупов. Восемь разоренных до нищеты. Один банк умер полностью, еще один испытывает очень большие финансовые трудности. Из наемников в Ларентии — Каренсий, Трикси, Лонрак и… Джен Великолепная.

— Джен здесь?! — герцог Ленкис удивился так, что аж подпрыгнул на месте. Маленькие глазки оживленно блеснули. — Она же кровью никогда не пачкалась! Хотя если банки и банкротства — её работа, а трупы — других групп, то все может быть. Хотя никогда не слышал, чтобы Джена с кем-нибудь кооперировалась. Джен — человек Стила, это Сокраментия. Каренсий — Митила, это Торторея. На кого работают Трикси и Лонрак?