Чтение онлайн

– Поживает прекрасно, - кивнул барон, - Ударилась в науки, защитила

магистерскую диссертацию по механике в нашем университете.

Засмеялся, отмахнулся:

– Как говорится, чем бы дитя не тешилось, лишь бы с тоски не

вешалось.

Пискнул коммуникатор, голос Хвалла сообщил:

– Милорд, комнаты для дам готовы. Не желаете ли переодеться к обеду?

– Хорошее предложение, - кивнула Энотикина, - И очень вовремя.

– Спасибо, мы сейчас спустимся, - сказал в коммуникатор барон.

042 Hex. RET (Вернутся назад)

...Он вышел из призрачного столба в Сибири, недалеко от

желездорожного вокзала в Чите. Он выбрал этот город, не без основания

считая, что все засвеченные места до сих пор отслеживаются глобалом и его

головорезами, а в Чите Ежи никогда до этого не был.

– Я ненадолго, - оправдываясь прошептал он сам себе, проверяя

настройку психополя. Все было в порядке, умеренно потрепанный рабочий

костюм от Дизеля никто не принял бы за инопланетный, как и соплеменный

баул. В принципе, психополе можно было отключить, но Ежи был готов в любое

время активировать "замороженный" вход в Сеть. Это было его последнее

достижение - как бы работающий, но неактивный и совершенно незаметный

терминал Сети постоянно находился ровно в полуметре перед ним. Стоило

активировать, шагнуть - и ку-ку, секьюрити!

Закончив проверку, огляделся. Земля. Россия. Задворки вокзала.

Лето, вечер, вонючие мусорные контейнеры, тощий породистый ротвейлер с

опаской поглядывает из-за мятого бака. Пока еще с ошейником. Значит сбежал

или потерялся совсем недавно.

– Привет, эхао, - сказал ему Ежи.

– Ты говоришь?
– недоверчиво спросил ротвейлер.

– Говорю, эхао. Ты голоден? Чем я могу тебе помочь?

– Хочу есть. Но боюсь.

– Меня?

– Да.

– Не стоит. Потерпи, я принесу еды, - предолжил Ежи, - Подождешь?

– Да, - Пес был немногословен, - Скажи, это вокодер?

– Вокодер? Нет, это другой прибор. Лучше, - растерялся Ежи, -

Откуда ты знаешь про вокодеры?!

– Один москвич рассказывал. Там кое у кого уже появились. От тебя

скверно пахнет. Чужим. Так ты идешь за едой?

– Значит, межвидовой контакт уже состоялся, - задумчиво сказал Ежи,

– Да, я сейчас приду. Я возьму еду в буфете. Тебе все равно что или что-то

конкретное?

– Десяток "горячих собак" без чили, - неуверенно сказал ротвейлер.

Ежи кивнул и вышел за угол. Буфет в подуподвале работал, и за

непривычные, новые купюры ему спокойно сунули в бумажный пакет десяток

сосисок в тесте. Выпив залпом стакан жидкого кофе, поспешил к ротвейлеру.

Тот высунул морду из-за того же бака:

– Кидай сюда, я разберусь.

Пакет плавно шмякнулся возле морды.

– Вопрос, - попросил Ежи.

– Спрашивай.

– Ты потерялся?

– Можно сказать да, - в преобразованных психополем интонациях

голоса пса явно прозвучала ирония. Из ресторана доносился разухабистый

мотив, от помойки воняло. Джей вздохнул глубже. Да. И это - тоже Земля. Пес

жадно рвал сосиски в тесте, давился и кашлял.

Когда пес закончил есть, Ежи счел возможным заговорить:

– Эхао, значит, ты сейчас бездомный?

– Значит, да.

– Я тоже.

– Ты не бездомный. Ты чужой. Москвич про вас рассказывал.

– Потом ты мне про него расскажешь. Раз уж мы познакомились, то

меня зовут Ежи. А тебя?

– Ну, по документам я Хэнк. А на самом деле Ломаный Зуб.

– Ты все еще опасаешься меня?

– Нет.

– Вышел бы.

– Не могу.

– Ну...
– Ежи замялся, - Тогда можно мне подойти так, чтобы

посмотреть на тебя?

– Какой смысл?
– вопросом на вопрос устало ответил ротвейлер, - Ну

я калека. И? Что дальше?

В ресторане пьяные голоса затянули "Батьку Махно", отчего-то путая

слова: "Кр-расные с косами вдоль дорог стоят, это дело дохлых дьяволят!"

– Может быть, я смогу помочь, - предположил Ежи, трогаясь с места и

обходя вокруг баков.

– Что же, если тебе так любопытно, - буркнул пес, - В конце концов,

что я могу сделать?

Ломаный Зуб был когда-то отличным псом. То, что он выставлял из-за

бака, было худым, но нормальным, а вот парализованная задняя часть,

грязная, со стертой шерстью, с мухами на безобразных зловонных язвах - вот

это действительно было жутким.

– Да. Примечательное зрелище, - кивнул головой Ежи, - Может быть,

ты примешь от меня помощь?

– Какую?

– Я знаю одно место, где тебе помогут.

– Шприцом со снотворным?
– горько спросил пес.

– Нет, Мы говорим на Истинном языке и я не лгу. Там тебя вылечат, -

уточнил Ежи, - Там очень хорошие врачи.

– Ну, может быть и так. Ну а тебе-то что за дело до меня?

– У меня был друг. Вашего вида, - сказал Ежи, - Он погиб, а я живу.

– И? Теперь ты вдруг почувствовал вину перед Народом?
– интонации

облезлого калеки стали ядовитыми.

– "Неоказание помощи разумному существу есть тяжкое преступление по

любым законам", - тихо процитировал Ежи, - Скажешь, ты не разумное существо?

Пес помолчал, зевнул:

– Вот привязался со своей помощью. Да делай ты что хочешь, мне уже

давно все равно.

Ежи кивнул, укутал пса подобранным полиэтиленовым лоскутом и шагнул

в призрачный столб Сети...

...
– Я так и знал, - буркнул Ломаный Зуб, принюхиваясь к новым

запахам.

– Запомни, кроме своего имени, ты толком ничего не помнишь, -

прошептал Ежи, открывая плечом дверь. В конце коридора мягко светил плафон.

Под плафоном за столом сидел полицейский. Увидев вошедших, он поднял брови.