Чтение онлайн

Вот так, довольно напряжённо для всех прошёл весь день. Наступал вечер. Всюду по полю засверкали огни костров. Народ, уже упившись, веселился без каких-либо моральных ограничений. Всюду стоял шум, гам, визг, смех. Праздник подходил к своей вечерней кульминации.

Индра, просидевший и пролежавший весь день у костра, облачился в жреческий наряд, накинув его по верх кожаного панциря брани, хлебнув, наконец, изрядную дозу Сомы, в сопровождении небольшого отряда вооружённых ближников, вышел из обозного круга и не быстро, но уверенно пошёл к оцеплению. Воины уже не стоявшие, а сидевшие на траве, держа пики у ног, резко соскочили и нервно засуетились. Индра подошёл к одному из воинов и остановился прямо перед ним, подав знак рукой за спину, остановиться своему отряду. Он спокойно осмотрел до смерти перепуганного воина, на лбу которого заструился пот, и атаман даже почувствовал исходящий от испуганного стража запах страха. Затем, повернул голову в сторону и обращаясь к своей охране, тихо велел:

– Ждать здесь.

После чего обошёл стоявшего, как вкопанного воина и направился к шатёрному городку за холмом. Ни один из стоявших в оцеплении даже не шелохнулся, ни то чтобы попробовать его остановить.

У шатров горели костры, возле которых небольшими группками сидели люди, судя по виду из прислуги. Индра не прятался. Шёл спокойно, как обычно и эта обычность была лучшей маскировкой, а быть замеченным и тем более узнанным в его планы не входило, так как привлекло бы всеобщее внимание, а шум и внимание ему были сейчас не нужны. Подойдя к нужному ему шатру с противоположной стороны от входа и обходя его, услышал, что внутри негромко разговаривают. Индра притормозил, прислушиваясь и чётко определил, что внутри трое, хотя слышал голоса только двоих. Как он определил? Он сам не знал. Где-то в районе борцовского круга загудели дудки, забили барабаны, запели высокие девичьи голоса. Там начинался очередной раунд боёв. Народ у костра на входе в шатёр вскочил с мест, а так как пламя костра не давало рассмотреть происходящее внизу, все отошли от входа за костёр, и Индра, не останавливаясь, лишь тихонько хмыкнув обстоятельствам, спокойно вошёл в шатёр, так никем и не замеченный. Посреди шатра то же горел костёр, но этот резко отличавшийся от уличного. Несколько аккуратных и одинаковых с виду поленьев были сложены строгим образом, что сразу указывало на то, что он ритуальный. Около него полукругом сидело трое. Судя по одеянию, все трое были жрецами, притом примерно одного возраста. Ни старые, не молодые, осеней тридцать, наверное. Тот, что сидел по центру, увидев вошедшего, замер, держа небольшую чашку с жиром в одной руке и деревянную ложку в другой. Двое сидевшие по сторонам, обернулись на шум от входа и, так же, как и центральный жрец, превратились в статуи. Индра осмотрелся, оценивая обстановку и ничего не говоря, подошёл к троице, усаживаясь на траву напротив "статуи с чашей". Он ещё раз внимательно осмотрел жрецов, останавливая подолгу взгляд на каждом. Сома в голове начала действовать как надо. Холодное спокойствие рассудка разлилось и засветилось внутри. Он почувствовал их страх и полную свою безоговорочную власть над ними. Жрецы не отмирали, сидя, как загипнотизированные. Их широко открытые глаза, с отблесками пламени костра, казались не живыми.

Индра, закончив осмотр, перевёл взгляд на огонь, и не к кому лично не обращаясь, так как не смог определить кто из них старший, ибо были они одинаковыми, как в одежде, так и в поведении, проговорил в огонь:

– Ну, здравы будьте, уважаемые ары. Моё имя Индра.

Тот, что сидел по центру, медленно опустил на землю чашу с жертвенным жиром и ответил:

– Здрав будь, ар Индра. Я Аманрита глава рода Муску. Это, - он указал на сидящего справа, - ар Гарамана, глава рода Урукху. Это ар Рубинава, глава рода Аманари, - указал он на того, что слева, - мы ждём тебя уже целый день.

В его голосе кроме страха и раболепия, других интонаций не прослеживалось, хотя подобная елейность в голосе вполне могла быть профессиональной. "Вот и главный" - подумал на него Индра и поднял на говорящего жреца давящий, ледяной взгляд.

– Я вообще не собирался к тебе идти, - начал он тихо и жёстко, что повергло сидящих в ещё большее оцепенение, доходившее до паники, - но я передумал. Я знаю, зачем вам понадобился и вряд ли это может меня заинтересовать. Ведь вы просто хотите кое-кого убить. Не так ли?

Жрецы встрепенулись, выходя из ступора, и начали переглядываться. Вид у них был такой, как будто их поймали за руку за чем-то не очень пристойным. Индра презрительно ухмыльнулся.

– Я даже знаю, что вы хотите, чтобы я убил старого и влиятельного жреца, который вам чем-то мешает. И наверняка этот жрец - мой папаша.

Индра замолчал и внимательно посмотрел на Аманриту. У всех жрецов открылись рты, а у Аманриты задёргались руки. Странно. Индра подозревал в своих логических раскладах, что его хотят нанять как убийцу со стороны, но только сейчас ему вдруг стало абсолютно понятно, кого они хотят убрать со своего пути и что хотят предложить ему за это. Он не знал, откуда он это узнал, но точно был уверен, что знает это. Индра начинал привыкать к тому, что в этом "божественном" состоянии Сомы, он становился настоящим пророком и провидцем. Не дождавшись от ошарашенных жрецов ответа, он продолжил их добивать:

– А выгоду мою вы увидели в том, что я захочу, почистив род, занять его место, в чём вы попытаетесь мне посодействовать, - он замолчал, растянувшись в хищной улыбке, но тут же жёстко и угрожающе закончил, сменив улыбку на злобное выражение на лице, - наивные глупцы.

Наступило молчание. Индра ждал, как они отреагируют. Первым из шока вышел тот, что сидел с лева от Индры, который тихо спросил:

– Ты, провидец?

Индра посмотрел на него в очередной раз растягиваясь в улыбке, но на этот раз печальной, некоторое время, раздумывая, отвечать ему или нет, но всё же решил ответить:

– Ты даже не представляешь себе кто я. Ты даже не можешь себе представить, с кем тебе дозволено говорить.

Жрецы были сметены и буквально растоптаны давлением силы, исходящей от гостя. Они смутились, опустили глаза, как юные девы и безропотно стали ждать, что будет дальше. Индра, видя их не способность возражать, рассуждать и сопротивляться, продолжил:

– Хорошо. Я поведаю вам, почему передумал и пришёл сюда. А пришёл я сюда не вас слушать, но вам сказать. И если вы хоть немного знаете меня, то знаете и то, что я никогда не говорю дважды. Поэтому слушайте меня внимательно. Я тот, кто имеет трёхмерные силы и силы эти огромны и для вас недостижимы. Я тот, кто разорит и разметает весь народ Страны Рек, сделав их своими слугами, и перед кем встанут на колени все народы арья. Я тот, кого устрашатся ваши боги, ибо я сам бог и по праву сильного буду главенствовать над ними. Я тот, кто породит новую жизнь для всех живущих и начнёт новый круг для всего мироздания. И я начинаю своё восхождение. Для достижения предназначения я убью не только своего папашу, но и всех, кто попытается мне помешать или воспротивится моей воле. В следующем круге жизни будут жить только те, кто пойдёт со мной. Я даю вам выбор. Вы хотите власти, но только я вам её дам, если, на то будет моё желание. Я новый бог и веду с собой новых властителей неба. Но не скрою. Мне нужны будут новые жрецы, которые будут властвовать над умами будущего народа, жрецы, которые будут меня воспевать и подчиняться мне беспрекословно, как верховному богу на земле.

С этими словами Индра встал, а в костре вдруг что-то взорвалось и искры с треском рассыпались во все стороны огненным цветком. Жрецы вздрогнули и вытаращили глаза на стоявшего перед ним человека, назвавшего себя богом. Руки у них заметно дрожали, лица были бледными, и видно было, как по ним струился пот от напряжения. Шла самая настоящая ментальная атака.

Индра так же спокойно и обыденно вышел из шатра и зашагал к тому месту в оцеплении, где и зашёл. Все стражники стояли, нервно перетаптываясь с ноги на ногу, схватившись за древко своих копий. Напротив, них безмолвно стояла плотная цепь, до зубов вооружённых молодых людей. Те, завидев атамана издалека, приняли угрожающий вид, натянув луки. Охранение задёргалось и опасливо опустило перед собой пики, как будто ими можно было защититься от стрел. Один из воинов, через участок которого Индра выходил из шатрового городка, услышал сзади себя шаги, резко оглянулся, обернувшись, и попытался наставить на него свою пику, но не успел, так как Индра её перехватил. На лице стражника застыла паника. Атаман остановился и спокойно сказал воину:

– Не дёргайся.

Тот замер. Индра прошёл вплотную к охраннику и вышел за пределы оцепления, зашагав к обозному кругу на ходу выкрикнул:

– Всем общий сбор. Уходим домой.

Долгожданная весть о том, что потерянные бабняки нашлись, застала атамана на следующий день в ванной с пивасиком, в которой он отмокал после тренировочных скачек на колесницах. Состояние было расслаблено до дрёмы. Сознание было там же, только эмоциональное блаженство тягуче плавало в его сущности. Поэтому, когда как ошпаренный прибежал с докладом Шум Дождя и, не успев отдышаться от быстрого бега выпалил:

– Атаман! Мы их нашли. Всех в одном месте.

Индра, среагировал неожиданно спокойно и по виду даже равнодушно. Он лишь лениво приоткрыл глаза. Посмотрел на радостно скалившегося Шумного, облокотившегося на бортик его "отмокалки", который продолжал дышать, как загнанная лошадь и тихо спросил:

– Где?

– За рекой Русой. Они в землях Пани, - Шум Дождя утёр взмокшее лицо рукавом, и ещё сделав несколько глубоких вдохов, сбивчиво и резко рубя фразы, принялся рассказывать.

– Там у них. На полночь, - он махнул рукой куда-то себе за спину, - есть Дырявые Горы. В этих горах полно пещер. Туда Пани свой бабняк спрятал, три сиротских и ещё к ним примкнули два соседних рода. Один так себе, а вот второй - Тана, большой и богатый. Все подходы закрыли земляными стенами и завалами. Вход и выход только один. Ну, прямо как у нас.

Он уже почти восстановил дыхание и, выпалив всё это, устало присел на насыпь ванны, повернувшись вполоборота к Индре, ожидая, что скажет атаман. Атаман вновь закрыл глаза, как бы продолжая прерванную негу, но на самом деле мозг его лихорадочно заметался в вариантах уже планируемого налёта. Шум Дождя молча сидел, зная, что атаман не просто так нежится в ванной, а думает. Наконец, Индра, не открывая глаз и не выходя из расслабленного состояния, тихо скомандовал:

– Собирай ближников на круг.