Чтение онлайн

Ахнула и скрылась в воде с головой. Неведомая сила, более мощная, чем на террасе, опоясала ее множеством рук и сжала в кольце объятий. Степка не испугалась. Она открыла глаза, но не увидела ничего… Конечно же, в ванне она была одна. Тут же ее голову подняли над поверхностью.

— Митя… — прошептала встревоженно.

Объятия были крепкими, они оплели и стиснули тисками. Поверхность воды взорвалась фейерверком брызг и Степка увидела ее, прозрачную руку из множества капелек.

Она погладила по щеке, заправила волосы за уши, очертила форму бровей, крылья носа, пробежалась вокруг рта. Палец нажал на нижнюю губку, требовательно просясь, чтоб его впустили. Степка разжала уста и почувствовала шарики воды на губах, они проникли в рот, пощекотали язык, погладили щеки изнутри и одним глотком скользнули в горло.

Степка дернулась от новой волны возбуждения. Схватилась за бортики ванны и застонала. «Рука» спустилась на шею, змеей скользнула на спину и поползла по позвоночнику вниз. Юркнула между ягодиц, вырвав еще один стон и задержалась там, погладив интимное местечко.

Крик вырвался на свободу, когда ее ноги развели в стороны, благо размер ванны позволял многое. Степка сцепила зубы, задыхаясь, пытаясь дышать носом. Порой звуки, которые вырывались из груди, походили на всхлипы.

Меж ног властвовала безумная сила, раскрыв ее средоточие и омывая его незримым течением. Грудь обхватили, приподняв. Сжимали соски так, что казалось, вот-вот станет больно, но нет, приятно…

Страсть расплавила кости и тело стало пластилиновым и податливым, но не хозяйке. А воде! Степка мотала головой из стороны в сторону, выгибалась, рвалась, в стремлении слиться в экстазе с этой силой, но не понимала как. Требовалось до крика, до боли, ощутить эту силу внутри себя.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — стонала и твердила без устали, — по-жа-луй-ста…

Последнее вырвалось из груди со свистом, потому что ее сжали до хруста в ребрах и потянули резко вниз, насадив на… нечто. Степка даже глаза распахнула, дабы убедиться, что в ванной по-прежнему сама. Но ощущение мужского органа внутри нее было таким явственным…

Твердыня, прохладная и мокрая, шевельнулась внутри, сделав первое движение, словно приспосабливалась. Толкнулась и покинула тело.

— О, нет, вернись… — потребовала бесстыдно Степка.

Но ничего не происходило долгие несколько мгновений. А затем… Невидимая рука прошлась по складочкам, потерла бугорок, обвила по кругу вход в страждущее лоно и только тогда… погрузилась внутрь. Женщина подавилась криком, из груди вырвался хрип, так как в этот раз твердыня оказалась еще большего размера, заполонив собой все!

Рывок назад и тут же Степка чувствует себя пустой, не целой, не живой… Слезинки выкатываются из глаз, но она лишь сильнее сжимает борта ванны. Невидимка стискивает бедра, приподнимает их и… возвращается туда, где его безумно ждали. Скользящим, медленным, давящим на верхнюю стенку движением.

— А-а-а-а-ах… — выдыхает Степанида, вздрогнув, когда цепляют неведомую точку внутри нее. Твердыня замерла, вернулась, вновь «зацепив» то чувственное местечко. Еще раз вперед, затем назад…

Оргазм начался с кончиков пальцев ног и вихрем сжег все на своем пути. Разлетелся на миллиарды осколков внизу живота, взрывной волной зацепив соски.

Степку выгнуло дугой, пока из груди рвано вылетал воздух. Тело, словно вывернулось наизнанку и вернулось в исходное положение.

— Ми-тя… — прорыдала она, — Ми-тя…

«Долг платежом красен»

Митя, взлохмаченный, с абсолютно диким взглядом, слетел вниз по ступенькам, рывком вытащил обессиленную Степаниду из воды и широкими шагами отнес в кровать. Прямо так, мокрую, уложил поверх покрывала, лег рядом и сжал в объятьях, тесно прижав к себе. Остаточные конвульсии сотрясали ее тело, а он лишь укачивал и целовал в макушку. Женщина дышала, как после бега на дальнюю дистанцию и никак не могла восстановить дыхание, как, в прочем, и успокоить дрожь.

Спустя какое-то время ощутила, что колотит не только ее. Развернулась в его руках так, чтоб видеть лицо и изумилась гамме чувств, прорывающихся наружу. Что это, боль от неудовлетворённого желания или же счастье, что удалось унять боль любимой женщины? Сдерживаемые порывы и гордость за себя? Экстаз от испытанного ею?

Погладила его губы пальцем, следя за движениями, а затем стремительно набросилась на них своим ртом. Впилась, втянула в себя, притянув голову близко-близко. Митя задрожал сильнее и сделал слабую попытку вырваться. Слишком слабую.

Левой рукой женщина цепко обхватила его шею, а правую положила на вздымающуюся грудь. Погладила и уверенно переместила ниже. Услышала, как его сердце заколотилось и осмелела.

Когда рука достигла талии, Митя перехватил ее и прижал к своему животу. Степка дернулась, но он держал крепко. Тогда она укусила его за губу и быстро зализала место укуса. Он замычал и ослабил хватку, чем она воспользовалась, дабы накрыть ладонью бугор на брюках и сжать. Их вскрик слился в один. Его от восторга, подаренного тонкими пальчиками, а ее от изумления. Мите было чем поразить женщину…

В добавок, он оказался в тонких пижамных брюках с эластичной резинкой, под которую она тут же юркнула, удивляясь собственной ловкости и смелости.

Его возбужденная плоть была горячей и бархатной на ощупь. И до того твердой, что удивительно, как не лопнула. От стычки нежной ручки с мужской силой Митя гортанно застонал. Просунул ей в рот свой язык и жадно погладил нёбо. Затем все-таки твердо сжал ее ладонь сквозь ткань брюк и завершил поцелуй.

— Ш-ш-ш, ты что творишь? — прошептал на ухо и подул в него, — горячий Рыжик, уймись, нам нельзя…

— Нам нельзя меч в ножны, а все остальное можно, — ответила и стрельнула взглядом, — так что убери свою руку!

— Какой меч? — тихо хихикнул.

— Митя, убери руку, добром прошу! Дай с человеком пообщаться! — сказала изо всех сил строго.

— Человеком? — хмыкнул, но руку убрал, чтоб тут же застонать, откинув голову на подушку.

Степка, наконец, смогла приступить к «знакомству»… И приступила… Для начала неторопливо провела ладонью по стволу, изучая размер. Изумилась, сцепила губы, чтоб самой не застонать. Пальцами прощупала кожу на яичках, сжала в руке, как бы взвешивая. Митя громко дышал сквозь стиснутые зубы, пока она осваивалась в его брюках.

Степка вновь поцеловала его, не прекращая ласкать рукой. Как могла, как ей подсказывал женский инстинкт. Проникла языком в рот, чтоб встретится с его языком, глубоко, чувственно потерлась о него.

Ладошка в штанах творила сумасшествие, сдавливала, гладила, оттягивала кожицу вниз, чтоб полностью обнажить вершину. Сжала ее в кулачке и словила ртом очередной стон удовольствия.

Губы в шальной схватке. Митя запустил пятерню ей в волосы и углубил поцелуй, врываясь языком внутрь, имитируя акт. Его сердце стучалось в ее ребра в неистовом ритме. Степка ощутила во рту привкус его пота, но он только добавил безумия в ее кровь. Она больше не смущалась и не робела. Ласкала его смело, дерзко, сильно. Мужчина излился в ее ладонь с протяжным стоном, напрягшись всем телом.