Чтение онлайн

— Это ты сейчас так думаешь, — ответил огневик и сосед покраснел, — но об этом позже. Пока я хочу рассказать мою историю, чтоб вы перестали считать меня врагом.

— Тебе придется постараться, — сказал Митя.

— Ой, пацан, моей роли не позавидуешь, так что не клейми раньше времени! — огневик сказал устало, растратив прежнюю браваду, — итак, когда мы со Светланой встретились, она возглавляла раскопки древнего поселений славян, которые поклонялись Числобогу. Там мы и обнаружили одно из его предсказаний, записанное верховным жрецом, которое в последствии расшифровали, как обряд новой Домовитки. И там говорилось обо мне. Об огненном муже, который проживет длинную жизнь, чтоб собрать знания и воплотить в жизнь его волю. О том, как станет он мужем три раза, отнимет силу трех Слагалиц, которая и продлит его век, — огневик умолк, но после сказанного у всех стал ком в горле и вопросов не последовало, — а затем, в четвертый раз, станет первым и последним супругом последней Слагалицы.

— В смысле? — встрепенулась Степанида, — это я последняя?

— Да, Нида.

— И больше нет ни одной? Совсем?

— Совсем. Ты последняя в буквальном понимании этого слова.

— Капец! Вот только этого мне не хватало! Налейте мне хоть кто-нибудь, выпить, а?

— Нравится вам это или нет, но мы должны это сделать. Кроме нас — некому.

— Подожди, Николай. Мне не понятно, почему ты не рассказал мне этого в самом начале отношений?

— Я не мог. Требовалось все сделать строго по пророчеству! — Николай подался вперед, — там расписан каждый шаг языком чисел. Твой возраст, когда мы познакомимся, количество лет, прожитых вместе, возраст, когда твоя сила набудет максимального подъема и когда тебя необходимо подтолкнуть к Дому. И ты же видишь, все получилось. Пророчество не врет!

— Какой возраст?

— Двадцать два — возраст принципиальности. Нумерологи его называют принципиальностью ради принципиальности. Мы познакомились, когда тебе было двадцать два. Верно? Одиннадцать — число энергии. Энергия ради энергии. Столько лет мы прожили вместе. И, наконец, тебе сегодня тридцать три года. А это число означает высшую степень любви. Это число отчаянного любовного призыва и принятия того, о чем ты сегодня узнала. Это единственный день, когда ты должна была узнать истину. Понимаешь, раньше я не мог… — сказал пылко, с надеждой на понимание.

— Ладно, допустим, — Степка пожевала щеку, — а почему я не ощущала к тебе, уж прости, но раз у нас такой откровенный диалог, эм, сексуального желания, которое испытываю к остальным? — спросила и даже не покраснела. Николай выдержал ее взгляд.

— Потому что мне много лет и я умею сдерживаться. Было не время для нашей близости.

— Но мы же…

— Нет, Нида, у нас с тобой никогда ничего не было! Ты бы запомнила! — он полоснул по ней таким огненным взглядом, что ей показалось, что на ней загорелось платье.

— Н-но…

— То, что ты помнишь — иллюзия.

— П-ф-ф! Зачем нам вообще надо было жить вместе, если мы не…

— Что бы я присматривал за тобой, не позволил растрачивать свои силы понапрасну. Ты же могла выйти замуж до этого времени, детей нарожать.

— Фу! Мерзость! — взвилась женщина, — звучит, словно я зверушка, живущая в клетке! Это огромный кусок моей жизни и ты говоришь, что его не было? — закричала она и зашвырнула в него бокалом. Николай поймал бокал и поставил его на пол.

— Она была, только та часть, в которой ты видела меня, была немного размытой. Вспомни, ты даже видела меня другим, нет?

— Да! — сказала зло, — ты был плешивым и с пузом!

— Ну вот, — улыбнулся, словно говорил с малым дитем, — сейчас, признай, я не такой. Теперь ты видишь меня настоящим.

— А еще ты носил семейки и у тебя… не стоял! — добавила мстительно. Улыбка Николая сошла с лица, он скрипнул зубами и ответил сквозь зубы:

— Мы не были вместе ни разу, то, что ты помнишь — навеянная иллюзия!

— А Маруся? Она мне тоже примерещилась?

— Нет, Мария реальна. Но у меня с ней никогда ничего не было и она не беременна. Ее появление было подстроено для того, чтоб из-за взрыва эмоций ты уехала в дедов дом. И тут — опять сработало. Стоило тебе ступить на порог, как Дом проснулся, женихи вон, набежали. Сбывается все, Нидушка. Прими это…

— Степанида, это похоже на правду, — вставила Матильда, до этого глотавшая каждое его слово.

— Так, подведу итог, — сказала хозяйка, даже не поглядев в сторону ведьмы, — ты явился и хочешь, чтоб мы стали жить вместе и провели некий обряд, после которого опять начнут… рождаться Слагалицы?

— Ну… грубо говоря, да.

— Я и семь мужиков? С каждым, как с законным мужем? Уточняю на всякий случай, вдруг не так поняла?

— Ты все правильно поняла!

— Фиг тебе! — Степанида поднялась на ноги, скрутила Николаю фигуру из трех пальцев и добавила, — а теперь убирайся. Пожалуйста, уходите все! — добавила не глядя ни на кого.

— Нида, не глупи! — сказал огневик.

— Степанида, ты относишься безответственно к своей роли, так нельзя! — подскочила Матильда.

— И вам фиг! — Степка скрутила другой рукой дулю и ведьме, — уходите из моего дома, утомили!

— Успокойся, здесь все взрослые люди…

— Так, ладно! Оставайтесь, уйду я. Но, чтоб через десять минут духу вашего здесь не было! — она развернулась к женихам и протараторила: — извините, что так получилось, спасибо вам всем за подарки, но в данный момент я не могу и не хочу никого видеть! Никита, тебе особое спасибо! — развернулась на каблуках и выбежала из комнаты, никто не успел ничего ответить. На пороге остановилась и добавила: — Конопатка, если не уйдут сами, через десять минут выстави до единого за дверь!

«Где сердце лежит, туда и ноги несут»

— Дуру нашел, на групповушку согласную, ага щаз-з-з! — ворчала Степанида вприпрыжку да на каблуках, вышагивая в сторону единственного места, в котором всегда обретала спокойствие — Поляну. Не замечая непогоды, закутавшись лишь в подаренную Славиком шаль, в стадии крайнего возбуждения, согревающего лучше шубы, — не-е-е-е-т, никогда! Да и вообще, быть такого не может! Семь мужиков на одну бабу? В нашем обществе? П-ф-ф-ф! Бред! Да хоть по пять откатов в день, не-е-е!

Вступила в лужу, промочила ноги, но даже не притормозила.

— Да за кого он меня принимает? Я ему что, интердевочка??? — Степка распалялась все больше, — да чтоб семь мужиков удовлетворить, никаких сил не хватит, меня пот прошибал от Гора с его медведем, а тут… — от злости едва мостик не пропустила, — пусть другую дуру ищет! Синяя Борода, блин! Убивец Слагалиц, вот он кто!

Мысли прыгали от одной детали Колиного рассказа, к другой, толком нигде не задерживаясь.

— Да чхать я хотела на его Числобога! Пророчество он, видите ли написал! Он писал, а мне с кучей мужиков тра…***! Бегу, волосы назад! Не-е-е-е! Все, завязываю я с этими женихами, задолбало все! Куплю вибратор и буду счастлива! Хватит, все! Баста! И как я сразу не догадалась, откаты гасить, мужик не нужен! Все надоели, до единого! Один психует, второй ревнует, платье ему мое нравится, третий сектанткой обозвал. Да пошли вы все, мне без вас лучше будет! — Степанида добралась наконец до заветной Полянки, скинула испорченные туфли и прямо в одежде рухнула в теплую траву и сразу заснула.