Чтение онлайн

–  Мистер Булеро, - спокойно сказал охранник, возвращая ему удостоверение, - мистер Элдрич ждет вас. Прошу следовать за мной.

Его тут же сменил другой охранник, который начал проверять документы журналистов.

Обеспокоенный, Булеро двинулся следом за первым охранником по герметичному и приятно подогретому коридору в сторону владений Палмера Элдрича.

Внезапно перед ним вырос очередной охранник в форме и, подняв руку, направил на Лео что-то маленькое и блестящее.

–  Эй, - слабо запротестовал Лео, остановившись как вкопанный. Он повернулся, опустил голову и сделал несколько неуверенных шагов в обратном направлении.

Луч какого-то неизвестного излучения ударил ему в спину;

Лео рухнул как подкошенный.

Придя в себя, он обнаружил - полный абсурд!
– что его привязали к стулу, стоящему в пустой комнате. В голове у него шумело. Тупо оглядевшись вокруг, он увидел только маленький столик, на котором стояло какое-то электронное устройство.

–  Выпустите меня отсюда, - сказал Лео.

–  Здравствуйте, мистер Булеро, - отозвалось устройство.
– Я - Палмер Элдрич. Насколько я понял, вы хотели меня видеть.

–  Это жестоко, - сказал Булеро.
– Меня оглушили и связали.

–  Курите, пожалуйста.

Электронное устройство протянуло ему зажим, в котором торчала длинная зеленая сигара. На конце сигары вспыхнул огонек, и щупальце вытянулось в его сторону.

–  Я вез с Проксимы десять ящиков таких сигар, но после катастрофы уцелел только один. Это не табак; это значительно лучше табака. Ну, в чем дело, Лео? Чего ты хочешь?

–  Ты здесь, в этой коробочке, Элдрич?
– спросил Булеро.
– Или ты где-то в другом месте и она только передает твои слова?

–  Угощайся, - сказал голос из стоявшего на столике металлического ящичка, все еще протягивавшего зажим с зажженной сигарой. Потом щупальце втянулось, сигара погасла и бесследно исчезла внутри.
– Может, ты хочешь посмотреть слайды о моем пребывании в системе Проксимы?

–  Ты, наверное, шутишь.

–  Нет, - ответил Палмер Элдрич.
– Ты бы получил некоторое представление о том, на что я там наткнулся. Это очень хорошие трехмерные снимки.

–  Нет, спасибо.

–  Мы нашли стрелочку, вшитую в твой язык, - сказал Элдрич, - и удалили ее. Однако подозреваем, что у тебя есть еще кое-что.

–  Вы прилагаете слишком много усилий, - сказал Лео.
– Больше, чем я заслуживаю.

–  За эти четыре года на Проксиме я многому научился. Шесть лет полета, четыре там. Проксы собираются напасть на Землю.

–  Издеваешься, - сказал Лео.

–  Я понимаю твою реакцию, - сказал Элдрич.
– ООН, а в особенности Хейберн-Гилберт тоже реагировала так же. Однако это правда. Конечно, напасть не в прямом смысле, но неким более изощренным способом, которого я не могу понять, хотя долго жил среди них. Насколько я знаю, это как-то связано с потеплением климата Земли. А может, еще хуже.

–  Давай поговорим о том лишайнике, который ты привез с собой.

–  Я получил его нелегально; проксы об этом не знали. Они используют его во время религиозных оргий, так же как наши индейцы использовали мескалин и пейотль. Ты из-за этого хотел меня видеть?

–  Именно. Ты встал у меня на пути. Я знаю, что ты уже организовал конкурирующую фирму, не так ли? Что за чушь, будто проксы собираются напасть на Солнечную систему; это ты угрожаешь мне своими действиями. Ты не можешь найти себе какое-нибудь другое поле деятельности, кроме наборов?

Комната закружилась у него перед глазами. Его захлестнул поток ослепительно белого света, и Лео зажмурился. "Господи, - подумал он.
– Я и так не верю в этих проксов; он просто пытается отвлечь мое внимание от своих подлинных намерений. По-моему, это его стратегия".

Он открыл глаза и обнаружил, что сидит на траве. Рядом какая-то девочка забавлялась йо-йо.

–  Эта игрушка, - сказал Лео Булеро, - пользуется, популярностью в системе Проксимы.

Он обнаружил, что его руки и ноги свободны, неуверенно встал и пошевелил ими.

–  Как тебя зовут?
– спросил он.

–  Моника, - ответила девочка.

–  Проксы, - сказал Лео, - по крайней мере гуманоиды, носят парики и вставляют искусственные челюсти.

Лео схватил прядь пушистых светлых волос девочки и потянул.

–  Ай!
– вскрикнула девочка.
– Ты нехороший. Он отпустил ее. Она отступила на шаг, не переставая играть с йо-йо и недоверчиво поглядывая на него.

–  Извини, - пробормотал он. Эти светлые волосы были настоящими. Возможно, он не в системе Проксимы. Во всяком случае, где бы он ни находился, Палмер Элдрич пытался ему что-то сказать.
– Вы собираетесь напасть на Землю?
– спросил Лео у девочки.
– Я хочу сказать, что на это не похоже.

"Мог ли Элдрич ошибаться?
– думал он.
– Не правильно понять проксов?" В конце концов, насколько он знал, Палмер Элдрич не эволюционировал и не обладал мощным, высокоразвитым мозгом - результатом Э-Терапии.

–  Мое йо-йо, - сказала девочка, - волшебное. Я могу сделать все, что захочешь. Чего бы ты хотел? Скажи, ты мне нравишься.

–  Отведи меня к своему вождю, - сказал он.
– Это из старого анекдота, ты не поймешь. Ему лет сто.

Он огляделся вокруг и не заметил никаких следов человеческого присутствия, только травянистую равнину. "Слишком холодно для Земли, - подумал он.
– Голубое небо над головой. Хороший воздух. Плотный".

–  Тебе меня не жаль?
– спросил он.
– Сейчас Палмер Элдрич врывается на мой рынок, а когда ему это удастся, я буду разорен. Мне придется заключить с ним какой-то договор.
– "Похоже, однако, - угрюмо подумал он, - что убить его мне не Удастся".
– Вот только я не могу придумать никаких условий, на которые он бы согласился. Кажется, в его руках все карты. Смотри, например, как он меня сюда закинул. Я даже не знаю, где я.

Впрочем, это и так не имело значения. Где бы он ни находился, это место наверняка контролировалось Элдричем.

–  Карты, - сказала девочка.
– У меня есть колода карт в чемоданчике.

Никакого чемоданчика он не видел.

–  Где?

Присев, девочка в нескольких местах коснулась травы. Трава бесшумно раздвинулась; Моника сунула в образовавшееся отверстие руку и вытащила чемоданчик.

–  Я его здесь прячу, - объяснила она, - от спонсоров.

–  Что это значит: "спонсоры"?

–  Ну, чтобы здесь быть, надо иметь спонсора. У каждого из нас он есть. Я думаю, они платят за все, пока мы не поправимся. Тогда мы сможем вернуться домой - если он у нас есть.