Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Стихи

Рождественский Роберт Иванович

Шрифт:

1962

Алёшкины мысли

1 Значит, так: завтра нужно ежа отыскать, до калитки на левой ноге проскакать, и обратно — на правой ноге — до крыльца, макаронину спрятать в карман (для скворца!), с лягушонком по-ихнему поговорить, дверь в сарай самому попытаться открыть, повстречаться, побыть с дождевым червяком, — он под камнем живёт, я давно с ним знаком… Нужно столько узнать, нужно столько успеть! А ещё — покричать, посмеяться, попеть! После вылепить из пластилина коня… Так что вы разбудите пораньше меня! 2 Это ж интересно прямо: значит, у мамы есть мама?! И у этой мамы — мама?! И у папы — тоже мама?! Ну, куда не погляжу, всюду мамы, мамы, мамы! Это ж интересно прямо!.. А я опять один сижу. 3 Если папа бы раз в день залезал бы под диван, если мама бы раз в день бы залезала под диван, если бабушка раз в день бы залезала под диван, то узнали бы, как это интересно!! 4 Мне на месте не сидится. Мне — бежится! Мне — кричится! Мне — играется, рисуется, лазается и танцуется! Вертится, ногами дрыгается, ползается и подпрыгивается. Мне — кривляется, дурачится, улыбается и плачется, ёрзается и поётся, падается и встаётся! Лично и со всеми вместе к небу хочется взлететь! Не сидится мне на месте… А чего на нём сидеть?! 5 "Комары-комары-комарики, не кусайте меня! Я же — маленький!.." Но летят они, и жужжат они: "Сильно сладкий ты… Извини". 6 Со мною бабушка моя, и, значит, главный в доме — я!.. Шкафы мне можно открывать, цветы кефиром поливать, играть подушкою в футбол и полотенцем чистить пол. Могу я есть руками торт, нарочно хлопать дверью!.. А с мамой это не пройдёт. Я уже проверил. 7 Я иду по хрустящему гравию и тащу два батона торжественно. У меня и у папы правило: помогать этим слабым женщинам. От рождения крест наш таков… Что они без нас — мужиков! 8 Пока меня не было, взрослые чего только не придумали! Придумали снег с морозами, придумали море с дюнами. Придумали кашу вкусную, ванну и мыло пенное. Придумали песню грустную, которая — колыбельная. И хлеб с поджаристой коркою! И ёлку в конце декабря!.. Вот только лекарства горькие они придумали зря! 9 Мой папа большой, мне спокойно с ним, мы под небом шагаем всё дальше и дальше… Я когда-нибудь тоже стану большим. Как небо. А может, как папа даже! 10 Все меня настырно учат — от зари и до зари: "Это — мама… Это — туча… Это — ложка… Повтори!.." Ну, а я в ответ молчу. Или — изредка — мычу. Говорить я не у-ме-ю, а не то что — не хочу… Только это всё — до срока! День придёт, чего скрывать, — буду я ходить и громко всё на свете называть! Назову я птицей — птицу, дымом — дым, травой- траву. И горчицею — горчицу, вспомнив, сразу назову!.. Назову я домом — дом, маму — мамой, ложку — ложкой… "Помолчал бы ты немножко!.." — сами скажете потом. 11 Мне сегодня засыпается не очень. Темнота в окно крадётся сквозь кусты. Каждый вечер солнце прячется от ночи… Может, тоже боится темноты? 12 Собака меня толкнула, и я собаку толкнул. Собака меня лизнула, и я собаку лизнул. Собака вздохнула громко. А я собаку погладил, щекою прижался к собаке, задумался и уснул. 13 В сарай, где нету света, я храбро заходил! Ворону со двора прогнал отважно!.. Но вдруг приснилось ночью, что я совсем один. И я заплакал. Так мне стало страшно. 14 Очень толстую книгу сейчас я, попыхтев, разобрал на части. Вместо книги толстой возник целый поезд из тоненьких книг!.. У меня, когда книги читаются, почему-то всегда разлетаются. 15 Я себя испытываю — родителей воспитываю. "Сиди!.." — а я встаю. "Не пой!.." — а я пою. "Молчи!.." — а я кричу. "Нельзя!.." — а я хо-чу-у!! После этого всего в дому что-то нарастает… Любопытно, кто кого в результате воспитает? 16 Вся жизнь моя (буквально вся!) пока что — из одних "нельзя"! Нельзя крутить собаке хвост, нельзя из книжек строить мост (а может, даже — замок из книжек толстых самых!) Кран у плиты нельзя вертеть, на подоконнике сидеть, рукой огня касаться, ну, и ещё — кусаться. Нельзя солонку в чай бросать, нельзя на скатерти писать, грызть грязную морковку и открывать духовку. Чинить электропровода (пусть даже осторожно)… Ух, я вам покажу, когда всё-всё мне будет можно! 17 Жду уже четыре дня, кто бы мне ответил: где я был, когда меня не было на свете? 18 Есть такое слово — "горячо!" Надо дуть, когда горячо, и не подходить к горячо. Чайник зашумел — горячо! Пироги в духовке — горячо!.. Над тарелкой пар — горячо!.. …А "тепло" — это мамино плечо. 19 Высоко на небе — туча, чуть пониже тучи — птица, а еще пониже — белка, и совсем пониже — я… Эх бы, прыгнуть выше белки! А потом бы — выше птицы! А потом бы — выше тучи! И оттуда крикнуть: "Э-э-э-эй!!" 20 Приехали гости. Я весел и рад. Пьют чай эти гости, едят мармелад. Но мне не дают мармелада. … Не хочется плакать, а — надо! 21 Эта песенка проста: жили-были два кота — чёрный кот и белый кот — в нашем доме. Вот. Эта песенка проста: как-то ночью два кота — чёрный кот и белый кот — убежали! Вот. Эта песенка проста: верю я, что два кота — чёрный кот и белый кот — к нам вернутся! Вот. 22 Ничего в тарелке не осталось. Пообедал я. Сижу. Молчу… Как же это мама догадалась, что теперь я только спать хочу?! 23 Дождик бежит по траве с радугой на голове! Дождика я не боюь, весело мне, я смеюсь! Трогаю дождик рукой: "Здравствуй! Так вот ты какой!.." Мокрую глажу траву… Мне хорошо! Я — живу. 24 Да, некоторые слова легко запоминаются. К примеру, есть одна трава, — крапивой называется… Эту вредную траву я, как вспомню, так реву! 25 Эта зелень до самых небес называется тихо: Лес-с-с… Эта ягода слаще всего называется громко: О-о-о! А вот это косматое, чёрное (говорят, что очень учёное), растянувшееся среди трав, называется просто: Ав! 26 Я только что с постели встал и чувствую: уже устал!! Устал всерьёз, а не слегка. Устала правая щека, плечо устало, голова… Я даже заревел сперва! Потом, подумав, перестал: да это же я спать устал! 27 Я, наверно, жить спешу, — бабушка права. Я уже произношу разные слова. Только я их сокращаю, сокращаю, упрощаю: до свиданья — "данья", машина — "сина", большое — "шое", спасибо — "сиба"… Гости к нам вчера пришли, я был одет красиво. Гостей я встретил и сказал: "Данья!.. Шое сиба!.." 28 Я вспоминал сегодня прошлое. И вот о чём подумал я: конечно, мамы все — хорошие. Но только лучше всех — моя! 29 Виноград я ем, уверенно держу его в горсти. Просит мама, просит папа, просит тетя: "Угости!.." Я стараюсь их не слышать, мне их слышать не резон. "Да неужто наш Алеша — жадный?! Ах, какой позор!.." Я не жадный, я не жадный, у меня в душе разлад. Я не жадный! Но попался очень вкусный виноград!.. Я ни капельки не жадный! Но сперва наемся сам… …Если что-нибудь останется, я всё другим отдам!

?

Биография

Рождественский Роберт Иванович (1932–1994) (настоящая фамилия — Петкевич) русский поэт, публицист. Родился 20 июня 1932 в селе Косиха — районном центре на Алтае. Отец его — Станислав Никодимович Петкевич — потомок ссыльных поляков. Мальчик запомнил об отце немного, так как в 1937 году родители разошлись. А в 1941 отец ушёл добровольцем на фронт и вскоре погиб. Мать, Вера Павловна, накануне войны окончила Омский медицинский институт и сразу ушла на фронт военным врачом. Роберт остался с бабушкой. В июле 1941 в "Омской правде" появилось небольшое стихотворение, написанное школьником — Робертом Петкевичем. Свой первый — девятирублёвый — гонорар Роберт перечислил в Фонд обороны.

Его военное детство мало чем отличалось от того, что испытывали его ровесники — мальчишки и девчонки той поры: голод, холод, ожидание писем с фронта, страх за родителей.

Затем — учёба в военно-музыкальном училище, но будущему поэту удалось закончить лишь первый его курс. Летом сорок пятого приехали родители — мать и отчим — и увезли его с собой. Роберт был усыновлён офицером, у него появился отец, которого он сразу полюбил. Семье часто приходилось переезжать с места на место. Сначала это был Кенигсберг, потом Каунас, затем Таганрог, потом Вена. Самое сложное для поэта было менять школы, а значит, товарищей, компании. Нелегко было этому застенчивому, с дефектом речи, парню знакомиться с новыми товарищами, быть вечным новичком.

Заканчивать школьное обучение Роберту пришлось в Ленинграде. Он мечтал о Московском Литературном институте. И в 1951 году его мечта осуществилась — он первокурсник Литинститута. Молодой поэт сразу же окунулся в атмосферу литературных споров, коридорных дискуссий, дружеских застолий.

Тогда здесь учились Евгений Евтушенко, Расул Гамзатов, Григорий Бакланов, Владимир Соколов. С ними будущий поэт познакомился, подружился. Здесь в 1953 году Роберт встретил свою первую и единственную любовь, студентку отделения критики Аллу Кирееву, будущую жену. Ему было 21 год, а Алле 20. Первокурсницу Кирееву, как он позже вспоминал, приходилось на комсомольском бюро прорабатывать за курение. Вот и допрорабатывался до того, что пришлось отправиться в ЗАГС. Невозможно кажется подсчитать, сколько у Рождественского стихотворений посвящено любимой. Где бы ни был поэт, мысль его неизменно возвращается к родному дому. Он обращается к любимой из Америки в стихотворении "Оттуда" и с дрейфующей льдины ("Я уехал от весны"), с целины ("Ожидание"). Он не просто тоскует — он уверен, что и любимая его тоже ждёт, тоже неспокойна. И эта мысль помогает ему переносить и разлуку и невзгоды.

В 1952 году стихи Рождественского печатаются в журнале "Смена", а несколько позже появляются и в других центральных изданиях. Первая книга стихов Рождественского "Флаги весны" вышла в 1955 году в Петрозаводске, а через год в Москве был издан второй сборник "Испытание". Затем поэтические сборники стали выходить с регулярностью движения поездов, — их насчитывается более семидесяти.

Поэт много и легко печатался. Он объездил весь мир, практически никогда не нуждался материально. Популярность огромная: книги расхватывались, творческие вечера при полных залах, государственные премии. Рождественский читал любому, кто умел и хотел слушать! От строителей БАМа до академиков. От физиков до лириков. Он чутко улавливал вызовы времени, другими ещё не услышанные. Поэтому он так остро чувствовал свою обязанность перед поэзией — вернуть ей имена всех незаслуженно забытых поэтов. Именно Рождественский возглавил комиссию по литературному наследию Владимира Высоцкого при Союзе писателей. Возвращение Цветаевой в отечественную литературу тоже случилось во многом благодаря его усилиям: поэт помог открыть в Москве её Дом-музей. Он работал в игровом и анимационном кино. Был членом жюри 26-го и 32-го МКФ в Канне (1973, 1979). Роберта Рождественского несколько раз награждали премиями: 1970 год — поэт получает премию Московского комсомола, 1972 год — присуждение премии Ленинского комсомола, а в 1979 году Роберт Рождественский удостоен Государственной премии.

Ему было не безразлично, что происходит в его стране, поэтому в 1993 году Роберт Иванович вместе с единомышленниками подписывает "письмо 42-х", адресованное Борису Ельцину. Авторы письма требуют запретить коммунистические и националистические партии, оппозиционные демократическому курсу.

К концу жизни откровения даются многим. Но не все способны ими распорядиться. Роберту Рождественскому этот дар был дан сполна. Будучи тяжело больным, уединившись в Переделкино, поэт создал лучшую свою лирику, которая впоследствии и составила редкий по своей пронзительности и жизнелюбию сборник "Последние стихи Роберта Рождественского", который вышел в печать в 1994 — после смерти поэта. Умер Роберт Рождественский от инфаркта 19 августа 1994 года. Похоронен на кладбище в Переделкино под Москвой.

Рождественский Роберт Иванович родился 20 июня 1932 в селе Косиха Алтайского края в семье военнослужащего. В девять лет оказался в детском доме — родители ушли на фронт. После окончания школы поступил в Петрозаводский университет, где начинает писать стихи (первые напечатаны в 1950). Оставляет университет ради Литературного института им. М. Горького (окончил в 1956).

За время учёбы в институте выпустил в свет сборники стихов "Флаги весны" (1955) и "Испытание" (1956); напечатал поэму "Моя любовь" (1955).

Затем последовали другие поэтические сборники: "Дрейфующий проспект" (1959); "Ровеснику" и "Необитаемые острова" (1962); "Радиус действия" (1965); "Посвящение" (1970); "За двадцать лет" (1973) и др.

Высокая гражданственность поэзии Р. Рождественского привлекает внимание различных изданий и издательств. На его стихи пишутся популярные песни: "Стань таким", "Песня неуловимых мстителей", "Огромное небо" и многие другие.

В 1971 выходит книга путевых очерков "И не кончается земля".

В 1980-е выходит ряд его поэтических сборников: "Голос города", "Семь поэм", "Выбор", "Стихи, баллады, песни", "Друзьям", "Возраст" и др.

В 1990-е опубликовал сборники стихов "Бессонница" (1991), "Пересечение" (1992), стихи для детей — "Алёшкины мысли" (1991).

Умер Р. Рождественский 19 августа 1994. После смерти поэта вышел сборник "Последние стихи Роберта Рождественского".

Отец — офицер, мать — военный врач. Учился сперва на филологическом факультете Петрозаводского университета, затем, в 1951–1956 годах, в Литинституте им. Горького.

Когда я встретил его в 1952 году, он поразил меня тем, что, несмотря на сталинское время, знал на память множество в то время запрещённых стихов Б. Корнилова, П. Васильева. Несмотря на разницу характеров, мы подружились, выступая с чтением стихов в библиотеках и студенческих аудиториях вместе с Владимиром Соколовым, а поздней — с Ахмадулиной, Окуджавой, Вознесенским. Нас принимали восторженно, как первых весенних птиц после тяжёлой зимы. Мы были все очень разные и как поэты, и как люди, но почему-то считались поэтами одного направления. По образному выражению Вознесенского, мы были похожи на путников, шедших по совсем разным дорогам, но которых разбойники на перекрёстке дорог привязали к одному и тому же дереву.

Некоторые стихи Рождественского декламационно-либерального содержания были характерны для наших надежд во время весьма короткой оттепели при Хрущеве. Всем нам казалось, что стоит расправить крылья — и мы полетим. Но наступила, по выражению Рождественского, "нелётная погода".

Он написал огромное количество песен, многие из которых стали весьма популярными. Но это была уже популярность иного рода, чем та, когда мы читали вместе на лестнице университета.

<
Поделиться с друзьями: