Чтение онлайн

Пока Грета отсутствовала, налаживая хрупкий мир между Долинами, в Дилариуме кипела подготовка к церемонии. Её решили провести в дальней части города, которой я и не видела никогда: столица оказалась огромна, а времени на её полное исследование у нас не находилось. Поэтому, когда выпал шанс, неунывающий отряд Богдана потащил нашу менее пропитанную энтузиазмом четвёрку помогать в подготовке. Только вот от нашей помощи все отказались. Может, считали, что люди, призвавшие в этот мир Святого Ангела, не осилят распаковку и сортировку плавающих свечей? Как бы там ни было, хоть посмотреть разрешили.

– Вот так живёшь тут, живёшь, а только под конец узнаешь, что в Дилариуме есть набережная, — задумчиво проговорил Глеб, когда мы сидели на скамейке, стоящей на небольшом возвышении, и разглядывали снующих туда-сюда миртранцев.

Оказывается, в город частично заруливала Ашьола, образуя небольшой залив. Вдоль него тянулась прогулочная дорога из светло-бежевой брусчатки, ступеньками уходящая в воду. Это самая широкая лестница, которую я когда-либо видела, — размером со всю набережную. Сейчас здесь с небольшими интервалами ставили деревянные ограждения, дабы выход к воде из сплошного превратился в частичный. Наверное, чтобы систематизировать скорбящую толпу: к заливу будут подходить группами, а не сплошняком. Мало ли, вдруг ещё задавят друг друга или в воду столкнут, людские массы, они такие. Даже сейчас, когда еще не было и полудня, к набережной уже начали стекаться миртранцы, причём не только жители столицы.

Мы взирали на набережную с небольшого холма, который присмотрели себе после неудачной попытки оказать помощь в подготовке. Тут целенаправленно была создана небольшая зона отдыха для хорошего обзора, заставленная изящными скамейками. Видимо, она всегда здесь существовала, не появилась по случаю церемонии, а была частью, так сказать, ландшафтного дизайна набережной. Надоело гулять по ступеням вдоль реки — ушёл посидеть на холме с хорошим видом на цветастые поля, украшающие противоположный берег. Странно, что не было ни одной лодочки, даже самой захудалой. И пляжей тоже. Хотя, судя по зданию, стоявшему далеко слева, в начале набережной, можно предположить, что эта территория создана не для прогулок, а с целью проведения религиозных праздников и церемоний.

Небольшое здание, странным образом напоминающее наполовину храм, наполовину — маяк, белой конусообразной крышей тянулось вверх. Стены из аскетичного серого камня, на всех трех этажах — гигантские овальные витражные окна. Непонятное сооружение называлось Обителью памяти, но местные дети, вовсю обсуждавшие церемонию последнюю пару дней, называли его просто башней. Видимо, здание такого типа в Дилариуме стояло одно, иначе возникала бы путаница в том, о какой именно башне идёт речь.

– Интересно, что сегодня будет? — ни к кому не обращаясь, спросила Эрика.

– Могу предположить, что запуск свечей по воде, — с лёгкой иронией ответил Ян, махнув рукой в сторону наших ровесников, активно распаковывающих множество коробок с маленькими белыми свечками в форме четырехконечной звезды. Как же сильно этот мир связан с символами.

– Но должно же быть что-то ещё, — не унималась подруга. — Какая-то это слишком простая церемония для магического мира.

– Уж лучше бы просто пустили свечи по воде, и все, — раздосадованно возразил Максим, нервно дергая кожаную нитку браслета, подаренного восторженной фанаткой пару дней назад.

– Сильно волнуешься? — шёпотом поинтересовалась я, стараясь не привлекать внимание друзей, а то Максим и так был не рад внезапно возникшему интересу к своей персоне.

– Я бы не сказал, что это волнение. Я в ужасе, — мой любимый командир нервно улыбнулся. — И не потому, что мне предстоит выступать перед тысячами миртранцев. Я просто не знаю, что им говорить.

– Ты ведь вроде хотел заранее план набросать.

– Хотеть-то хотел, но как заранее подготовить речь для стольких слушателей, чьи жизни были неисправимо покалечены? Что бы ни придумал, выходит то слишком пафосно, то слишком глупо. Буду импровизировать, — Макс удрученно вздохнул.

– Я в тебя верю, — шепнула я, целуя его в щеку.

– Больше, чем я в себя.

– Для этого мы и нужны друг другу, разве нет?

Прильнув к плечу самого прекрасного брюнета на свете, я наблюдала за тем, как слева от нас на соседнем холме, расположенном чётко посредине набережной и делящем её пополам, готовили своеобразную “сцену” для выступающих. По словам Мисы, первой речь произнесет Грета, затем представит нам нового Правителя Горной Долины, который тоже скажет пару слов, а следом от лица всех Защитников Миртрана к людям обратится Максим. Дальше должна начаться сама церемония, суть которой Ян уже отгадал. В целом, ничего мудреного и напыщенного, что очень меня порадовало. С каждым новым днем после завершения войны Миртран кажется мне все более невыносимым: слишком много магии, непривычных красок, ритуалов, слов… Он стал походить на чересчур приправленное специями блюдо, которое сначала показалось необычным и вкусным, а потом ты осознаешь, что твой организм не может его переварить. Может, этот мир казался чудесным и невероятным, только когда во мне жила Стихия? Чувствую себя опустошенным и теперь не нужным этому миру сосудом. Да и к черту его.

– Не желаете немного отдохнуть перед церемонией? — раздалось где-то наверху. Восемь голов синхронно повернулись на звук и увидели Николая.

– Именно этом мы и занимаемся как бы, — недоуменно ответил Данила. Хранитель улыбнулся.

– Я имел в виду храм, где вас никто не потревожит.

– Нас и тут никто не тревожит, — усмехнулась я. — Выгнали отовсюду, отказались от помощи, и теперь мы сидим на скамеечке, как немощные старики. Ой, подождите, вы же были в составе делегации с Гретой! Значит, все уже вернулись? Вместе с новым Правителем? — я почему-то перешла на шёпот, хотя нас определённо было некому подслушивать.

– Именно так. Не смотри на меня своим горящим взором, Ника, вы увидите его не раньше, чем все остальные жители Дилариума. А сейчас я все же советую вам вернуться в храм. До начала церемонии осталось несколько часов, а вам нужно подготовиться.

– Каким образом? — насторожился Ян, нервно покосившись на Макса. Никак решил, что командир уговорил Хранителей выдвинуть для произнесения речи его блондинистую кандидатуру.

– Ничего необычного, просто немного отдохнуть, перекусить, переодеться и приготовиться к постоянному вниманию тысяч миртранцев.

– Н-да, к такому действительно не мешало бы подготовиться, — вздохнул Богдан.

Я даже не заметила, как пролетели эти несколько часов. Мы так устали, добираясь до храма сквозь толпы вновь прибывающих людей, что поначалу вообще не хотели ни к чему готовиться. Но, естественно, это было непозволительно. Проглотив обед, вкуса которого даже не почувствовали от нарастающего волнения, облачились в приготовленные костюмы. Светло-серая, практически белая одежда оказалась копией формы Воинов, только без отличительных знаков. Честно говоря, я ожидала темно-коричневые балахоны, которые обычно надеваются здесь в знак траура, но, видимо, сегодняшнее прощание было чем-то иным. Дрожащими руками воткнув последнюю шпильку в тугой пучок на затылке, я вышла из комнаты и направилась в общий зал, где наверняка уже все собрались. Встретив по пути Эрику, усмехнулась от нашей девчачьей нерасторопности, ибо все ребята уже действительно были готовы. Выглядели мы странно, как какой-то космический десант, а не бывшие маги, но в Миртране ничему нельзя удивляться, верно?

Когда уже намеревались выйти на улицу, нас окликнул тот самый Хранитель, проводивший меня к целительнице после боя с грушей. Где-то рядом слишком резко выдохнул Макс: наверное, и ему эти ярко-зелёные глаза показались очень знакомыми.

– Стойте, не уходите. Мы решили, что вам будет спокойнее, если вы сразу перенесётесь к Обители памяти.

– Спокойнее? А что, местные жители могут нас разорвать по дороге? — напрягся Сеня. — Вроде они не похожи на безумных фанатиков.

– В основном — нет, но бывает всякое, — уклончиво и совершенно не обнадеживающе ответил Хранитель. — Вот, возьмите.