Чтение онлайн

— Замрите! — внезапно крикнул он. От резкой команды я, уставшая и злая, потеряла равновесие и плюхнулась на сырую — а местами выжженную — траву. Максим же просто остановился, стараясь даже дышать незаметно. На какое-то мгновение я позавидовала такой реакции.

Мы недоуменно посмотрели на Глеба, ожидая объяснений, но он открывал и закрывал рот, словно рыба. По-видимому, друг хотел что-то сказать, но не мог. Пока я над этим думала, заметила еще одну вещь: лесные существа тоже не двигались. Казалось, что они смотрят на нас, но в то же время взгляд пустых и бездонных, как черная дыра, глаз направлен сквозь нас. Жуткое ощущение от их взгляда не проходило, и теперь я уже сама боялась пошевелиться. Что за черт?

Мое внимание внезапно привлекли слова, произвольно вырезающиеся на коре неизвестного мне дерева. Я присмотрелась повнимательнее.

"Они слепые. Реагируют на шум и движение", — гласила надпись на шершавом стволе. Я изумленно округлила глаза, сначала посмотрев на Глеба, потом на Макса и уже затем на наших, как оказалось, слепых противников. Надо же, они ничего не видят, а мы их одолеть не можем. Если так будет продолжаться и дальше, вскоре моя самооценка станет по-соседски здороваться с плинтусом. Рядом с деревом, в воздухе, появились полупрозрачные буквы из воды. "И что же нам делать?", — спрашивала я друзей, так как самой в голову совсем ничего не приходило. Через несколько секунд к нашим словам стали добавляться огненные символы. Отличная у нас тут переписка, однако. Но вместо ожидаемых нами слов огонь нарисовал в воздухе ржущую рожицу. Смайлик?! Смешно, значит, Максиму! Глеб беззвучно засмеялся, стараясь не привлекать внимания лесных представительниц матриархата. От внезапно окружившего их пламени я подпрыгнула на месте, но снова замерла, очень не желая быть замеченной агрессивными созданиями. Те мгновенно зашипели, усиленно вертя головами в поисках нас, но безуспешно. Честно говоря, мне даже стало их немного жаль, потому что в их шипении, кроме злости и агрессии, отчетливо можно было разобрать страх и боль. Во мне боролись желание попросить Максима прекратить пытки и нежелание снова вступать в схватку с грациозными убийцами. Первое пересилило второе, и я потушила огонь без разрешения его хозяина. Тот недовольно нахмурил брови. Я не могла понять, что наш театр мимики и жестов вызывал во мне сильнее: смех или раздражение. Вот бы сейчас сюда вторую четверку с их телепатией! Хотелось посоветоваться с друзьями по поводу дальнейшей судьбы зеленых девиц. В этот момент я почувствовала слабое, еле заметное дуновение ветерка в спину и медленно обернулась, все еще, кстати, сидя на холодной траве. Эрика, вся в ссадинах и порезах, парила в воздухе в нескольких сантиметрах над землей. Значит, она тоже старается не шуметь, догадавшись о природе лесных ведьм. Я развела руками, объясняя, что понятия не имею, как дальше поступить с врагом. Подруга едва заметно кивнула, понимая нашу озадаченность, и дикарки мгновенно стали задыхаться. Да что же это такое! Не команда по спасению мира, а собрание живодеров какое-то! Из всех нас только Глеб еще никого не пытал, по-моему. Грациозные нимфы-убийцы тем временем безуспешно глотали ртом воздух и хватались за горло. Вскоре они безжизненно рухнули на землю, а я, наоборот, в ужасе вскочила.

— Ты их убила? — охрипшим голосом спросила я, подойдя ближе к этим непонятным существам. Эрика наконец-то приземлилась, причем в объятия брата, который намеревался заняться исцелением девушки прямо сейчас.

— Нет, они живы, просто без сознания. Мы с тобой немного маньяки, ты не находишь? — с вымученной улыбкой спросила Эрика.

— Да не так уж и немного, — негромко пробормотала я, присев на корточки рядом с врагами и вслушиваясь в их дыхание. Дышат.

— Две оставшиеся сейчас тоже без сознания. Ну и быстрые же они, — пожаловалась девушка, глядя, как порезы на руках стремительно затягиваются. — Когда я была наверху, видела вдалеке поля сражений. Хотя нет, не сражений, наших Воинов там не было, только враги.

— Получается, мы уже на нейтральных территориях, занятых ими? Или вообще в Горной Долине? — удивленно спросил Глеб. — Неужели эти лесные дикарки охраняли границу?

— Не думаю, — ответил Максим, взъерошив свои волосы. — Но наверняка мы скоро до нее доберемся. Ты вообще веришь, что вот они, — Макс указал на лежащих существ, — могут служить кому-то?

— Может быть, это магическое принуждение? — предположила я, проведя рукой по шраму на щеке девушки. Как будто от хлыста.

— Мне кажется, они просто защищали свой лес, — предположила Эрика. — В них вообще мало что есть от человека, а вот животных повадок хоть отбавляй. Спасибо, Глеб, — поблагодарила она брата, осторожно дотронувшись до своего лица, и облегченно вздохнула, когда не почувствовала боли.

— Оставим их здесь и пойдем дальше, — распорядился огненный друг. — Не сомневаюсь, что скоро мы найдем признаки врагов или Горной Долины вообще.

— Я ничего такого не видела, — призналась подруга. — Только лес и Воинов вдалеке.

— Они вполне могут скрывать Долину, — задумчиво проговорила я, — используя магию. Поэтому я тоже за продолжение пути.

— Никто и не спорит, — согласился Глеб и посмотрел на зеленоволосых хищниц. С жалостью посмотрел. — Они просто защищали свой дом.

— Они еще спасибо нам потом скажут, когда мы остановим войну и устраним угрозу порабощения всего живого, — сказала я, поднимаясь и разминая затекшие мышцы.

— Если говорить научатся, — хмуро добавил Максим, бросая на лесных стражниц последний задумчивый взгляд.

Оказалось, что мы потратили слишком много времени на эти разборки, поэтому скоро количество солнечного света существенно уменьшилось. Обнаружив идеальную полянку для ночлега, мы с огорчением поняли, что это пустая точка.

— Мне плевать, я устала и никуда больше не пойду. Мы и без магии справимся, если что.

Угадайте, чьи это были слова.

— Ника, — вздохнул Максим, думая, что я поняла все, что он хотел обо мне сказать.

— Не боишься оставаться без магической защиты после того, как нас снова чуть не убили? — спросил Глеб, явно не желая быть незащищенным.

— Я вообще ничего не боюсь, разве ты забыл? — усмехнулась я. — Ну, правда, ребят, давайте тут останемся.

— А еду ты как будешь разогревать? Разведешь костер с помощью огнива? — усмехнулся лидер.

— К черту еду, я хочу спать.

— На чем, кстати? — уточнил Глеб, намекая на то, что мягкую постель он уже не соорудит.

— Да хоть на дереве! — взорвалась я. — Слушайте, не хотите тут оставаться, дело ваше. Можете идти дальше, а я буду спать.

— Еще один твой талант — говорить идиотские вещи, — пробормотал Максим, бросая рюкзак на землю. Больше за этот вечер не было сказано ни слова. Удача была на нашей стороне, и этой ночью нас никто не убил.

Проснулась я, как оказалось, позже всех. Парней не было, а Эрика что-то жевала, любуясь фиолетовыми цветами, свисающими с веток деревьев. Когда я поднялась, ее взгляд обратился ко мне.

— Доброе утро. Выспалась?

— Доброе. Ну, как сказать. Я замерзла и хочу есть, а в остальном все нормально, — честно ответила я, давая понять, что признаю свое вчерашнее дурацкое поведение.

— Возьми, — девушка протянула мне теплую коробочку с чем-то пахнущим картошкой.

— Как вы ее разогрели? — спросила я, уплетая завтрак за обе щеки.

— Недалеко есть нормальная зона, ребята уже там. Мы не хотели тебя будить, — слабо улыбнулась Эрика, срывая цветок. Тот, наверняка возмутившись таким жестоким обращением с собой, незамедлительно превратился в фиолетовую пыль. Эрика удивленно заморгала, что меня развеселило.

— Надеюсь, что здесь жестокое обращение с цветами не карается по закону, — усмехнулась я, закутываясь в плащ и яростно желая согреться, что пока не очень получалось.

— Будем надеяться, что никто этого не видел. Пойдем к ребятам.

Парни действительно находились недалеко. Максим, увидев меня, съежившуюся от холода, слегка улыбнулся и, сняв свою накидку, надел ее мне на плечи. От нее шло поистине живительное тепло. Я растянулась в блаженной улыбке, чуть ли не заурчав.

— Спасибо.

— Должна будешь, — пошутил Макс и в который раз оглядел нашу компанию. — Теперь двигаемся дальше.

Сегодня до следующей остановки мы шли недолго. Буквально через час в ступор нас вогнала дорога, местами выложенная плитками, местами просто являющаяся утрамбованной землей. Я в изумлении посмотрела на этот отголосок цивилизации.

— Скажите мне, какого черта мы пробирались сквозь всевозможные заросли, когда здесь есть дорога?!

Ответа не последовало. Эрика посмотрела куда-то дальше и воскликнула еще громче меня: