Стокгольмский синдром
Шрифт:
Я помотала головой из стороны в сторону и постаралась придать своему лицу серьёзное выражение. Но это у меня никак не получалось: счастливая улыбка озаряла моё лицо тёплым светом.
– Ты покормил девочек?
– Да.
– Хорошо. Принеси карты, я немного умею играть.
– А гадать умеешь?
– Что?
– Гадать.
– Ах... гадать...
– Я улыбнулась.
– Да. Принеси карты, и я покажу твоё будущее!
Парень улыбнулся и скрылся за дверью. А я начала прокручивать в голове приятное, живое воспоминание.
В тот вечер небо заволокло тёмными непроницаемыми тучами, подул шквальный ветер. Я, Шейла и Чарли сидели в комнате под самой крышей, с покатым потолком и неровными стенами, в доме моей подруги. Никого, кроме нас, не было: мистер и миссис Шмидт уехали в гости к двоюродной тётке Шейлы. Подруга зажгла длинную восковую свечу и достала старые, потрёпанные карты, которыми ещё играл её папа. Чарли завесил шторы, а я выключила свет. Комнату освещала только пылающая свеча, стоящая в вертикальном положении в бокале с диковинным узором. Шейла взяла в руки карты и быстро перетасовала их. Я даже и не успевала следить за её движениями, так быстро подруга управлялась с картами. Потом Шейла разложила шесть карт рубашкой вверх передо мной и сказала: "Выбирай три карты". Я, затаив дыхание, вытащили три из них и подала подруге. Та посмотрела на карты взглядом знатока и глубоким сильным голосом сказала: "Ты встретишь свою судьбу глубокой ночью. Он будет очень красивым, но твоим сердцем завладеет не сразу. А ещё я вижу клетку... Тебя посадят в клетку".
– Как так!
– вскричал расстроенный Чарли.
– Как мою сестру могут посадить? Они что, совсем придурки! Нет, я защищу её!
– Посмотрим твоё будущее...
Но погадать Чарли она не успела. Ветер распахнул небольшое окно настежь и задул свечу. Я вскрикнула и прижалась к братику, а Шейла поспешила включить свет. Но, когда лампочка под потолком загорелась, карт на полу уже не было. Мы всё обыскали, но так и не нашли ни одной из них.
– Может, это призрак утащил?
– прошептала я.
– Призраков не существует, - твёрдым тоном ответил Чарли.
– Может, ветром унесло.
Как бы там ни было, но карт так и не нашли. Даже утром, обыскав траву и цветочные клумбы перед окном, мы вернулись ни с чем. Сердце быстро забилось в груди. Я посмотрела на Чарли, надеясь, что братик найдёт всему объяснение. Но он тоже молчал, глядя вдаль.
И вот сейчас я должна была погадать Алексу! Это так интересно! Может, научить его, и тогда он сможет погадать и мне?
Парень пришёл через несколько минут с колодой карт в руках. Карты были новыми и вкусно пахли. Я с наслаждением вдохнула запах и начала быстро тасовать. Карты так и мелькали в моих руках, проносились, точно метеоры. Алекс как завороженный уставился на мои руки, стараясь следить за каждым движением. Я улыбнулась. Было приятно, что Алекс восхищается моим умением.
Я разложила перед парнем шесть карт рубашками вверх и сказала:
– Вытяни три из них.
Алекс затаил дыхание, прямо как я когда-то. Он осторожно вытащил три карты и передал мне. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и по телу пробежал электрический заряд. Я поспешно отдёрнула руку и перевернула карты, изобразив глубокую задумчивость, хотя с ходу могла сказать, что уготовано ему в будущем.
– Тебе предстоит дальняя дорога. Страх уже притаился за углом. Ты чего-то очень сильно испугаешься. А также у тебя впереди огромные неприятности, но в любом случае потом ты будешь счастлив.
Алекс озадаченно глядел на меня, стараясь переварить информацию. Я прямо так и видела, как крутятся винтики у него в голове. Потом парень с трудом сглотнул и показал на лежащие передо мной карты.
– А меня ждёт тюрьма?
Я вздрогнула. Алекс произнёс это голосом, полным отчаяния, боли и страха. Он боялся тюрьмы, боялся полицейских и суда. Мне стало так жалко парня, что я чуть не заплакала. Но это не лучший вариант. Мои слёзы ничуть не поднимут ему настроение, а, наоборот, только расстроят.
– Я не вижу этого. Только дальнюю дорогу, - прошептала я и опустила голову. Воцарилось неловкое молчание. Я теребила край юбки и кусала губы. Мне стало как-то тяжело на душе, хотелось плакать и кричать.
Неожиданно Алекс взял меня за руку и приподнял голову. Его глаза излучали тёплое сияние. Я хотела утонуть в этих глубоких, словно дно колодца, глазах и забыться. Но сердце сжимала тревога, а душу пленил страх.
– Не бойся. Меня точно не убьют. Я всё равно вернусь.
– Но когда? Когда мне исполнится сорок?
– Ну, на этот счёт... я не знаю, когда именно.
– Если тебя заберут, то мы больше никогда не увидимся, - сказала я твёрдым голосом. Так подсказывало мне сердце.
– Возможно. Я буду беречь в памяти мгновения, проведённые с тобой.
Сердце забилось в три раза быстрее, голова закружилась. Неужели он... любит меня? Это было просто невероятно. А что, если Алекс врёт? Нет. Он не может. Не может разбить сердце глупенькой девочке. Или он только этого и добивался? Ведь я так похожа на Джессику!
– Ты однажды сказал, что я совсем не такая, как твоя бывшая. Так чем же мы отличаемся?
Алекс нахмурился и запрокинул голову. Его взгляд блуждал по потолку, потом остановился на мне.
– Она никогда бы не стала переживать за других. А ты... беспокоишься и постоянно волнуешься...
Алекс замолк, вскочил с кровати и взял карты, лежащие на моей кровати. Его руки слегка дрожали, но лицо было непроницаемым.
– Она бесчувственная эгоистка, а ты добрый ангел.
Парень развернулся и вышел, оставив меня чуть ли не в истерике. Глаза наполнились слезами, а сердце сдавили тоска и боль. Почему он сказал мне это? Ведь я... я... я хочу сдать его полиции! В животе ёкнуло. Я испуганно положила руку на живот и притихла. Мне сейчас нельзя нервничать. Но я не могу, не могу не переживать за Алекса! Ему светит не один год тюремного заключения. Что же будет со мной и моим ребёнком, когда Алекса увезут в исправительную колонию? Нет. Так не может больше продолжаться. Я должна была хоть что-то предпринять. Но что? если я свяжусь с кем-либо, то телефон сразу же отследят полицейские и меньше чем через час Алекса заберут в участок. И он будет потерян для меня навсегда.
Странно, но мысль, что я могу потерять Алекса, вселяла неподдельный ужас и животный страх, словно этот человек заменил для меня воздух и воду. Я не могла себе представить, как буду жить, когда полиция найдёт и спасёт нас. Всё это было каким-то далёким и нереальным. Для меня было вполне естественно остаться рядом с Алексом и прожить в этой камере до конца своих дней. Никакого другого будущего я себе не представляла. Но все мои мечты были так же далеки от реальности, как Нью-Йорк от Москвы.
Смогу ли я жить без Алекса, то есть, начать жизнь с чистого листа, забыв всё, что произошло здесь? Очевидно, нет.
Глава 14.
На следующий день мне стало ещё хуже. Мутило при виде пищи, живот ужасно болел. Я молчала, не разговаривала даже с Джудит. Казалось, что стоит мне проболтаться, как тут же появятся полицейские и заберут Алекса. Настроение тоже куда-то пропало. Я больше не улыбалась при виде парня, а только плакала, чем вызвала у него сильную тревогу.