Чтение онлайн

– Еще немного… – сказала Мориэль.

Кростайн стоял и пытался собрать свои светлые волосы в хвост, а потом плюнул и собрал только передние пряди. Солграсс сидел, прижавшись к скале спиной, глядя в землю, не говоря ни слова. Он весь был в слизи, что течет в жилах этих тварей. Его волосы были растрепаны, потому что его таскал за волосы мертвец, когда лишился оружия, однако, послу повезло, потому что мертвец запнулся о камень, пока пытался вырвать волосы. Мертвец упал, а Солграсс добил его ножом.

– Солграсс, вы все еще не страшитесь их? – спросил одноглазый, проходя мимо, подожженных им же, тел и врагов и своих.

– Мне, кажется, несказанно везет, раз я еще жив – сказал он тихо и искренне.

– Вам везет, потому что рядом с вами всегда наша королева. Она защитила вас.

Пока мы дрались в четвертый раз, наши лошади высохли заживо… Не издавая ни звука, но видимо испытывая адскую боль, они просто высохли. Королева стояла у своего коня, поглаживая по высохшей шее, и посмотрела на посла и одноглазого, когда прозвучали эти слова.

– Никто из нас не погиб бы, если бы я не повела всех сюда – сказала она.

– Они погибли бы у стен крепости, если не здесь, или будучи в плену, под пытками – ответил я.

– Верно, эта смерть, легкая из тех, что могла случиться с ними – добавил Кростайн – они погибли, как воины, защищая вас, ваше величество.

– И что я скажу их женам и детям, как я посмотрю им в глаза? – спросила королева.

– Это война. На войне кто-то дохнет, а кто-то побеждает, но не без потерь. Они пали за вас, – сказал я, – так пусть их смерть не станет напрасной

– Да и потом, никто вас не спросит, где они погибли, - добавил Кросстайн.

– Напрасно, не напрасно, а последнюю волну мы уже не выстоим, – сказала Мориэль.

– Если в вас угасла надежда, то вы умрете, – ответил на это одноглазый.

– Нас девять! А их три десятка! А может, их сейчас будет сотня! – закричала она.

– Что ж, тогда примите смерть с честью! Будьте смелой, а не нойте!

– Ты как со мной разговариваешь!?

– Как с безразумной женщиной, а не королевой! Оставь свой гнев на врагов! – Кростайн оглядел всех вокруг, – Я не вижу здесь дух нашего великого народа. Вы уже все мертвы!

Но в ответ лишь молчание на усталых лицах и… равнодушие в стеклянных глазах. Мы все были уставшие и раненые, но одноглазый был прав, мы уже были мертвы, потеряв надежду.

Я молча взял поленья с огнем. Так же положил рядом топоры, ножи, и даже мечи, все, что смог найти. Сел рядом с этим всем добром, и готовился к тому, что буду кидать все, что есть, пока до меня не доберутся враги.

Большинство из костров уже погасли, но много и не требовалось, ибо начинало светать.

Кростайн подошел ко мне сзади. Мы оставили сзади остальных, не было в нас больше собранности, мы все ждали непонятно чего.

– Поделишься? – спросил он, присев рядом со мной.

– Конечно, – сказал я.

– Сколько у тебя тут? Ну, в лучшем случае одиннадцать собьем.

– Будем надеяться, – ответил я.

Королева подошла следом, но не присела, а вонзила меч в землю и облокотилась на него. Не глядя на нас, она сказала:

– Вы меня гневите, оба. Но храбрости вам не занимать.

Мы ничего не ответили, лишь только смотрели в сторону, откуда должны придти враги.

Постепенно становилось светлее вокруг, и мы уже видели друг друга не благодаря кострам, а благодаря утреннему свету.

Тяжелые скалы словно склонялись над нами, что бы посмотреть, что с нами стало после ночной бойни. Будто шепотом между собой разговаривая, скалы отражали от себя легкий прохладный ветерок. Я посмотрел наверх, глядя на темно-синее небо, на котором одна за другой гасли звезды.

– Вряд ли они уже придут, но все же будьте на чеку, – сказал одноглазый.

– Ваше величество, – тихо сказал один из воинов, склонившись над сидевшим у камня другом, у которого было семь переломов руки – он умирает…

Королева подошла и присела перед ним.

– Совсем плохо? – спросила она с горечью.

– Да, ваше величество. Да и я уже смирился. Я служил вам долго и верно… Прошу, окажите мне одну услугу… Моя семья, они ждут меня, скажите им, лично, что я их люблю и что я пытался изо всех сил вернуться, но… - он закашлялся и выплюнул комок загустевшей крови и грязи прямо на грудь королеве – простите меня…

– Не страшно… - сказала она и положила измазанную в грязи и… видимо крови этих снежных чудищ, ладонь на его плечо – но я думаю, что я им скажу, что вы пали как храбрец, защищавший не меня, а свою честь… помогите ему встать, – сказала королева.

Двое стоявших рядом помогли подняться раненому соратнику.

– Обнажайте меч, и примите смерть в бою, а не отхаркивая грязь, кровь и прочую дрянь, об этом не будут вспоминать с гордостью, – сказала она.

Королева подошла к торчащему из земли могучему мечу, который она оставила, выдернула его и приготовилась к бою.

– Вы правы, ваше величество, вы правы – он, насколько мог, улыбнулся и вытащил меч из ножен.

А затем королева с криком напала на него, но он парировал ее рубящий удар, однако молниеносный следующий, так же рубящий, настиг его. Она вонзила меч прямо под руку, которой он держал свой. А он умер сразу же, как только металл пробил его сердце… Его тело соскользнуло с клинка, и рухнуло, безжизненно, наземь, измарав кровью камни…

Кростайн, недолго думая, взял полено с огнем и поджег тело убитого, закрыв ему веки.

– Да встретят тебя Боги в твоем чертоге, – произнесла королева, отвернувшись.

Она стерла с клинка все, что он отведал этой ночью и утром, а затем протерла доспехи. Все остальные сделали тоже самое, однако несмотря на это, мы все оставались грязными, как будто валялись в лужах или болоте.

– Что теперь? – спросил Солграсс, но не получил ответа.

Никто не знал ответа.

Ничего не подозревая, я глянул на землю, где горел только что убитый королевой. Недалеко от него я заметил маленького жучка… а затем еще нескольких. С приходом утра земля вокруг словно ожила. Я снова слышал птиц и прогулки ветра. А жучок, он суетился и бегал по кругу, а потом побежал по дороге в сторону распутья, где мы выбрали этот злосчастный путь. Я наблюдал за ним… А затем что-то меня подтолкнуло пойти за ним. А когда я поднял взгляд через несколько шагов с земли вперед, я увидел поворот, куда-то за скалы, которого раньше не было. Раньше дорога уходила вдаль и прямо.

– Ваша светлость, – сказал я, – кажется, я вижу выход…

Телхолн

Миднэй

4й месяц зимнего солнца

Высокие деревянные двери с изображениями птиц, род которых было невозможно определить, так как в некоторых местах были отломаны частички птиц, и вообще они были странного вида, но из золота, открыли передо мной двое стражников в черных тяжелых латах и круглыми черными щитами в руках. Я шел вдоль длинного зала, по красному ковру с золотистой вышивкой по бокам и бахромой цвета, подобного вышивке. Вдоль всего зала возвышались, упираясь в потолок, массивные колонны бежевого цвета, а на другом конце зала стоял трон из дерева на платформах из стали, а спинка трона росла до самого потолка наравне с колоннами. Сам король Эргорд, сын Орена, восседал на троне. А рядом, немного ниже, за письменным столом сидел, писец, королевский советник Светус и верховный посол Зирен.