Чтение онлайн

– Не бойтесь, Этель, – Родор по-дружески сжал ее руку. – Я просто хочу с вами поговорить и прояснить некоторые вопросы.

– Милорд, я с удовольствием отвечу на любой ваш вопрос.

Родор кивнул и отпустил ее руку.

– Прежде всего, я хотел бы извиниться за поступки моего брата. Он виноват перед вами, но вы должны понимать, что многие его поступки – это простой импульс, иногда он сам не отдает себе отчет в последствиях своих действий.

Да, конечно. Не отдает себе отчет… Этель бы фыркнула, да выдержка Канцлера не позволяла.

– Но, – Родор примирительно поднял руки, – я не уверен, что спустя столько лет в подобных извинениях есть смысл, поэтому если вы сочтете их оскорбительными, то я приношу извинения за свои извинения.

Он рассмеялся. Этель подумала, что даже у Лазаря шутки были поострее.

– Теперь мне хотелось бы поговорить о вас и вашем положении в Целле.

Добрались до сути.

– Да, милорд, – ответила Этель.

Родор продолжал.

– Мне известно, что при моем брате вы фактически были здесь пленницей, но смею вас заверить, мне этого не нужно. Я никогда не враждовал с покойным Императором Лазарусом и всегда был о нем достаточно высокого мнения, так что – учитывая все обстоятельства – если вы захотите уехать, то я готов дать вам для этого возможность и средства в любой момент, который вы сочтете подходящим.

Он не знает, что договор – фальшивка. Банар ему не сказал.

– Благодарю вас, милорд, – ответила Этель.

Может быть, рассказать ему все? Этель захотелось закричать: рассказать все Родору – и спасти Мадога, не рассказывать ему ничего – и появляется пусть и призрачный, но все-таки шанс выбраться отсюда и попробовать спасти Императора. Почему-то дилемма не казалась ей такой уж и сложной.

– Я могу задать вам один вопрос?

– Конечно, – Родор кивнул.

– Что будет с Мадогом?

Родор покачал головой.

– У вас, несомненно, широкая душа. Я не знаю, где мой брат. Должно быть, ему сообщили, что в Целле произошел переворот, и он сбежал. Если хотите знать, то я не собираюсь его преследовать. На мой взгляд, его действия в последнее время не могут быть расценены иначе, как действия человека, который не совсем понимает, что несет ответственность за целое государство.

– Иными словами, вы хотите сказать, что он не в своем уме?

Родор медленно кивнул.

– Именно так. Не думайте, что эти слова даются мне легко.

Удобно, подумала Этель.

– А как Морской орден отнесся к тому, что вы нарушили обет?

– Ну, тут все просто. Меня благословил на правление сам Морской бог, он послал мне знамение. Я все еще посвящаю свою жизнь служению ему, только теперь он хочет, чтобы я служил ему в ином качестве.

Тоже удобно. Этель посмотрела в глаза Родора. Неужели он действительно верит, что исполняет волю Морского бога? Или Банар зашел так далеко, что подделал знамение? Почему-то Этель вспомнила Формоза, уж этот мог пойти на все, если видел в этом свою выгоду.

– Милорд… – Этель закусила губу, ей предстояло сказать достаточно странные слова.

– Да?

– Я должна признаться вам в том, что была на острове Мор. Я знаю, что женщина не может там находиться, но вы понимаете всю неоднозначность моего положения – у меня не было возможности отказаться.

– Не вините себя, Этель, – Родор снова улыбнулся. – Если бы Морской бог не хотел, чтобы вы там появились, то, поверьте, он бы не допустил этого.

– Да… Мне было видение, когда я покидала остров Мор. Я увидела, что Император Лазарус жив…

Этель впилась глазами в лицо Родора и заметила на мгновение мелькнувшее замешательство.

– Жив? Но как это возможно?

– Не знаю. Его чем-то опоили и похоронили заживо. Он пока еще жив, но времени мало.

– Ужасная смерть… – прошептал Родор.

– Вы понимаете, что Казимир… Регент Казимир, – Этель захотелось прополоскать рот после этих слов, – сделает все возможное, чтобы начать войну с Востоком. Лазарю же всегда было важно личное соперничество с Мадогом, против вас он ничего не имеет. Если вы поможете мне спасти Императора, то тем самым вы сможете предотвратить войну Востока и Запада.

Родор некоторое время молчал, он опустил глаза, Этель заметила, что его пальцы поймали висящий на груди морской крест, она невольно скопировала его движение.

– Простите меня, Этель, – наконец, произнес Родор, – я понимаю, что смерть Императора – большой удар для вас, но все же, будем реалистами – даже если его похоронили заживо, он уже умер в своей могиле. Мне очень жаль.

Он протянул руку и потрепал ее по плечу. Этель закрыла глаза. Черта с два он стал бы так делать с Канцлером Эльте, а тут – женщина, конечно же, ее захлестывают эмоции, а не здравый смысл, ну и что, что эта женщина десять лет изображала из себя Канцлера и каким-то образом держала на плаву трещащую по швам казну Запада. Вуаля! Сегодня это женщина, а значит, она ничего не понимает в политике и горько плачет по хорошему человеку по имени Лазарь.

– Простите меня, милорд. Вы понимаете, что я должна была попытаться.

– Конечно. Это очень достойный поступок, поверьте мне.

– Вы отпустите меня сейчас же?

– Да, как я и обещал. Я отдам распоряжение, чтобы к утру все было готово к вашему отъезду.

– Благодарю вас, милорд.

– Не стоит благодарности. Это меньшее, чем я могу загладить грех своего брата перед вами.

Грех своего брата… Этель шла по коридорам Палладиума так быстро, как не ходила никогда. Чертов Мадог, как всегда смылся и даже не намекнул ей, что собирается делать ноги, а она еще удивилась, что это так его задержало прямо на подъезде к Целле. Как всегда разыграл пьесу по нотам, хотя сам уже знал, что его голова будет красоваться на стене Палладиума, если он вернется. Черт с ним с Родором и его благими намерениями, а вот Банар уж точно не допустил бы такой широты души. Банар… Как к нему попал в руки этот договор? Неужели Капитан? Нет, он не мог ее предать… Хотя… Ну да, само собой. Этель вспомнила, как он отправил ее в колоннаду, где было тайное свидание Мадога и Эльнеры. Видимо, решил продолжить спасать ее душу.

– Идиот… – прошипела Этель. – Несчастный идиот!

Не зря говорят – благими намерениями выстлана дорога в ад. Хотя не будем кривить душой – она подозревала, что нечто подобное может произойти. В некотором смысле она даже надеялась на то, что Капитан отнесет подписанный договор Банару. Да, что там говорить: она поэтому его и написала и отдала Капитану – потому что знала, что он его отнесет! Только это было до той ночи с Мадогом на острове Мор. Ладно, теперь она уедет. Но куда?

«Чума идет с Юга вместе с южными рабами». «С Юга вернулся Хранитель Меча Казимир, голова которого наполнена весьма любопытными идеями». «Тогда из далекой южной пустыни пришли духи ноб, принявшие облик великанов с темными глазами». «Грядет война, Эльте. Грядет страшная война».

Казимир свергает Лазаря, а Лазаря не так просто свергнуть. Родор видит знак Морского бога, сообщающий о том, что он должен занять престол Востока, и он не врал, когда говорил об этом. И еще этот Анл на Севере. Что он такое? «Не всегда были те боги, которых ты знаешь сейчас, Эльте». Значит, были какие-то другие боги, такие как Анл, который на Севере. А с Юга идет чума, и Казимир, приехав с Юга, делает что-то с Лазарем, который – в этом Этель готова была поклясться – все еще жив. Морской бог делает Родора, который всецело ему верен, лордом Востока, убирая Мадога, который вообще в существование Морского бога никогда не верил – это Этель помнила еще по временам Штайн. Так что же происходит? И где ответ? Все кричало Этель: Горд, Горд, Горд! Но Горд был для нее закрыт, без сильного покровителя ей не стоит и думать о том, чтобы там показаться. Север? Вряд ли можно ждать чего-то от старого бога, который и так не стал с ней особенно откровенничать, скорее всего, он просто напустит на нее тех тварей, которые ему служат, и пиши-пропало Канцлер Эльте. Действительно найдет свой покой на Севере.