Чтение онлайн

– В определенном возрастном промежутке, - кивнул Моргот.

– Прекрасно! Это прекрасно, - Кошев закатил глаза.

– Я, пожалуй, сяду поближе к окну, - сказала Стела с милой улыбкой, - у меня крепкие сигареты.

Стол был круглым, и, пересев, она оказалась с другой стороны от Моргота.

Стася не возразила, хотя была противницей курения в квартире, даже перед открытым окном. Впрочем, Моргот всегда курил в комнате, стряхивая пепел в блюдечко.

– Стасенька, ты не принесешь штопор?
– Кошев приобнял ее за плечо и поцеловал в макушку.
– Я думаю, нам надо выпить вина, чтобы разговор стал еще более непринужденным.

– Дай-ка сюда, - Моргот протянул руку к бутылке и знаком показал Стасе, чтобы та оставалась на месте.

– Пожалуйста-пожалуйста!
– расплылся Кошев.
– Только учти, это хорошее вино и настоящая пробка, не надо заталкивать ее внутрь.

Моргот смерил его взглядом, положил бутылку на стол и как следует крутанул.

– Ой! Громин! Мы играем в бутылочку?
– Кошев наконец сел за стол между Стасей и Стелой и подпер подбородок ладонью.
– Неужели только начало разговора о любви настроило тебя на столь романтические подвижки?

– Как-то это не остроумно, - Моргот раскрутил бутылку в другую сторону.

– Ну, не всем же быть такими острыми и умными, как ты!

– Конечно, не всем, - согласился Моргот, взял бутылку в руки и с силой ударил по донышку. Пробка вылетела с хлопком, словно это было шампанское.

Демонстрировать навыки опытного дворецкого Моргот не стал и передал открытую бутылку Кошеву. Трюку с пробкой он научился у отца - тот любил показывать этот фокус гостям; Морготу же это умение пригодилось в школе, когда они с Максом только начинали пить бормотуху в подворотнях.

– Браво, Громин, и снова - браво!
– Кошев развел руками, едва не пролив вино.
– Мне надо брать у тебя уроки. Ты одинаково хорошо владеешь как риторикой, так и искусством любви, а теперь еще выясняется, что ты непревзойденный мастер справляться с бытовыми проблемами! Наверное, ты и машину без ключа можешь завести с такой же легкостью?

Про искусство любви Стася не поняла, хотя Кошев сказал это для нее: цели Кошева Морготу стали ясны с самого начала. Он не только подозревает, куда подевался его розовый блокнот, он чует, куда дует ветер и зачем Моргот встречается с секретаршей его отца. Но он ничего не может доказать! Конечно, Моргот с радостью кинул бы ему намек на скупку акций, на контейнеры на юго-западной площадке - только чтобы посмотреть на лицо Кошева и на несколько минут почувствовать себя победителем. Но он понимал, что за такие знания убивают. И если Кошев до сих пор не натравил на него никого посерьезней своих знакомых мордоворотов, то только потому, что сам боится «покупателей»: блокнотика с записями, к тому же потерянного, ему не простят.

Так что Кошеву оставалось только удалить Моргота от источника дополнительной информации, а заодно подстраховаться: вдруг Стася что-нибудь сообщит его отцу раньше времени?

– Я? Машину без ключа? Да что ты, Кошев?
– Моргот укоризненно покачал головой.
– Я же не уголовник какой, я воспитанный молодой человек из хорошей семьи.

Он подхватил бокал с вином и отхлебнул, смакуя вкус.

– Хорошее вино, Кошев.

– Заметь, при Луниче такое вино пили только избранные.

– А сейчас, можно подумать, его пьют в каждой семье по воскресеньям… - проворчал Моргот.

– Ну, сейчас любой может пойти в магазин и его купить!

– Очередь не стоит, нет?

– Громин, ты опять за свое! Здоровый рынок избавил нас от очередей!

– Да уж конечно. Если полстраны лишить денег на покупки, а вторую половину поставить за прилавок, даже не знаю, какой из двух половин будет веселей.

– Ну, мы-то с тобой не скучаем, верно?
– миролюбиво заметил Кошев и приподнял пустую баночку из-под крабов, которую принес Моргот.
– Я смотрю, ты тоже не бутерброды с сардельками здесь жевал.

– А я, Кошев, не скучаю никогда, - Моргот осклабился и глотнул еще вина.

– Я заметил, - кивнул Кошев, следуя его примеру.
– Действительно, прекрасное вино. Пей, Стасенька, не стесняйся. Я еще куплю, если надо.

– Так мы будем говорить о любви или нет?
– томно спросила поэтесса, выдыхая дым в центр стола.

– А что вы называете любовью?
– неожиданно спросила Стася - слишком твердо и вызывающе для гостеприимной хозяйки. Прозвучало это скорей как «что вы понимаете в любви?».

– О… - протянула Стела.
– У меня есть одно стихотворение об этом, но я не люблю читать свои стихи вслух.

– Что, все над ними смеются?
– спросил Моргот.

– Нет, они не всем доступны для понимания. На слух. Есть вещи, которые не предназначены для аудитории, с ними надо некоторое время побыть наедине, вчитаться, чтобы ими проникнуться.

– А… - мечтательно кивнул Моргот.
– Тогда конечно. Надо будет дома потренироваться - побыть наедине со стихами, чтобы проникнуться, так сказать…

– Ты циник, - снисходительно улыбнулась поэтесса.

– Я? Да ну что ты.

– Мы о любви, Стела, - вмешался Кошев.
– Итак, что ты называешь любовью, моя красавица?

– Это провокационный вопрос, я не стану отвечать на него первая.

– Ну, - обиженно скривился Кошев, - так неинтересно. Стасенька, и ты тоже не станешь?

Моргот поднялся и, стараясь не хромать, подошел к книжному шкафу, где на нижней полке стоял нестройный ряд толстых словарей.

– У меня есть картина, - Стася заметно покраснела и посмотрела на Моргота, - я ее покажу…

Моргот хотел ей посоветовать не метать бисер перед свиньями, но она быстро встала и вышла из комнаты - ее картины хранились в кладовке, она никогда не вешала их на стены. Моргот тем временем вытащил с полки увесистый том толкового словаря и, демонстративно послюнив палец, начал с шумом листать страницы. Найденное привело его в восторг.

– Вот! Почитаем первоисточник. Если читать первоисточники, не будет никаких проблем и непонимания. Итак. Любовь… «Чувство привязанности, основанное на общности интересов, идеалов, на готовности отдать свои силы общему делу». Как вам? А? По-моему, исчерпывающе.

– Громин!
– захихикал Кошев.
– Посмотри, автор словаря случайно не Лунич?

– Да нет… - Моргот заглянул на титульную страницу, - академик какой-то…

– Выбери другой словарь, - улыбнулась Стела, - времена изменились.

– Да ну? А я и не заметил. Только сдается мне, что со времен Лунича не было издано ни одного толкового словаря. Кроме бизнес-энциклопедий, разумеется. Может, поискать любовь в бизнес-энциклопедии?

Кошев попросил у Стелы прикурить - сегодня у него были свои сигареты, тоже длинные и тонкие, как у Моргота, но слабые, с белым фильтром. Как водится, зажигалку он потащил себе в карман, но Стела вовремя поймала его за руку - Кошев ничуть не смутился и зажигалку вернул.