Чтение онлайн

— Я все еще считаю, что под всем вот этим, — проговорила Садовник, судя по интонациям она улыбалась, — скрывается отличное чувство юмора.

Послышались шорохи, движение, шаги по рыхлому снегу. Садовник вдруг рассмеялась, тихо, но от души.

— Ох, Боги! А ведь я оказалась права! — выдохнула она через мгновение. — Миниатюрные грабли… Это прекрасно! Где разжился такой прелестью?

— Выменял у ходока, решил, что тебе нужно профессиональное орудие труда, — по интонации казалось, что он улыбнулся. Затем голос стал ледяным и жестким, под стать морозной ауре: — Мне этого персонажа к костру усадить?

Женщина некоторое время молчала, затем вздохнула.

— Не, не стоит. Смысла нет. Голову бы ему только подлечить, дерганный он. Но и этот вопрос я уже решила. Подсыпала ему немного волшебных таблеток в воду. Он же шарахнутый на всю голову, и я сейчас скорее о его психическом состоянии. Без порции хороших транквилизаторов не обойтись. Ему бы еще антидепрессанты курсом пропить и на терапию походить, но с этим пока обождем. Да и Аркания лечит души получше психиатра.

— Ты просто опасаешься нашей с ним беседы, — сухо заметил мужчина. Затем помолчал и сменил тему, задумчиво произнеся: — Знаешь, никак не привыкну к твоей манере говорить и уж тем более к твоим методам работы. Странная ты. Но знаешь, я недавно подумал, что Аркания сделала правильный выбор. И будь у нас такой Садовник раньше, все могло сложиться иначе…

— Чтобы вы получили такой подарочек, как я, мой дорогой Охотник, нужен был Старый мир. Со всеми его трендецами, концами света и прочими веселыми мероприятиями. И благодаря моему обширному, хоть и сомнительному опыту, вы стали счастливыми обладателями контуженного Садовника. Кстати, как ты думаешь, если я заберу у парня автомат и буду ходить с ним, это произведет должный эффект? Эдакий афганский Садовник, который мочит врагов, а в перерывах сажает галлюциногенную ботву…

Охотник тихо рассмеялся, но Макс едва не дернулся. Смех был чистым, но походил на звук падающих льдинок.

— Ты же знаешь, что тебе это все не нужно?

— Возможно. Но у меня тоже во-о-от такой ПТСР. Да и ты не знаешь людей из нашего мира. Им же показуха нужна: потрясти регалиями, жезлами помахать или, на крайний случай, поугрожать оружием. Тогда они сразу все осознают и охотно идут на контакт. Хотя, теперь я могу бить неугодных граблями… как вариант!

Голоса замолчали, а Макс вдруг ощутил страшную усталость. От странной беседы, которую подслушал, от долгих месяцев за ленточкой, от того, что не понимал ни черта.

Кем бы они ни были, эти люди у костра, они не желают ему смерти. Разве что того ледяного, которого называли Охотником, следует остерегаться. Было странно лежать посреди снежного леса и ощущать покой. Безопасность.

Макса снова сморило. Надо встать, вернуть оружие и снаряжение, узнать у этих двоих правду, осмотреть местность, но сил совсем не было. Наверное это таблетки, что подмешала Садовник, сняли внутреннее напряжение, и вдруг оказалось, что последние две недели он бегал только на морально-волевых. А физические силы организма ниже нуля.

Макс спал и видел сны. Далекое детство, спокойное, тихое. Залитый солнцем дворик у бабушки в деревне, затянутое ряской озеро с тарзанкой на старой иве. Большого серого пса, что бегал за палкой и норовил облизать с головы до ног.

И впервые за вечность — никаких кошмаров.

Ника неуверенно вышла на отсыпанную камнем дорогу. Слева шла все та же лесопосадка (или уже настоящий лес?), справа виднелись какие-то поля. Девушка некоторое время поворачивала голову то налево, то направо.

Лучше выйти на открытую местность, там обзор лучше. Может и увидит за холмами населенный пункт или железную дорогу. Так что Ника раздосадованно вздохнула и пошла прочь от леса.

— Дура! — вдруг раздалось откуда-то сверху.

Девушка резко остановилась и принялась оглядываться по сторонам. На раскидистом дереве сидел ворон, а больше — никого вокруг.

— Сам дурак! — нерешительно возразила Ника непонятно кому. Ответа не последовало, так что она просто продолжила идти дальше.

Неожиданно ворон прыгнул под самые ноги девушки и стал махать крыльями. Ника от неожиданности вздрогнула и замерла. Птица злобно каркнула, громко и выразительно, словно действительно ругалась последними словами.

— Пристань! — вдруг выдал ворон.

Голос был какой-то сварливый, громкий. И теперь точно становилось ясно, что звук идет именно от ворона. Черная птица взлетела на дерево и деловито расхаживала по ветке, словно сутулый старый профессор.

Может, кто-то из местных завел вороненка и научил его говорить? Они ведь болтают не хуже попугаев…

— Что ты хочешь мне сказать? — нерешительно спросила девушка, ощущая себя донельзя глупо. Отлично, сначала теряется в трех соснах, теперь еще и с птицами разговаривает!

Но ворон только снова злобно каркнул, спрыгнул с ветки и улетел куда-то за деревья, только его ругань слышалась все тише и тише.

Ника пожала плечами и пошла дальше, а уже через несколько шагов наткнулась на указатель. На стрелке шла надпись «Пристань» указывала она в обратную сторону.

Ника некоторое время стояла в раздумьях. С одной стороны, слушаться говорящего дятла, то есть ворона — глупее не придумаешь. С другой, она и так уже поехала птицей, то есть кукушкой, так что почему бы не воспринять невнятные слова ворона всерьез? Может ей действительно надо в другую сторону.

«Зачем мне Пристань? Куда я плыть собралась?» — рассеянно думала девушка, повернув обратно и шагая в сторону леса. Но все-таки, если там есть люди, то можно будет у них спросить, какого лешего происходит. Ника усмехнулась. Или галоперидола попросить взаймы.

Через минут пятнадцать ходьбы по лесу, отсыпанная дорога привела к резным деревянным воротам и вывеске «Пристань». Однако за ними, вопреки ожиданиям, оказался не морской порт, а кафе с гостиницей.

Ника ощутила облегчение. Это было что-то понятное, простое, адекватное. Красивое двухэтажное здание в старинном стиле, с широкой деревянной верандой, где столы на зиму накрыли чехлами.

Дворик обустроенный и уютный, хотя по зиме и под снегом всех дизайнерских изысков было не разглядеть. Хорошая придорожная кафешка, хотя непонятно, что она делает среди полей в глуши и вдали от трассы.

Вероника поднялась по ступеням и толкнула деревянную дверь со стеклянными вставками. Колокольчики мелодично звякнули, и на девушку пахнуло теплом и запахами еды. На миг Ника заволновалась — а не пропадет ли все вокруг, превратившись в руины? Может снова мираж?

Но нет: зал со столиками, стойка ресепшена, стеклянные плафоны под потолком и клетчатые скатерки — все осталось на своих местах.