Чтение онлайн

Аристотель был великим собирателем и систематизатором знаний, накопленных во время античности. Его исключительное значение для истории науки состоит в том, что вплоть до эпохи Возрождения в Европе не существовало (несмотря на некоторый прогресс в отдельных областях) систематического обзора или глобальной системы знаний, хоть сколько-нибудь сравнимой с его собственной, получившей широкое распространение. Одна из главных интеллектуальных задач раннего средневековья состояла в том, чтобы усвоить как можно больше его работ, буквально выуживая их из неполных и несовершенных средневековых трактатов. Позднесредневековые же писатели прилагали все усилия к тому, чтобы проникнуть в смысл его суждений, когда полный текст его сочинений уже появился на Западе. Труды Аристотеля являются, как уже говорилось, энциклопедией знаний античного мира, и, за исключением физики и астрономии, он достиг, по-видимому, реального прогресса во всех тех областях знаний, которыми он занимался. Более того, он был одним из основателей индуктивного метода и первым осознал необходимость систематического исследования. Его заслуги в науке и классификации знания создали ему всемирную славу.

Среди многих его сочинений, дошедших до нас, отметим «Физику», в которой обсуждаются проблемы философии природы, проблемы бытия, материи, движения, пространства и времени, небесных сфер и перводвигателя, который, по Аристотелю, должен был существовать, чтобы приводить их в движение. В трактате «О небе» Аристотель последовательно рассматривает структуру мира, он приходит к представлению о возникновении и уничтожении, включающему понятие о противоположных качествах горячего и холодного, влажного и сухого, которые при своем взаимодействии производят пары четырех элементов — огня, воздуха, земли и воды. Кроме земных элементов, по Аристотелю, существует также и пятый элемент — эфир, обусловливающий вращение небесных тел и придающий им свойства совершенства и неуничтожаемости.

В «Метеорологике» рассматривается область между землей и небом — царство планет, комет и метеоров, здесь дается также, хотя и примитивная, теория образования цветов, зрения и объяснение радуги. В четвертой книге, написанной, вероятно, не Аристотелем, а его учеником Стратоном, мы находим рассказ о начальных химических представлениях.

В биологии Аристотель достиг наибольших успехов среди естественных наук. Он определил жизнь как способность к самообеспечению, а также к независимому росту и распаду. Он разделил зоологию на три части, которые соответствуют современной естественной истории: анатомию, общую физиологию и, наконец, эмбриологию. В своих исследованиях он упоминает около пятисот различных животных, причем некоторых из них описывает с такой точностью и столь детально, что не оставляет сомнения в том, что это его собственные наблюдения, а также в том, что в ряде случаев он собственноручно производил вскрытия. Многие факты, описанные Аристотелем, были «переоткрыты» в последующие столетия. Он знал, например, что киты — живородящие организмы, отделял хрящевых рыб от позвоночных, описал развитие яйца цыпленка, определил образование в нем сердца и наблюдал его биение, когда зародыш еще находится в яйце.

В общей эмбриологии его идеи знаменовали существенный прогресс. Согласно прежней точке зрения, возможно заимствованной из Египта, отец рассматривался как единственный действительный родитель, а мать — лишь как место нахождения и питания эмбриона. Такие взгляды были широко распространены, отчасти они составляли фундамент патриархальных обычаев общества. Аристотель осознал, что мать вносит в зарождение организма свой вклад, что она есть некая субстанция, лишь с помощью которой мужское активное начало может вырасти в организм.

В классификации животных Аристотель отверг прежний принцип дихотомии (от греч. (dichotomia — разделение надвое), — согласно которому животные располагались в противоположные группы земных и водных, крылатых и бескрылых. Он заметил, что такой принцип ведет к разделению животных весьма сходных, например крылатых и бескрылых муравьев. Он осознал необходимость использовать как можно больше различительных признаков, и с помощью своего метода создал классификацию, приближающуюся к современной более, чем любая из существовавших прежде.

К этому, конечно, необходимо добавить, что Аристотель был создателем формальной логики с ее аппаратом силлогизмов [10] и доказательств. Одного этого было бы достаточно, чтобы составить славу ученому.

С современной точки зрения Аристотель меньшего достиг в физике и астрономии.

Например, Аристотель отвергал атомистическую доктрину. Демокрит учил, в вакууме тяжелые атомы будут падать быстрее, чем легкие. Аристотель же утверждал па основе своих представлений, что в вакууме все тела должны падать с бесконечной скоростью. Далее он заявлял, что, поскольку такое вообразить себе невозможно, следовательно, вакуума не существует. Отвергая возможность существования пустого пространства, Аристотель отрицал и все связанные с ним представления атомистики, и в первую очередь утверждение, что все вещества состоят из одной и той же конечной материи. Вместо этого он учил, что все тела по своей природе делятся на легкие и тяжелые и что если бы этого не существовало, то большие массы воздуха или огня должны были бы быть тяжелее, чем малые массы земли или воды. Ошибка Аристотеля заключалась в том, что вместе с другими философами, жившими до Архимеда, у него не было представления об удельном весе, он не знал, что именно вес на единицу объема определяет подъем или падение в среде. Следуя своему учителю — Платону, он приписывал движению врожденное свойство, заставляющее все на Земле стремиться к своему естественному месту — дым поднимается вертикально вверх, а камень падает вертикально вниз. Идея о том, что тела являются существенно тяжелыми или легкими, была воспринята вместе с остальной философией Аристотеля учеными средневековья и просуществовала вплоть до нового времени. Лишь когда Галилей выдвинул свою собственную теорию падения, это привело постепенно к отказу от аристотелевских представлений о тяжести и легкости как существенных качествах.

Аристотель, хотя b принимал сферическую форму земли, придерживался геоцентрической модели мироздания, в которой Земля помещалась в центре Вселенной, а его авторитет в значительной степени обусловил неприятие гелиоцентрической системы, когда она была выдвинута Аристархом, и в последующее время, вплоть до Коперника, которого от Аристотеля отделяло семнадцать столетий.

По своим философским взглядам Аристотель принадлежит к идеалистам, хотя для пего характерны колебания между материализмом и идеализмом. Аристотель подверг критике многие высказанные Платоном положения. Как говорил Аристотель, «Платон мне друг, но истина дороже» [11] . Аристотель отверг утверждение Платона о том, что материальный мир есть не более чем отражение мира идей, а предметы материального мира — лишь тени мира идей. Аристотель считал реальный мир действительно существующим. Эта критика взглядов Платона — важная часть сочинений Аристотеля. В. И. Ленин писал: «Критика Аристотелем „идей“ Платона есть критика идеализма как идеализма вообще» [12] .

И хотя Аристотель воспринял от своего учителя — Платона, множество метафизических идей, некоторые из них он трансформировал в соответствии со своим собственным, значительно более основательным знанием природы. В отличие от Платона Аристотель считал, что истинным бытием обладает не общее, не идея, но конкретная единичная вещь.

Наконец, следует отметить, что Аристотель, который в теории весьма искусно рассматривал переход от частных случаев к общим утверждениям, на практике часто ошибался. Отправляясь от нескольких известных ему фактов, он нередко делал всеобъемлющие обобщения и, естественно, приходил к ошибочным заключениям. Он не обладал знанием достаточного количества основанных на опыте фактов, и поэтому многие его выводы в дальнейшем были отвергнуты.

Аристотель отверг предложенное Платоном в интересах рабовладельческой аристократии «идеальное государство». Им была разработана теория «лучшего государства» (название Аристотеля), в котором также должно было оставаться имущественное неравенство и рабство. У раба, говорил Аристотель, главное — тело, а у свободного — душа. Но душа по своей природе — начало властвующее, а тело — подчиненное, поэтому душа всегда должна господствовать над телом. Аристотель рассматривал государство не как средство классового господства, а как организацию такого общественного порядка, при котором народ «мог жить счастливо». Он считал, что это может быть достигнуто в государстве, имеющем одну из трех форм правления: монархическую, аристократическую или демократическую. В любом из названных видов государства возможно, по его мнению, достигнуть такого состояния, чтобы власть служила народу, не было бы ее злонамеренного использования. Ни в коем случае нельзя допускать, считал Аристотель, чтобы государства названных типов приняли форму тирании, чистой олигархии или крайней демократии: в этих случаях «устойчивость» государства и его способность служить благу граждан были бы потеряны.

Что касается сложной, фундаментальной проблемы движения, то Аристотель не мог воспользоваться подготовленным еще до него решением — такового просто не было. Поэтому он, по-видимому, решил положиться на здравый смысл. Аристотель считал, что «движущееся тело останавливается, если сила, его толкающая, прекращает свое действие». На первый взгляд все кажется совершенно правильным. Действительно, представьте себе, что вы толкаете по горизонтальной поверхности нагруженную тачку. Если вы перестанете толкать ее, т. е. прикладывать необходимое усилие, то тачка быстро остановится. Наоборот, если вы увеличите прилагаемое к тачке усилие, она покатится быстрее. Тем не менее приведенное положение Аристотеля является ошибочным. На здравый смысл, как известно, далеко не всегда можно полагаться. В свое время (когда речь будет идти о Г. Галилее и И. Ньютоне) мы подробно остановимся на этом вопросе. Сейчас заметим только, что это ошибочное положение Аристотеля признавалось справедливым около 2 тыс. лет.

Время, начиная с подчинения Александром Македонским самостоятельных городов-государств вплоть до возвышения Рима, т. е. примерно с 330 по 30 г. до и. э., составляет третий период развития древнегреческой науки, именуемый эллинистическим. Этот период интересен в первую очередь развитием математики, механики, астрономии, физиологии, в то время как в области философии сделано было значительно меньше.

Включение ранее независимых полисов в империю Александра Македонского создало большие новые возможности для роста греческой торговли. Раньше торговля ограничивалась вследствие низкого уровня потребления бедной части свободного населения и рабов городов-государств. Теперь для греческой торговли открылся гораздо более широкий рынок, хотя по-прежнему товары создавались главным образом из расчета на их потребление богатой частью населения: изделия из серебра и стекла (в частности, чеканное серебро и выдувное стекло), папирус, дорогие ткани и одежда. Это привело, в свою очередь, к росту ремесленного производства и городов, развитию морского транспорта. Общество в это время, как никогда ранее, раскололось на богатых и обездоленных.