Чтение онлайн

Смерть тоскующих зверей дает правителю власть над подданными, а корифеи науки, предлагая зверей правителю, тем самым сохраняют вид. Каждый получает свое, и все живут в мире.

Правитель подчиняет себе народ, но народ при этом теряет разум. Звери притупляют разум своих хозяев и теряют их навсегда.

Что это — победа или поражение? Никто не может дать ответ.

8

Первобытные звери

Первобытные звери не ведут стадный образ жизни, они рассеяны по всем уголкам Юнъаня. Они любят петь песни, а когда слышат музыку, сразу начинают танцевать. Кожа у них грубая, с черными пятнами, тела долговязые и неуклюжие. У самцов длинные волосы, у самок — короткие, и для украшения они носят парики. За исключением ритуальной стрижки раз в три года, самцы не позволяют стричь им волосы. Для них это все равно что голову отрубить.

У первобытных зверей длинные носы и глубоко посаженные глаза, а на шее — жабры, похожие на листья бамбука. Губы у них слегка лиловатые, волосы рыжеватые, а на спине дыхательные отверстия в форме полумесяца, около дюйма величиной, покрытые полупрозрачной красной кожей — но не настолько прозрачной, чтобы было видно, что у них внутри. В остальном они похожи на людей. Они одиночки по натуре и разговаривают редко.

Эти звери почти не вступают в контакты с посторонними, и даже члены одного племени, рассеянные по всему городу, собираются вместе лишь один раз в три года — для размножения. Век их недолог, и большинство умирает вскоре после достижения зрелости.

Легенда гласит, что первобытные звери — потомки казненных в древние времена преступников, потому-то их жизнь в Юнъане так неблагополучна. Многие бросают школу, не дотянув до старших классов. Новая городская администрация разработала систему обучения ремеслам, чтобы пристроить их к работе. Они крепко сложены, и многие идут в охранники: в городе часто можно увидеть силуэт первобытного зверя у входа в жилые дома, офисные здания и ночные клубы.

Молчаливо и добросовестно эти звери охраняют Юнъань. В местных газетах время от времени публикуются статьи с благодарностями этим усердным работникам за их службу. Со временем первобытный зверь в качестве охранника сделался символом статуса, и ни один роскошный многоквартирный дом уже не мог без него обойтись.

Исследования показывают, что каждый житель Юнъаня хотя бы раз в жизни видел первобытного зверя. Это самые известные в городе звери, заслужившие эту известность безропотным тяжелым трудом. Со временем они приобрели уважение людей.

Первобытные звери плодовиты, их самки часто производят на свет сразу по пять и более детенышей. Но при такой короткой продолжительности жизни это не ведет к увеличению популяции, и их численность остается неизменной на протяжении многих лет.

Что же касается истории о человеческой женщине, которая вышла замуж за первобытного зверя, то о ней почти никто не знает.

— Опять пишешь про любовь? Зачем? — рассеянно спросил Чжун Лян. С ноутбуком на коленях он развалился на моем диване, явно в отвратительном настроении.

Я еще не вылезла из постели, и все, на что у меня хватило сил, это закатить глаза.

— Не мог бы ты быть полюбезнее? Видишь же, в каком я состоянии.

Чжун Лян отложил свой компьютер, встал и подошел ближе, чтобы удобнее было меня распекать.

— Ты идиотка. Если знаешь заранее, что напьешься, так бери такси. Или, если хочешь идти пешком, то хотя бы держись людных улиц. А если уж решила срезать путь по закоулкам и на тебя напали грабители — просто отдай сумку. Но нет, тебе непременно надо сопротивляться — и вот посмотри на себя. — Он поднял мою правую руку, в которую меня ранили ножом. — Все еще болит?

— Все еще кровавое месиво. Можно не лапать, а?

— Смотри ты, недотрога какая. — Он обжег меня сердитым взглядом. — А кого ты вчера звала на помощь? Кто тащился за столько миль, чтобы забрать тебя, кто возил тебя в больницу накладывать швы, чтобы ты не стала обузой для общества?

Он был прав. Я сменила тему:

— Печатай давай, а то в срок не уложишься.

— Видно, ни одно доброе дело не остается безнаказанным, — проворчал он. — Если я один раз тебе помог, то теперь уже стал твоим наборщиком? Твой босс — настоящий Скрудж. Тебе точно это нужно — столько работать?

Чжун Лян снова уселся на диван и вздохнул. Не переставая ворчать, он все же успел увернуться от подушки, которой я в него запустила. Взял свой ноутбук и принял вид маститого литератора.

— Ладно, диктуй. Что там дальше?

«Есть хочешь?» — спросила девушка.

«Нет, — ответил зверь. — Только в сон что-то клонит».

Над ними нависало темное северное небо — это было много лет назад, еще до избрания новой администрации, и благоустройство города оставляло желать лучшего. Банды первобытных зверей топтались на каждом углу, вымогали у прохожих деньги за охрану и затевали драки. Между тем фабрики выпускали в воздух жирный черный дым, а рабочим приходилось пить газированные напитки, потому что вода тоже была загрязнена.

Итак, первобытный зверь сидел в дверном проеме, прислонившись к косяку, повесив голову, и зевал.

«В сон что-то клонит», — повторил он.

«Не прикидывайся, — сказала девушка. — Ты наверняка голодный. Правда ведь? Давай я тебе пельменей сварю».

Зверь посмотрел ей в глаза и холодно произнес:

«Ты мне мозги не пудри. Гони деньги за охрану». Волосы у него были очень длинные, собранные в узел на затылке. Темная кожа блестела на солнце, отчего он был похож на гигантский валун. Девушка, глядя на него из-за прилавка, невольно хихикнула.

Это разозлило зверя.

«Что смешного?!» — прорычал он.

Она сказала ему, что он похож на валун, и его это тоже рассмешило.

Зверь долго бродяжничал, прежде чем вернуться в родной город. Все ему здесь было в новинку: раньше он, например, никогда не слышал о такой штуке, как плата за охрану. Вернувшись домой, он выгреб мусор из своей пустой комнаты и сидел там, размышляя, что делать дальше. Позвонил в Ассоциацию первобытных зверей, там кто-то сказал ему, что можно брать деньги за охрану, вот он и пришел. Как это делается, да и сколько брать — он понятия не имел. Что ему, бить эту девушку, что ли?

Все это произошло в самый первый день: он проснулся и, как только глаза привыкли к яркому дневному свету, побрел по длинной улице к продовольственному магазину, ориентируясь по резкому запаху сушеного чили. Магазинчик был маленький: всего лишь деревянная доска вместо прилавка, на которой была расставлена всякая всячина: бадьян, корица, сычуаньский перец, имбирь, кунжутное масло, соевый соус и все, что нужно, чтобы приготовить тушеное мясо с овощами. Девушка сидела за прилавком и лениво скребла большой кусок коричневого сахара, время от времени облизывая ложку.

Зверь какое-то время понаблюдал за ней, прежде чем войти в магазин. Наконец она сунула в рот полную ложку сахара, улыбнулась ему (она не отличалась красотой, но в ее улыбке было что-то милое), и он замер. Она встала.

«Чем я могу вам помочь?»

Он откашлялся.

«Я пришел получить деньги за охрану».

«Какие деньги?»

«За охрану», — смущенно повторил он.