Чтение онлайн

Ему и раньше приходилось касаться де Круаль, не только сквозь платье и порой в весьма интимных местах, но тогда она была в сознании и властвовала над ним, теперь же лежала бесчувственной куклой и, похоже, не притворялась, а действительно находилась в глубоком обмороке. Будь Леон человеком другого склада, эта ситуация вызвала бы у него возбуждение и желание овладеть поверженным врагом, но сейчас она вызывала у него только неловкость. С пуговицами он худо-бедно справился, но оставались ещё многочисленные шнурки и ленты, которые намокли, и развязать их не было никакой возможности. Леон снова выругался и обратился к крайнему средству — разрезал стягивавшие платье де Круаль путы шпагой.

Дело сразу пошло легче, и платье само соскользнуло с Луизы. Стараясь не смотреть на её полуобнажённое тело и лишний раз не касаться его, Леон стянул с де Круаль сапоги, избавил её от корсета, чулок, нижних юбок и, оставив свою гостью в одной рубашке, огляделся в поисках одеяла. Он уже готов был накинуть его на Луизу, когда перед глазами мелькнуло что-то рыжее. Леон, почти уверенный, что это обман зрения, пригляделся — и одеяло выпало из его рук, а сам он, не в силах устоять на внезапно подкосившихся ногах, сел на постель рядом с бесчувственной де Круаль.

Из-под слегка задравшейся рубашки высовывался лисий хвост — длинный, пушистый, огненно-рыжий и чуть-чуть помятый. Он слабо дёргался из стороны в сторону и был таким же влажным, как и волосы де Круаль. Леон, от изумления забыв про все правила приличия, скользнул рукой под рубашку и без особого труда определил, что хвост растёт из того же места, из которого растут хвосты у всех существ, их имеющих. Он выходил из самого низа спины, и Леону сразу стало ясно, что это именно настоящий хвост, а не часть хитрого маскарадного костюма.

Пока бывший капитан приходил в себя, не в силах оторвать взгляд от едва шевелящегося хвоста, зашевелилась и его обладательница. Луиза медленно открыла глаза, и Леону показалось, что в полумраке они засветились зелёными огоньками. Ещё несколько мгновений она оставалась в полуобморочном состоянии, потом осознала, что лежит на кровати перед Леоном почти голая, выставив наружу свой хвост, и с коротким взвизгом села, одёрнув рубашку, хотя от такого резкого движения у неё закружилась голова, и она обессиленно привалилась к стене.

— Какого чёрта вы меня раздели? — попыталась возмутиться Луиза, но её голос прозвучал слабо и тихо.

— Какого чёрта у вас хвост под рубашкой? — Леон не мог думать ни о чём другом. Его охватило нестерпимое желание снова посмотреть на хвост, чтобы убедиться, что тот ему не привиделся, и он уже готов был сорвать с де Круаль рубашку, но та чуть переменила позу, и кончик хвоста снова показался на свет.

— Значит, успели рассмотреть, — с тихой злобой проговорила она. — Зачем вы вообще сняли с меня одежду?

— Потому что вы промокли до нитки, и я спасал вас от простуды! — огрызнулся Леон, но сбавил тон, заметив выражение её лица. — Успокойтесь, на вашу честь я не покушался, — усмехнулся он. — Вы пробыли без сознания каких-то десять минут, я бы не успел…

— На то, чтобы залезть женщине под юбку, не нужно много времени, — взгляд зелёных глаз всё ещё оставался подозрительным. — А вы, я вижу, залезли.

— Он у вас всегда был? — сын Портоса кивнул на пушистый рыжий кончик, нервно колотящий по кровати. В его голове метались мысли, и он судорожно пытался ухватить хотя бы одну из них. «Эжени ведь рассказывала мне про женщин с лисьими хвостами!» — всплыло в голове. «Дьявол, как же они называются?».

— С самого рождения, как ваша шпага у вас, — Луиза подобрала с пола обронённое Леоном одеяло и закуталась в него, спрятав хвост от пристального взора капитана.

— Шпагу мне отец подарил, когда мне был год, — поправил он гостью. — Но как… Почему я ничего не заметил тогда, на корабле, когда мы с вами… — он умолк, исподлобья прожигая Луизу взглядом.

— Вы тогда были в таком состоянии, что не заметили бы, даже если бы у меня выросли рога и копыта! — де Круаль усмехнулась, румянец понемногу возвращался на её лицо. — Похищение королевских сокровищ взвинтило вас настолько, что я до сих пор поражаюсь, как вы могли вообще хоть что-то соображать. Кроме того, я умею очень ловко прятать хвост, скрывая его под платьем или закидывая на спину.

— Вы — хюльдра! — Леон вспомнил-таки слово, которое ему говорила Эжени. Де Круаль сразу перестала улыбаться и настороженно уставилась на него.

— Откуда вы вообще знаете, как называются такие, как я?

— Неважно, — отмахнулся он. — Женщины с лисьими хвостами называются хюльдрами и живут далеко на севере… так, по крайней мере, мне говорили.

— Моя мать была родом из Скандинавии, — неохотно ответила Луиза.

— Она тоже была хюльдрой?

— Не полностью. Хвоста у неё не было, но в ней текла кровь хюльдр, которая передалась мне.

— Чем вы вообще отличаетесь от людей, помимо хвоста? — теперь Леон смотрел на собеседницу с любопытством.

— Хюльдры более сильные, ловкие и живучие, чем обычные женщины — да и чем многие обычные мужчины, если уж на то пошло, — Луиза недовольно дёрнула плечом. — А ещё они гораздо красивее человеческих женщин и живут намного дольше — если, конечно, кому-нибудь не придёт в голову их прикончить. Правда, это не так-то легко сделать: раны на нас заживают очень быстро. Всё, допрос окончен? — она зло взглянула на Леона. — Теперь я могу выпить чего-нибудь согревающего?

— Пожалуйста, — он протянул ей приготовленный для себя бокал вина с пряностями и невольно загляделся на то, с какой жадностью Луиза принялась пить. Тёмно-красная струйка стекла от уголка её рта по шее к ключице, и Леону нестерпимо захотелось слизнуть её языком, ощутить, как де Круаль вздрогнет и шумно выдохнет, вцепившись в его плечи — совсем как тогда, на корабле… Но он тут же вспомнил Эжени и встряхнул головой, отгоняя яркое видение. «Де Круаль в прошлом, теперь у меня другая женщина», — напомнил Леон сам себе.

Луиза залпом допила вино, отставила пустой бокал и усмехнулась — взгляд Леона явно не остался незамеченным ею. Затем она поднялась, скинув одеяло, и принялась подбирать разбросанную по полу мокрую одежду, чтобы развесить её сушиться. Бывший капитан поспешно отвёл взгляд от очерченных мокрой рубашкой форм и уставился в окно, за которым по-прежнему бушевал дождь.

— Ваш хвост так отвлёк меня, что я забыл о главном, — медленно начал он. — Зачем вы вообще пришли ко мне, да ещё и в таком состоянии? Вы убегали от кого-то? Спасались?