Чтение онлайн

– Может, господин зайдет?- низко поклонился холоп.- Моя дочь плохо себя чувствует и просит оказать честь, посетив наш дом!

– Мой дом!- раздраженно рявкнул Збирайда, но спешился.

Хеленка в большом переднике шелушила вдвоем с матерью бобы. В очаге благоухала, томясь в тлеющих угольях, бобовая похлебка. Эта мирная картина немного урезонила разъяренного мужчину.

– Что все это значит?- резко поинтересовался он у экономки.- Почему я вынужден за тобой ездить? Разве я не велел тебе явиться ко мне вечером?

– Да, мой господин,- тихо ответила та, не поднимая глаз от работы,- но я очень плохо себя чувствую, у меня сейчас женские дни!

Вот так причина! Збирайда гневно вздернул брови.

– Ну и что? Чем эта мелочь может помешать тебе вернуться в мой дом?

– Зачем?
– зябко передернула она плечами.
– Я больна, мой господин! Мать готовит мне настойку. А завтра мы с вами встретимся, и я отчитаюсь в наших делах.

– Я останусь с тобой, мы все обсудим в постели.

Хеленка заметно смутилась, отчаянно покраснев.

– Но я сплю в кухне на лавке, - возразила она,- мы не поместимся здесь вдвоем.

Збирайда зло хмыкнул, пристально осмотрев низко согнутую голову в аккуратном белом чепчике.

– Вот что, дорогая,- грозно заявил он,- мне надоело с тобой пререкаться! Я не знаю, что с тобой происходит - может, действительно, это женские дни. Но учти следующее - завтра утром ты соберешь все свои шмотки и переедешь в мой дом. Я прожил без тебя без малого два месяца и понял, что совершенно зря женился на Анне. Но раз это случилось, то изменить уже ничего нельзя. Пусть живет! Но ты вернешься в Черный лес, и все встанет на свои места, как будто баронессы нет вовсе. Ясно?

– Ясно!
– покорно кивнула Хеленка, с тоской наблюдая, как темнеет за окном.

Вдруг именно сегодня появится Генрих?! А тут топчется Збирайда!

– Мне нужно лечь в постель,- твердо заявила она, поднимаясь с места и смахивая с передника остатки шелухи,- а завтра я перееду в ваш дом!

Збирайда ещё раз недобро глянул на женщину и вышел за дверь. Хеленка нервно рассмеялась.

– И что ты собираешься делать?
– поинтересовался отец.
– Как скажешь, что не вернешься?

– Не знаю!

– Барон способен на все!- заметил Вацлав.

– Я постараюсь быть осторожной!

Хеленка грустно поднялась в спальню. Теперь она уже другими глазами смотрела на расшитые шелками подушки кровати - неужели это ложе единственное, что осталось у неё от надежд на счастье? Женщина осторожно открыла крышку серебряной баночки и понюхала содержимое - наверное, зря она потратила деньги?! Можно было отнести товар назад Офке, но ведьма замучает насмешками. Пусть остается, как напоминание о том, что могло бы быть и никогда не будет!

Осторожно присела она на кровать, тоскливо разглаживая шелковистую поверхность стеганного одеяла. Слезы отчаяния и безысходности потекли по её щекам.

И тут Хеленка услышала цокот лошадиных копыт за окном, стук в дверь и голоса. Она замерла, боясь поверить в чудо, и услышала, как лестница прогибается и скрипит под уверенно ступающими ногами.

– Спишь, душа моя?

Вместе с Генрихом в комнату ворвался вкусный морозный воздух, сила и энергия молодого здорового мужчины - улыбающееся лицо, быстрые движения, светящиеся черные глаза. Сердце счастливой Хеленки наполнилось любовью.

– Я ждала вас, мой государь!

И она протянула ему навстречу руки.

Генрих осторожно поцеловал любовницу и принялся раздеваться. Хеленка взялась ему помочь, и маркграф охотно подчинился.

– У тебя такие руки, сердце мое, что исцеляют любую усталость!
– юркнул он под одеяло.

– Я рада услужить вам, мой государь!

– Посмотрим, как далеко распространяется твоя услужливость!- куснул он её за ухо.

В этот раз все получилось даже лучше, чем в первый. Она легко преодолела стыд и страх, перестав стесняться, и любовь загорелась в её сердце, превратив привычный и давно надоевший грех в нечто удивительно прекрасное.

– Благодарю вас, Генрих, вы сделали меня такой счастливой!
– припала она поцелуем к мужской руке.

– Мне нравится слышать эти признания из твоих уст,- поцеловал он её в ответ,- потому что они идут от сердца, а мужчине всегда приятно делать своими объятиями женщину счастливой.

Но пришел и тот момент, когда любовники, насытившись друг другом, заговорили о делах.

– Сначала пропала Стефка, теперь пришла очередь Елены, - печально делилась Хеленка своими переживаниями с любовником,- какое-то проклятие довлеет над паненками Лукаши.

Проклятие лежало рядом, но Генрих не спешил признаваться в своих промахах.

– Бедная Елена, бедная отчаянная головка!
– тяжело вздохнул он.

И Хеленка тут же кинулась его утешать.

– Лучше, конечно, уповать на лучшее,- практично заметила она, - зачем расстраиваться раньше времени? Когда-нибудь мы всё узнаем!

– Ты права, ангел мой!
– Генрих, поуютнее устроил голову на её груди.
– Самая лучшая в мире подушка!

– Спасибо, мой господин! Я рада услужить вам!

Хеленка немного помолчала, а потом неуверенно спросила:

– Вы, будучи в Черном лесу расспрашивали о Стефании, а потом куда-то отправили Карела? Это как-то связано?

Генрих приподнялся и настороженно покосился на любовницу, но потом вновь пристроил затылок между пышными грудями.

– Нет, не связано!

Он не собирался посвящать эту женщину в свои тайны, хотя было нечто в Хеленке такое, что вызывало доверие и толкало на откровенность. Да и её поразительная проницательность была достойна удивления.

Генрих перевел разговор на другое:

– Збирайда в городе! Вы виделись?

Хеленка смущенно прикусила губу.

– Да,- уклончиво протянула она, - виделись!

– И что?

Она не знала, что сказать коронованному любовнику - лгать было невозможно, сказать правду страшно. Но тот все понял, едва взглянув на неё.

– Всё настолько плохо?

Хеленка взяла себя в руки. Она не хотела вмешивать в их отношения с паном Ирджихом третьих лиц. В конце концов, годы жизни с капризным бароном научили её виртуозно управлять своим господином.