Чтение онлайн

– Правильно, умереть, - не стал он спорить, - но как? Просто лечь и приказать себе - умри?

Де ла Верда смутился. С этой стороны он не рассматривал проблему.

– Довести барона до того, чтобы он её убил!
– неуверенно промямлил он.
– Сопротивляться ему изо всех сил!

– А если в намерения фон Валленберга не входило и в этом случае её убивать? Графиня, что же, должна была покончить с собой и отправиться прямиком в ад, лишь бы не пострадала ваша мужская гордость?

Довод показался дону Мигелю весьма серьезным. В свете подобных размышлений его претензии к жене выглядели чудовищными.

– Значит, зная, что жена вечно мучается в аду, но не изменила вам, вы бы стали счастливым?- окончательно добил его отец Антуан.

– Нет, конечно,- в отчаянии выдохнул граф, хватаясь за голову,- но не может быть, чтобы у Стефании не было другого выхода, как стать падшей женщиной?

– А вам не приходит в голову, что это испытание, которое послал Господь, чтобы проверить вашу веру? И надо сказать, что перенесли вы его плохо, если не нашли в себе силы простить жену, даже тогда, когда Всевышний сохранил ей жизнь во время страшного испытания, которому вы её подвергли! Вспомните, даже Иисус простил Марию Магдалину, а вы что же, ставите себя выше нашего Господа? Вот, как далеко завела вас гордыня!

Такое страшное обвинение чуть ли не физической тяжестью обрушилось на несчастного графа, заставив его покаянно склонить голову, и все же он нашел в себе силы возразить:

– Но видеть её и знать, насколько она грязна и порочна, выше моих сил!

Отец Антуан неласково глянул на подопечного. Было нечто в этом простом священнике такое, что заставляло даже таких знатных вельмож, как испанский гранд, относиться к нему с боязливым почтением.

– А вы?
– холодно осведомился он.
– Вы можете о себе сказать, что целомудренно ждали её все эти годы? Что не имели преступных плотских связей с другими женщинами?

– Но я мужчина!

– А в заповедях Божьих о прелюбодеянии ничего не говорится о том, что они верны только для женщин! А если сам грешен, то почему же бросаешь в другого камень? Особенно, когда этот другой - дарованная Богом половина. Священные слова обета произносятся и мужем, и женой одинаково, но человек слаб и их нарушает. Это грех, но с обеих сторон, а не только со стороны женщины. Наоборот, они беззащитны перед пороком, их надо оберегать, охранять от него, а вы отталкиваете жену, тогда как любовники, наоборот, любили и ласкали. И какой вывод сделает эта несчастная, что порок - это хорошо, а супружеская любовь - плохо?

– Но я не могу,- в панике взвыл дон Мигель, хватаясь за голову,- я не могу её простить, это не в моих силах!

– Молитесь, - сухо посоветовал кюре,- просите Господа отпустить вам этот грех, и дать сил для прощения! Примите на себя это как епитимью! А если уж не сможете совладать с собой, что ж, отправляйте жену в монастырь и достойно примите Господне наказание за гордыню!

– Какое наказание?- оторопел граф.

– Ваш род прервется на вас, - жестко припечатал священник,- потому, что такие гордецы не угодны Богу!

После ухода священника дон Мигель беспомощно сидел в небольшом садике за домом в мучительном разброде чувств. Отец Антуан не только не успокоил его, а наоборот, убедил, что он неправ в своем отношении к неверной жене.

– И зачем я отобрал Стефанию у Валленберга?!- вздохнул дон Мигель, с тоской глядя на сгущавшийся сумрак в саду.

Сквозь потемневшие листья уже проглядывали первые звезды, когда граф встал со скамьи и пошел переодеваться перед посещением супруги.

– Господи!- взмолился он, встав на колени перед распятием в своей комнате.- Помоги мне! Я не знаю, что мне делать и как мне быть! Почему в присутствии этой красивой женщины я становлюсь почти бессильным? Смягчи моё сердце, открой его для прощения!

Граф ещё долго молился, не зная, сколько прошло времени, когда его отвлек какой-то посторонний звук. Он резко оглянулся и увидел робко стоящую в дверях Терезу.

– В чем дело, Тереза? Почему вы нарушаете моё молитвенное уединение?

– Простите меня,- вспыхнула та смущением,- я вовсе не хотела мешать, но на кухне ваша жена угощает ужином какого-то оборванца!

– Что?- дон Мигель мгновенно подскочил с колен.

– У графини волосы в недопустимом беспорядке! Они пьют вино и смеются, а Хельга носится вокруг них и подкладывает в тарелку забулдыге куски получше!
– испанку даже трясло от возмущения.

– Иди, ложись спать, Тереза, я сам разберусь, что это за гость!- нахмурился де Ла Верда.

Женщина ушла. Дон Мигель потуже затянул пояс халата и спустился вниз на кухню.

Он даже не особо разозлился, а просто находился в состоянии полнейшего недоумения - что ещё натворила дражайшая супруга, какие новые сюрпризы преподнесла?

Граф осторожно подкрался к двери, тихо приоткрыл её, и, протиснувшись в образовавшуюся щель, спрятался в тени стоящего неподалеку поставца с посудой. И только теперь смог без помех рассмотреть происходящее.

Первое, что сразу добило его, заставив на мгновение замереть сердце - это вид беззаботно хохочущей жены, в изнеможении вытирающей слезы с раскрасневшегося от вина и смеха лица. Он никогда не видел, чтобы она так весело и искренне смеялась!

После этого дон Мигель обратил пристальное внимание на гостя. И вначале даже его не узнал - только смутно мелькнула мысль, что он когда-то уже видел это морщинистое, потрепанное жизнью лицо худющего оборванца. Бродяга, между тем, не подозревая о присутствии хозяина кухни, пожирал со звериной жадностью жареную гусятину и при этом без устали болтал.

– И тогда Марго хватает свой ночной горшок и с криком: На, подавись!, бросает его в сапожника! Но этот сквалыга, не желающий расплачиваться, ловко увернулся, а сей благоухающий предмет попадает прямо в задницу судьи, который как раз расположился со своей милашкой на лавке. Жижа обдает его с головы до ног, он орет не своим голосом! И представляешь, пытается вытащить из девки свое копье, а ничего не выходит! У той от страха что-то там внутри заклинило! Он кричит, чтобы та его отпустила, девка орет не своим голосом, что ничего не может сделать, дерьмо воняет и стекает ему прямо в штаны, Марго себе вопит, а сапожник ржет как конь. И в этот момент появляется смотритель непотребных мест - пришел за мздой!

– Конец света!
– хихикая заметила Хельга, с обожанием глядя на болтуна.

– Да, моя сладкая пышечка!
– фривольно ущипнул тот немку за заднее место, а она в ответ игриво шлепнула его полотенцем по голове.

– Представляю, что Мами сделала с Марго!- всхлипнула от смеха, с наслаждением слушавшая рассказ Стефка.

– Старая перечница лишила девчонку двухнедельного заработка, за то что судья чуть не оставил свой сморчок в гнездышке у Клары. Ты её не знаешь, Ангелочек, она попала в бордель уже после твоего исчезновения. Хорошенькая киска, престарелые козлы её любят!