Чтение онлайн

Новые движения и выступают против того, чтобы человека превращали в неодушевленную вещь, в материал для манипуляций.

Пятое. Новые движения – это рождение новых форм коллективности и солидарности людей. Одно время, где-то в начале 60-х годов, на Западе много говорили о росте политической пассивности среди населения капиталистических стран, о скептицизме относительно возможностей протеста и борьбы, которые будто бы поглощаются, интегрируются буржуазным обществом. Сегодня этим разговорам и самой этой политической спячке приходит конец: люди массами пробуждаются, выходят из своих узких семейных и профессиональных мирков на арену общественной деятельности. Это с удовлетворением отмечают коммунисты. Новые самодеятельные движения, отметил XIX съезд Компартии Финляндии, открывают возможность для проявления и

Шестое. Лев Толстой однажды заметил, что человек начинается не с чувства заботы о ближнем, но с чувства заботы о дальнем, в конечном счете – о всех людях. Во многих новых движениях и осуществляется процесс воспитания социально активных людей, берущих на себя, на свои плечи ответственность за все, что происходит сегодня в мире. Не случайно, что такое большое внимание уделяют участники новых движений глобальным, общечеловеческим проблемам – защиты мира, окружающей среды, создания нового мирового экономического порядка и т.д.

Наличие всех этих моментов и объясняет положительное отношение коммунистов к большинству новых социальных движений.

Но стихийная мощь, «весеннее половодье» имеют как свои достоинства, так и определенные, порождаемые самой этой стихийностью недостатки, которые нередко отмечают сами представители новых движений и которые не могут не видеть и не учитывать коммунисты.

Прежде всего это раздробленность и слабая организованность, недостаточная согласованность и продуманность лозунгов и программ. Эта разрозненность наносит серьезный ущерб движению. Американский социолог М. Мид свидетельствует, например, что

При внешней одинаковости лозунгов – разная направленность действий. Например, «антиавторитарные движения». Одни выступают за введение крупных форм автоматизации производства, которые высвободят человека из подчиняющих, «авторитарных» структур механизма конвейеров; другие высказываются против крупных предприятий, считая, что современная электронная техника позволит наладить производство даже в домашних условиях; третьи зовут к упрощению, к «простой жизни» (почти по Руссо) и созданию патриархальных коммун и т.д. Одним словом, все они «за демократию», против «авторитаризма» и «тоталитаризма», но причины социальных бед видят по-разному и средства их искоренения предлагают разные. Тянут в разные стороны, и сложения сил не происходит.

Значительное несовпадение точек зрения имеется и у участников антивоенного движения. Они расходятся в оценках усиления напряженности, источников милитаризма, нет согласия и относительно средств и целей борьбы за мир в современных условиях. В результате возникают горячие споры и борьба между различными течениями внутри антивоенного движения, подрывающие его единство и серьезно снижающие его эффективность.

Нет прочного единства и в движении «зеленых». В ФРГ идут острые дискуссии между «реформистами» (пытающимися проводить свою экологическую политику, опираясь на парламент и другие существующие государственные институты) и сторонниками «фундаментальной оппозиции» (игнорирующими «старые институты власти» и стремящимися к созданию новых общественных форм, более адекватных целям и задачам экологического движения). По-разному те или иные группы «зеленых» оценивают возможности сотрудничества с коммунистами. На своем партийном съезде в Карлсруэ (1980 г.) одни делегаты высказывались за исключение членов Германской компартии из экологических организаций, другие указывали на возможность временного сотрудничества с теми коммунистами, которые активно участвуют в кампаниях по охране природы.

Вот почему, воздавая должное новым движениям и стремясь к конструктивному сотрудничеству с ними, коммунисты видят свою задачу в том, чтобы помочь участникам этих движений более ясно определить ориентиры и цели борьбы, более глубоко уяснить причины тех социальных бед, против которых они настойчиво выступают.

Считают ли коммунисты непартийный характер этих движений недостатком? Нет, не считают. Стремятся ли они способствовать превращению этих движений в политические партии? Нет, не стремятся.

С другой стороны, полагают ли коммунисты, что новые социальные движения делают ненужными, устаревшими такие формы социальной борьбы в обществе, как политические партии (как о том торжественно возвещают многие участники этих движений)? Нет. Существование обеих этих форм борьбы диктуется сегодня объективной необходимостью. Назначение политических партий – выражение коренных интересов определенных классов и социальных слоев. Но в обществе существуют интересы и потребности, присущие одновременно нескольким социальным слоям, нескольким классам (в разрядке напряженности, в запрещении производства ядерного оружия, в защите природы заинтересованы и рабочий, и крестьянин, и интеллигент, и средний буржуа и т.д.). Новые движения и являются формой объединения людей в борьбе за эти общие интересы. И так же как защита этих широких общих интересов не снимает вопросов о защите классовых интересов (для рабочих это прежде всего защита людей труда от капиталистической эксплуатации), так и используемые формы защиты этих общих интересов не противопоставляются формам защиты классовых интересов.

В сегодняшней социальной борьбе политические партии и новые движения служат не отрицанием, а дополнением друг друга. Коммунисты считают, что лежащие в основе новых движений общедемократические требования не противоречат общей направленности пролетарских интересов. Поэтому союз коммунистов с новыми движениями, активное участие коммунистов в них – процесс естественный и в высшей степени желательный. На VI (Ганноверском) съезде ГКП, состоявшемся в 1981 г., говорилось о том, что было бы роковой ошибкой противопоставлять друг другу рабочий класс и демократические народные движения. Соединить силу рабочего класса и прогрессивные движения нашего времени – вот в чем задача.

Но, решая эту задачу совместных действий коммунистов с новыми демократическими движениями, компартии отдают себе отчет в том, что это союз, в котором неизбежны определенные трения, ибо в него вступают различные классовые и политические силы, некоторая часть которых заражена стойкими антикоммунистическими предрассудками. Поэтому, блокируясь с новыми демократическими движениями, коммунисты уточняют и развивают свою общую стратегию союза применительно к нынешнему своеобразию новых движений.

Очень важен в этом отношении опыт Германской компартии. Коммунисты ФРГ твердо подчеркивают, что они ни в коей мере не выдвигают требования руководства, лидерства в качестве условия своего участия в союзе. В Программе компартии отмечается, что,

Такая постановка вопроса выбивает почву из-под ног тех, кто, пугая демократическую общественность стремлением коммунистов «схватить дирижерскую палочку», хотел бы не допустить участия революционного пролетариата в новых движениях. Как видим, не на «дирижерскую палочку» претендуют коммунисты ФРГ, а всего лишь на почетное право бороться, как равные среди равных, вместе с другими демократическими силами.